Дорога домой (СИ) - "Son Golifreya"

— Правда? — она улыбнулась. Лиам кивнул. — Хорошо. Тогда поспеши, в это нелегкое военное время каждая секунда на счету!

— Спасибо! Я еще зайду как-нибудь! — он помахал рукой и вышел за дверь под звон колокольчиков. Лиам вытер глаза. Его сердце переполнилось эмоциями, и сдерживать их в себе стало невозможно. Он обязательно придет сюда. Не только для того, чтобы найти еще одного оборотня, вероятно его альфу. Просто, чтобы навестить эту милую старушку и послушать нелепые истории. Если, конечно, избежит Лабиринта.

— И когда это вы стали парой?! — Лиам заметил на узкой дорожке Джексона. Данбар закатил глаза и обреченно вздохнул. — А вот не надо теперь глазки то к небу подводить! Орал на половину квартала. Весь многоквартирный дом в курсе, весь район, школа, Нью-Йорк и, наверное, планета, а может и мультивселенная знает, что вы с Тео лобызаете друг друга глазами. Сам виноват. — Лиам призадумался. В принципе, Джексон прав. Мультивселенная точно в курсе его чувств.

— Заткнись, — в кармане Лиама зазвонил телефон. Он глубоко вдохнул и выдохнул. Если это снова Тео, со своим беспричинным нытьем, то он его действительно убьет. В прошлой жизни Данбар получал пулю с аконитом в живот, вот там реально надо писать слезливое бесполезное сообщение. Однако это оказалась Лидия. Сердце невольно сжалось. Банши не звонит просто так. — Алло, да?

— У меня плохое предчувствие.

— Почему? — Джекон было открыл рот, чтобы начать возмущаться, но обеспокоенное выражение лица Лиама заставило повременить с оскорблениями. Он облокотился о машину и принялся ждать. — Знаешь, когда кто-то такой как ты начинает диалог фразой «у меня плохое предчувствие» вместо простого «привет» — это заставляет волноваться.

— Волноваться в твоем случае — верное решение, — оно говорила резко и тихо. Видимо была в курсе Джексона и его помощи. Лиам сделал пару шагов к аптеке и прижал трубку рукой, стараясь скрыть их разговор. Зря. Уиттмору было плевать. — У меня случилось видение. Попугай моей тети разлетелся на тысячу перьев.

— Мне, конечно, очень жаль зверюшку, но разве это было не в твоем воображении? — Данабар представил, как Лидия фыркнула и скривилась от такого вульгарного сравнения. А как он еще мог обозвать сверхъестественное чувство Банши при её парне придурке? — Не понимаю, по какой причине стоит волноваться!

— Потому что ты почувствовал запах птицефермы дурак, отходов из заводов по переработке пернатых. Короче, за нами охотится птицеподобное существо. А значит, тебе надо избегать открытых пространств, где невозможно точно отследить присутствие врага, — Лиам нахмурил брови. Так или иначе, у них все равно нет зацепок и мыслей по этому поводу. Его обоняние и предчувствие Лидии не могли обманывать. — Поэтому пожалуйста, зайди уже в бронированный Порше Джексона и езжай спасать своего принца. И вообще, отними у него телефон. Вся конференция забита слезливыми сообщениями.

— Хорошо-хорошо! — он начал спускаться по лестнице, подойдя практически вплотную к Джексону. Парень отодвинулся в сторону и продолжал с недоумением ждать, когда Лиам закончит звонок. Терпение было на исходе. — Как думаешь, кто это мог быть точно? Стоило бы узнать несколько подробностей до контрольной, — Джексон закатил глаза. Лидия тоже. Сравнивать нападение сверхъестественных существ с домашкой — так по-детски. — Это значительно бы облегчило нам жизнь…

В этом момент Лиам поцеловался с асфальтом. Из губы резко брызнула кровь, а локоть правой руки обожгло раскалённой кочергой. Он даже не стал скрывать, насколько больно ему было, громко закричав. Сознание сфокусировалось спустя только пару минут. Регенерация оборотня работала, как часы, возвращая способность двигаться. Он попытался встать, но тяжесть на спине убила эти жалкие попытки на корню. Лиам начал протестовать, желая избавиться от ноши. Не помогло. Он закатил глаза и втянул воздух носом: совершенно точно на нем разлегся Джексон. Какого черта пришло в голову парню, знали лишь Гитлер и Наполеон в сумасшедшем доме. Однако перед тем, как разораться на весь квартал о подозрительном поступке друга, Лиам уловил еще один запах. И как он раньше не приметил этот отвратительный аромат птицефермы?

— Джексон, что произошло? — дрожащим голосом спросил Лиам. Он боялся, что если существо умудрилось задеть его локоть, то Уиттмору могло не поздоровиться. — Эй, ты же не помер там? Джексон!

