Ворон. Подлинная история лорда Северуса Тобиаса Снейп-Принц - Алексей Иванов

— А? — только и успела недоуменно произнести Распределяющая шляпа, когда я запихнул ее в мешок. Хороший такой мешок, два часа убил на создание нужного зелья, а потом еще час отмачивал в нем самый обычный мешок из ткани. Нет, никакого уменьшения пространства. Нельзя быть гением во всем и в этой области я как раз таки не силен. Просто в мешке шляпа могла хоть до хрипоты звать на помощь, ее просто никто не услышит. Этот состав я случайно изобрел в ходе моих изысканий в той прошлой-будущей жизни. У меня даже были кое-какие задумки касательно его коммерческого использования. Например, пропитываем им ткань палатки и вуаля! Можно мирно спать в ней прямо посреди лагеря квидичных фанатов, празднующих победу любимой команды. К сожалению, опыты показали, что зелье довольно быстро выветривается и его эффект сводится на нет. Сперва я подумывал над его улучшением, а потом отвлекся на что-то другое и более не исследовал. Впрочем, это не мешало мне помнить рецепт его приготовления. Обжегшись в свое время с дневником, я решил для себя, что лучший из справочников по зельям и магии — это моя голова.

Обратный путь до Визжащей хижины прошел без эксцессов.

Смахнув со стола пыль, я вытряхнул на него распределяющую шляпу.

— Ай, — воскликнула та, и тут же угрожающе заголосила. — Где я? Ты кто такой?! Да ты знаешь кто я?! Да тебя за меня…

— Мне нужен меч, — сказал я, пропустив мимо ушей поток ее угроз.

— Меч? Какой меч? — вновь заголосила шляпа. — Ничего не знаю. Нет у меня никакого меча. Нет и не было никогда. Вот так вот!

— Я хотел по-хорошему, но видимо придется по-плохому, — с этими словами я откинул крышку со стоявшего в центре комнаты котла.

— Эй, эй! Что это там такое зеленое? — заволновалась шляпа.

— О, это очень интересный состав, — я опустил руку в котел. Хоть зелье и исходило пузырями, но на самом деле оно уже давно остыло, и было чуть теплым. Вынув руку, я продемонстрировал ее шляпе. — Видишь, ничего не произошло. А теперь берем самое простое полотенце и вытираем остатки зелья…

Полотенце в моих руках стало истлевать прямо на глазах. Зелье разъедало ткань, словно кислота.

— Что произойдет, если я опущу в котел тебя?

— Я ценный древний артефакт времен Основателей! — возмутилась шляпа. — Меня нельзя в котел! Это преступление, убийство, вандализм, святотатство, геноцид! Я буду жаловаться! Да тебя в Азкабан… Нет, сразу к поцелую…

— Меч, — тихо произнес я.

— Нету, нету у меня никакого меча.

— Нет, так нет.

Подняв шляпу, я сделал вид, что собираюсь бросить ее в котел.

— Ах меч! — тут же взвыла она. — Да что ж ты сразу не сказал, что тебе нужна эта дурацкая железка? Угрожает он тут, измывается, грубит. Нет, чтобы просто попросить: вежливо с уважением, — я потряс ее над котлом. — Ой! Да на! Подавись!

Из недр шляпы вылетел столь хорошо знакомый мне клинок и воткнулся в пол. Причем в каком-то дюйме от моей ноги.

— Эй, ты что?! — испуганно заверещала шляпа, поняв, что возвращать на место я ее не планирую. — Мы так не договаривались! Я же отдала тебе меч!

— Мне не нужны свидетели.

— Да я знать не знаю, кто ты такой, — возмутилась она. — За что меня в котел? И вообще, я — шляпа. Шляпа! У меня и глаз то нет, и ушей.

— У тебя есть рот и язык — этого достаточно.

— Я поклянусь своей магией — резво предложила выход она. — Она мне не даст проговориться. А без нее я стану обычной шляпой.

Я задумался. Лишать магический мир столь интересного артефакта и вправду было кощунством. Во времена моего директорства беседы с Распределяющей шляпой были для меня настоящей отдушиной. Характер у нее мерзкий, но к нему быстро привыкаешь. Да и учеников потом как распределять? Не дай бог какой-нибудь прирожденный гриффиндорец угодит на Слизерин и заразит гриффиндором головного мозга!

— А это подействует? — уточнил я.

— Ха! Подействует, еще и как подействует. Знал бы ты, чего я только не повидала за все эти годы. И ты не один такой умный, которому свидетели не нужны были, — проворчала она, вспоминая что-то свое.

— Хорошо, пусть будет клятва. Поклянись, что никогда, никому ничего не расскажешь об этой ночи и пропаже Меча Гриффиндора.

— Клянусь своей магией, что никогда, никому ничего не расскажу об этой ночи и пропаже Меча Гриффиндора.

Над шляпой на мгновение появился светящийся ореол — клятва была принята.

— А теперь возвращай меня назад. Немедленно! — приказала мне наглая тряпка.

— Дай мне минуту, — сказал я, поднимая меч с пола и пряча его за остатками шкафа. Знаю, это не лучшее место для вещи за которое гоблины готовы отвалить целое состояние. Но не в Хогвартсе же мне его прятать. А в свой менор мне сейчас не добраться.

Вторичное проникновение в башню директора прошло даже проще и быстрее чем первое. Усыпленные в первый раз чары, так и не успели вновь заработать. И все свелось к полету до окна и водружению шляпы на ее законное место.

Уже на пути к себе в комнаты меня снова начал грызть червячок сомнений. Слишком гладко все прошло. А если все идет по плану, значит где-то допущена ошибка. Но вот где она эта ошибка?

Я не видел и не мог видеть, что после моего ухода дверь отделявшая кабинет директора от жилых помещений открылась.

— И как все прошло? — поинтересовался Дамблдор у шляпы.

— А это ты, старый пень, — отозвалась та со своей полки. — Ничего я тебе не скажу, клятва не даст. Так что сам все поймешь. В мои годы вредны такие стрессы. У меня со страху чуть швы не разошлись. Ты мой должник старый пень! Ищи себе теперь другого хранителя этой дурацкой железяки. Ты знаешь, каково это вообще когда в тебя пихают что-то такое длинное… впрочем, про тебя разное говорят, может ты и знаешь.

— Я спать. Спокойной ночи, — поспешил ретироваться Дамблдор. Сыпать язвительными комментариями шляпа могла до бесконечности.

— Да чтоб ты сдох, Альби, — напутствовала его шляпа напоследок.

Глава 49

Последняя партия

Часто самые благородные цели достигаются самыми неблагородными средствами.

— У меня получилос-с-сь, мой лорд!

Беллатриса Лестрейндж ворвалась в полумрак рабочего кабинета Волдеморта, приведя с собой шум, суматоху и толику своего вечного спутника — безумия. Отложив в сторону книгу, Волдеморт едва заметно поморщился, он не любил ни первого, ни второго. Но вместо того чтобы отчитать Беллатрису, он приветливо ей улыбнулся. В последние дни девушке многое пришлось пережить, и на время он готов закрыть глаза на ее сумасбродства… но только на время.