Оружейники: Aftermath: Зверь из Бездны. Из глубин. Беглец/Бродяга - Александр Павлович Быченин

а теперь она еще и носитель секретной информации. Точно так же, как и я. Так что они с нас пылинки сдувать будут, больше чем уверен. Франка от нас не отстанет, пока секрет не выведает. И Майку не позволит ничего сделать.

Ладно, согласен, самому себе противоречу. Понятно, что форс-мажор, тот же Майк хотя бы попытался нас вытащить. Никаких претензий, сам виноват. Но вот почему потом они нас не подобрали? Наверняка ведь видели, что мы живы. Сто процентов. Факт остается фактом: мы вынырнули, эти нас засекли, покружились вокруг немного и свалили. А к Франке другая предъява: организация попытки похищения двух человек. Причем в особо циничной форме – втерлась в доверие и воспользовалась как неопытностью, так и тягой к знаниям. То бишь замахнулась на святое для любого молодого ученого. Впрочем, папеньке об этом знать не обязательно. А мне лишний пункт для мотивации.

– Думаешь, она там главная?

– Есть такое ощущение.

– А с чего ты взял, что они вернутся? В самый ответственный момент они же сбежали.

– Я думал над этим. И вот что надумал – это скорее всего Майк психанул. Стресс, все дела. А тут еще с Серджио неловко получилось… кстати, отец, я сегодня впервые убил человека.

– Я надеюсь, за дело?

– Это была самооборона. Немного не рассчитал и выкинул его за борт, когда там шепчущий кит буйствовал.

– Н-да… яблоко от яблони…

– В смысле?!

– У меня была аналогичная ситуация, давно, еще до Блэкаута. Я тогда на Нимойе немного покуролесил… и тоже одного случайно… с крыши сбросил.

– И что? Кошмары потом снились? Совесть грызла?

– А вот фиг я тебе расскажу. Сам мучайся. А потом сравним впечатления.

– Добренький вы, папенька.

– Это чтобы ты не привыкал. Очень, скажу тебе, хреновая привычка – людей убивать. По какой бы то ни было причине. Пока же забей и забудь. О деле думать надо, рефлексировать потом будешь.

– Есть, сэр! Отставить рефлексировать.

– Не юродствуй. Так что там с Майком?

– Короче, у меня сложилось впечатление, что весь этот замут с похищением ему как по одному месту плазменным резаком. Воротило его от самого себя.

– Совестливый контрабандист? Хм…

– Сам в шоке. Но факт налицо. Короче, ему и так фигово было, а тут еще и все наперекосяк пошло – Франка взбрыкнула, я клевретов бить начал, потом Серджио прикончил… да еще и Тинка вырвалась, на катамаран спрыгнула. Ну, он и психанул. Забрал Франсин и свалил. Правда, не сразу – убедился, что мы выжили, и только потом дал деру. Они точно нас видели, уже после того, как мы вынырнули. Так что, думаю, он даже вздохнул облегченно – еще бы, такой груз с плеч! И мы живы, и киднеппинг сорвался, причем не по его вине. Никто ему ничего предъявить не сможет.

– Скажешь это Стефано. Или Луиджи. Да и сам в претензии.

– Я имел в виду его подельников. Слышал я кое-что вчера ночью… короче, есть все основания считать, что Майк поддался эмоциям. Но уже сейчас он наверняка одумался. Да еще и Франсин сто процентов нудит – почему сбежал, почему не подобрал? Мы ведь секрет знаем! У нее ничего с китом не вышло, а мы выжили! И животину успокоили! А у нее эффект был строго противоположный! Ты бы после такого угомонился? Вот и она нет. И тот факт, что они не свернули операцию и все еще имитируют сигнал с нашего катамарана, говорит в пользу моей версии. Могу об заклад побиться, максимум в течение пары часов нарисуются. И то лишь потому, что не рискнут сразу в район аномалии лезть, будут круги нарезать. А я им задачу облегчу – костерок разведу, причем скромничать не буду. Погреться нам не помешает.

– Спутники запалят.

– Вряд ли. Масштаб у явления не тот, чтобы пожарную тревогу поднимать. А официально мы как бы и не пропали, так что особый режим мониторинга еще не ввели.

– Логично.

– И только? Короче, план такой: мы их ждем, сдаемся в плен, естественно, оказав сопротивление, они нас волокут на базу, и там всех берем тепленькими. Надеюсь, проследить нас сможешь?

– Не тормози, сын.

– Вот и прекрасно. И знаешь еще что? Как тебе идея развернуть ситуацию на сто восемьдесят градусов? То есть взять за задницу самих контрабандистов?

– Чтобы они оказались на крючке у Монтанари? С каких это пор вы, Антон Денисович, начали мыслить стратегически? Я чего-то пропустил?

– То есть мысль тебе нравится?

– Более чем. Правда, есть два стремных момента. Первый – на фига нам такой лузер, как Майк? С твоих слов получается, что он рохля и мямля.

– Я бы так не сказал… вернее, он как раз такой и есть, но успешно это скрывает от окружающих. Что уже говорит в его пользу – как минимум не тупой, и сила воли есть. К тому же, сдается мне, на контакт он легко пойдет, потому как неосознанно протекции ищет. А работа на официалов поможет не только братву напарить, но еще и с совестью договориться. Со всех сторон одни плюсы.

– Пока что не убедил.

– Еще момент – Майка мы хотя бы знаем, и можем найти к нему подход. А ведь есть неиллюзорная опасность, что вместо него в аферу кто-нибудь еще может впрячься. И сам Майк обмолвился про какого-то Мокрого Костелло. Не думаю, что с ним будет проще. К тому же мы не будем знать, где и когда последует удар. Хочешь, чтобы семейство Монтанари жило в постоянном страхе? Не лучше ли разрулить ситуацию здесь и сейчас?

– Хочешь сказать, что готов к такому? И что тренер дед Коля не прав, когда называет тебя маменькиным сынком?

– Насчет последнего старый хрыч однозначно заврался. А первое как раз и проверим.

– Ну допустим… тогда второй момент – почему ты за Альбертину решаешь? Риску будете подвергаться равному, оба. А постоять за себя она не сможет.

– Я уверен, что она бы согласилась. Просто не хочется светить пока некоторые… хм… особенности организма.

– Не аргумент.

– Ладно. На самом деле это будет тест на стрессоустойчивость. И вообще.

– Тебе это зачем?

– Да так…

– Не юли!

– Есть ощущение, что она идеальная кандидатура в постоянные спутницы жизни, – вздохнул я.

А чего? Нелегко мне это решение