— Живой, я, придурок, живой, — с плохо скрываемым стоном он привстал, позволяя Лиаму покинуть вынужденный плен. Данбар ловко вынырнул и отполз в сторону, глубоко дыша. Джексон облокотился на машину и тяжело задышал. Данбар никак не мог сосредоточиться ни на чем другом, кроме как на запахе их «птичьего» преследователя. — Какого черта произошло? Я краем глаза заметил, как на тебя летит нечто схожее с орлом. Ты такой мелкий, даже городские вороны пытаются утащить в свое гнездо. — он начал кашлять, вызывая у Лиама бесконтрольную панику.

— И ты не придумал ничего умнее, как прыгнуть на меня и закрыть своим телом?! — Данбар не мог сказать Джексону, что его регенерация оборотня справится с этим. Уиттмор, не в силах устоять перед инстинктом броситься под поезд ради близкого человека. Насколько быстро парень образовывал связи? Или это все их сверхъестественное прошлое? Адреналин до сих пор бил в уши, не позволяя сосредоточиться. Лиам раз за разом взывал к себе, пытаясь понять, чего так взбесился волк внутри него. — Ты должен был просто толкнуть меня или закричать! А если бы ты поранился?! Лидия оторвет мне голову! Джексон, зачем такое безрассудство ради почти незнакомого парня?

— Ты придурок, Лиам. Какой же ты незнакомец, — он снова чем-то поперхнулся и зажмурил глаза, через секунду открыв их и пристально посмотрев на Данбара. Ему ничего не надо было говорить. Все эмоции, переживания и боль отразились на дне голубых глаз, словно на него смотрел тот Джексон из прошлого. Потерянный и брошенный, задавленный собственной завистью и непониманием. Ему не надо было говорить, но он все же открыл рот, — Ты точно в порядке, придурок?

Еще одна мозаика встала на свое место в их гравюре сюрреализма. С Джексоном он тоже не был близко знаком. Во всяком случае, не так тесно, как с Лидией или Сарой, однако и этого хватило за глаза. Замелькали кадры их общей схватки, драки и, главное, страха. Ничего подобного парень не чувствовал еще никогда. Словно само воплощение эмоции пытается задушить его, и холодными пальцами выдрать последнее счастье. Захотелось встать и бежать без оглядки, так далеко и быстро, насколько хватит сил. Ему совсем неведома природа этого страха. У какого существа хватит сил? Если Лиам вспомнил Джексона, то и Сара с Лидией стали в курсе. Мартин явно удивится предпочтениям своего нынешнего парня. Лишь такая глупая и неказистая мысль смогла вытянуть его из пучины отчаяния и ужаса. Он уже хотел улыбнуться и встать, как заметил вокруг них зеленые перья, потом вспомнил слова Лидии и, наконец-то, соотнес свои знания истории. Данбар догадался, кто напал на них.

— Гарпия… — Практически невесомо сказал Лиам, боясь, что Джексон может окончательно посчитать его чокнутым. Если он еще не достиг своего предела. Окинув небо глазами, как и сказала ему Лидия, Данбар опустил взгляд на друга. Его глаза в мгновение загорелись ярким золотом. Изо рта Джексона тянулась тонкая струйка крови, парень потерял сознание и склонил голову. Лиам открыл рот и попытался броситься к нему, как локоть пронзила боль. Рана от нападения еще не затянулась. Настоящий, разрывающий связки вой раздался на половину города. Кто-то выглянул из-за окна, и со страхом вновь исчез. Слезы брызнули из глаз Лиама, выражая всю его палитру эмоций. Он, словно в замедленной съемке, видел, как Джексон под тяжестью своего тела упал на бок, оставляя яркий кровавый след на своей машине.

— Не смей умирать!

***

Дорога до больницы пролетела за считанные секунды. Порше Джексона отлично справился с задачей довести своего хозяина до назначенной цели. Лиам удивлялся, как быстро и слаженно сработали его инстинкты и память. В этой жизни он так и не дошел до водительских прав и машины, не считая пары уроков с отцом. Однако там, где постоянно случались ужасные вещи, парень был отличным водителем. Сжимая руль до дрожи в костях, ему хватило лишь раз взглянуть на навигатор и запомнить путь. В салоне так сильно пахло кровью и птицами, что из глаз то и дело текли слезы. Так Лиам успокаивал свою мнимую мужественность, ибо истекающий кровью друг все не приходил в себя. Сердце Джексона билось ровно, с необходимой силой, и вроде не собиралось останавливаться, однако о своем собственном он такое с уверенностью сказать не мог. Именно после того, как Лиам вспомнил Уиттмора, в голове начали появляться кровавые картинки. Ничего точного и определённого, лиц, лишь крики и боль. А еще чувство страха. И сейчас он не мог разделить переживания по поводу состояния друга и ужас из-за существа из другой жизни. Раскрыть себя, как оборотня всей больнице, появившись в бета форме, пока не входило в его планы.