Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков

затею. Собственно, вы понимаете, что я не стал бы предлагать такой план, загодя не устроив с духовным братом военный совет. Ведь оставшуюся проблему изыскания подходящих кадров суждено решать нам с ним, только нам и никому больше на всём белом… и небелом свете.

– Ты уверен? – спрашиваю командира. – Он точно поможет?

– Уверен ли я… в себе? – Голос его вновь ироничен и насмешлив, будто не вслух со мной беседует он, а мысленно со своим внутренним голосом, привычным неразлучником, которому даже имя собственное дал. Только мне не позволяет с ним разговаривать. Мотивируя, что два и тем паче три нудных типа слишком много для моих «и без того хрупких плечиков». Дословная цитата.

Действительно, ему хватает с кем мысленно беседовать. И не знаю даже печалиться или восторгаться по этому поводу. В любом случае, пришлось свыкнуться. Кого любишь, принимаешь только таким, какой есть. Со всеми его особенностями. Порой ошеломляющими.

Тем более что относительность всего сущего никто отменять не собирается, даже мы, дерзкие нарушители законов природы. Любой из кажущихся недостатков вполне способен обернуться главнейшим достоинством.

Только бы не пропустить точку, в которой необходимо сделать правильный выбор направления пути.

«Последний миг жизни человечества.

Это сегодня.

Мы искали «Чёрные Звёзды», несущие смертное забвение нашему человечеству, ставя целью вмешаться и каким-то образом повлиять на это природное явление. Стремились найти, чтобы успеть сразиться с ними раньше этого дня. Чтобы в этот, именно в этот день что-то произошло иначе.

Мы так и не нашли то, что искали. С таким же успехом могли стоять на месте и никуда не ходить, ждать наступления последнего утра. Или прямо в эту дату переместиться, благо умеем перемещаться не только в пространстве. Вместо того чтобы таскаться по мирам, ежечасно убеждаясь, что люди – везде люди, и ничто человеческое им не чуждо, к какой бы они расе ни принадлежали.

Но таскались. Убеждались. Убедились.

Остались вдвоём. И сегодня встретимся с наступлением Конца Света лицом к лицу, напоследок взглянем в глаза вечной черноты и просто исчезнем. Или – спина к спине сразимся?

Этого не знаю даже я.

– О чём задумалась? – спрашивает меня принц.

– Печально всё это, эх-х, – я невольно вздыхаю. – Знаю, что поступаем правильно, но не могу избавиться от ощущения, что ошиблась в оценке происходящего… и меня просто использовали.

– Не унывай, будет ещё хуже. Взбодрись, это всего лишь конец света! Все мы задолжали богам смерть.

– Ага. Только они нам должны больше. Следующую жизнь.

– Ну, это уже не от них зависит, а от нас. От того, каким будет последний в жизни бой.

Принц совершенно прав.

А бой нам знатный предстоит. Знатней некуда. Любой воин позавидует. Самой Вселенной бросаем вызов.

Хотя пора отказываться от привычной военной терминологии. Наше главное секретное оружие, которое мы припасли и донесли до точки встречи, – не война.

Увидит ли завтрашний рассвет хоть кто-нибудь из нас?..

– Солнышко, ты это… не волнуйся, – добавляет вдруг последний мужчина человечества. – Ты же почти на сносях, а беременным вредно волноваться. Я тебя и ребёночка сберегу. Не зря ж мне такое имя дали… Брат не простит мне, если я не сделаю всё, как надо.

– Ты веришь, чт… – мой голос срывается от волнения, совету принца следовать никак не получается, – что будет кого оберегать?

– Я – надеюсь. Пока живу – надеюсь. Надежда умирает последней. Слыхала у землян такую присказку?..

Ответить я не успеваю.

НАВАЛИВАЕТСЯ ЧЕРНОТА.

Как и любое другое мгновение, внезапно, вдруг. Только одно из них рано или поздно оказывается последним».

Всю ночь Лана продвигалась по каменному полю к маяку, который передавал сигнал бедствия. Сигнал этот шёл от разведчика Организации, такого же, каким сейчас являлась она сама. Но почему-то соответствовал устаревшим стандартам нескольких сотен лет давности. Из-за естественного экрана, каковым являлись пылевые облака каменистой планеты, он мог быть принятым и распознанным максимум в верхних слоях атмосферы, не дальше. В тот период пилоты тогдашних «Ищеек» ещё не использовали орбитальные буи-передатчики. Неудивительно, что аварийный передатчик никто не засекал до этого. Кроме ничтожной мощности, экранирующих сигнал облаков и давно неиспользуемого стандарта связи, импульс ещё и повторялся с периодичностью аж в два часа. Все эти факторы делали его практически бесполезным.

Сигнал соответствовал примерно тому периоду времени, когда легендарный искатель Организации Лауруз Цэйз, вышагнув из внепространственного тоннеля, материализовался прямо на капитанском мостике базового корабля Организации и перед кончиной от острой лучевой болезни успел поведать о центральном перекрёстке. О том самом вселенском скрещении путей, из которого можно попасть в любое место Вселенной напрямую, за один переход. О ПУПЕ Вселенной. И он сам, а точнее, его чудесная материализация являлась прямым доказательством правдивости его слов. К сожалению, экранировка личного терминала была повреждена, и носителя информации полностью уничтожила высокая радиация, которая убила и самого хозяина терминала.

Информация о координатах местонахождения мифического перекрёстка умерла вместе с Цэйзом. Позднее многие искатели безрезультатно пытались напасть на его след и обнаружить самый значимый и стратегически важный мир этой Вселенной. Реальность его существования полностью, а не частично отвергла бы сотовый закон, по которому сплеталась сеть миров. Но при этом она позволила бы гораздо эффективнее организовать распространение разума в этой сети… И вот сейчас Лана, подгоняемая нервным напряжением и сводящим с ума ожиданием похлеще, чем высоковольтными разрядниками, вероятно, шла по этому утраченному следу.

Уверенности ей прибавляли результаты первичного, поверхностного анализа планеты на расположение межсотовых тоннелей, связующих осевые миры различных ячеек. Выяснилось, что Лана умудрилась совершить аварийную посадку на космическое тело, которое являлось узловым миром или, точней, узловым схождением проходов. Именно здесь по причинам, не известным даже людям, что давным-давно использовали внепространственные коридоры, правильная сотовая «решётка» искажалась. Существование таких миров частично отвергало всеобщий сотовый закон. У осевой планеты здесь было гораздо больше тупиковых миров-спутников (сколько точно, без кропотливой разведки не узнать), а межсотовые переходы связывали её с гораздо большим, чем положенные семь штук, количеством центральных миров других ячеек. Словно в некоторых условных точках внепространства сеть что-то или кто-то зацепило, потянуло, запутало, да так и оставило…

И возможно, именно с этого перекрёстка местного значения Лауруз Цэйз переместился дальше, по какому-то из проходов, используя один из своих джамперов. И сам того не ведая, угодил в самый что ни на есть «узел узлов», который так долго искала Организация вообще и сама Лана, в частности. Дух захватывало от одной только попытки вообразить, что испытал этот герой, когда его аппаратура неожиданно зашкалила и показала бесконечное число проходов, уводящих из мира…