Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Курочкин? – поднял брови Орлов.

– В купе с его испугом во время моего визита я считаю его вину косвенно доказанной его косвенным признанием. Вопрос, кто остальные?

– Ну, одного мы точно знаем, – усмехнулся Орлов.

– Да, знаем, – согласился Гуров и достал из папки еще один лист бумаги. – Точнее, поздновато мы с ним познакомились. Личность убитого в мебельном цеху, которого нашли возле шкафа, установлена. Это некий Армен Хондулян. Судимый, пальчики в картотеке на него есть, кличка Ходуля. Ничего примечательного на него после отсидки в полиции по месту жительства нет.

– Что, совсем ничего?

– За исключением одной мелочи. В группу его основных контактов входят Кусок и Самурай. То бишь Кушнарев и Самарин.

– Тот самый Кушнарев, который контактировал с неизвестным нам Копытом. С тем Копытом, который пытался продать или найти покупателя на драгоценности?

– Да, круг замкнулся, – кивнул Гуров. – Только нам от этого пока не легче. У нас нет ни начала ниточки, нет и конца. Оборвали они нам ее.

– Так. – Орлов начал говорить, пристукивая костяшками пальцев по крышке стола. – Неизвестный по кличке Копыто получил из шкафа, который стоял в музее, от неизвестного лица ювелирное изделие восемнадцатого века. Так? Он вошел в контакт с Кушнаревым, и чем закончился контакт, нам неизвестно. Позапрошлой ночью шкаф вскрыли неизвестные люди и похитили все драгоценности. Так? Один из них то ли в результате ссоры, то ли по другой причине был убит. Это Хондулян. Место нахождения коллекции неизвестно! Личность убийцы неизвестна! Личность человека, инициировавшего сбыт драгоценностей на «черном рынке», нам неизвестна! Хреново, Лев Иванович…

– Ну, не совсем, – бодро ответил Гуров. – Не надо так сгущать. Конечно, в твоей интерпретации все выглядит очень мрачно, но у нас есть Курочкин, мы вообще без труда за сутки выясним, кто же курировал шкаф в музее, кто с ним контактировал. К кому приходили посторонние в кабинет. Это раз. То есть начало ниточки у нас будет – это сто процентов. Второе! У нас есть контакты убитого Ходули. Я уже послал ребят и этого участкового Бойцова задержать и доставить сюда Кушнарева и Самарина. Я уверен, что до чего-то они договорились, раз убит их третий дружок Хондулян. Значит, они в теме. Значит, у них есть выход на кого-то серьезного…

Гуров не договорил. Он виновато глянул на шефа, вытащил телефон и приложил к уху.

– Да!.. Вы уверены?.. А еще где?.. М-да. Хорошо… Оставьте наблюдение и можете возвращаться…

– Что? – спросил Орлов, когда Гуров опустил трубку.

– Вот теперь хреново, – покачал головой сыщик. – Кушнарев и Самарин исчезли еще вчера утром. Ни дома, никто из знакомых о них ничего не знают. Да-а… теперь плохо. Тут предвидеть было нельзя. Я сразу послал людей, как только установили личность Хондуляна и его связь с Кушнаревым и Самариным. Видимо, они были в курсе, что Ходуля убит, видимо, они были замешаны или конкретно виновны. И скрылись сразу же… утром.

– Так, опять мы отстали от преступников на шаг, – вздохнул Орлов. – Как они хотя бы проникли в мебельный цех той ночью?

– Перекусили дужку замка на внутренней стороне оконной распашной решетки. Потом самым элементарным образом измазали стекло медом. Где они его взяли, мы скоро установим. Потом облепили стекло бумагой и выдавили внутрь почти без звука. Чтобы пустой оконный проем не бросался в глаза, они степлером закрепили на нем полиэтилен. Когда выбирались наружу, полиэтилен просто сорвали.

– А может, не было в тайнике никаких сокровищ? – вдруг спросил Орлов. – Может, там пусто было, может, нас мистифицирует кто-то?

– Были. Эксперты нашли следы волокон на краях стенок тайника. Это лен, следы льняной ткани, которая зацеплялась несколько раз за край древесины. Волокна почти рассыпались, но видно, что они были из плотного плетения. То есть это был льняной мешочек. Или льняное полотно, в которое драгоценности были завернуты.

– Почему лен? – спросил Орлов. – Не самая прочная ткань. В те времена уже были ткани и поплотнее, попрочнее. Сукно, например.

– Лен – ткань мягкая, не повредит тонким изделиям.

Глава 6

Всю вторую половину дня и почти половину ночи Гуров провел между двумя районами, в которых жили Кушнарев и Самарин. Три группы оперативников из МУРа работали под его руководством по адресам обоих пропавших парней. Они обходили адрес за адресом, обстоятельно выясняли, кто и когда в последний раз видел пропавшего, с кем видел, каков его круг общения, приносил ли он домой какие-либо вещи, пропадал ли ночами. Список вопросов, который интересовал оперативников, был велик.

Гуров оставил при себе старшего лейтенанта Бойцова, с которым обходил все бомжатники в этих районах. По специфике своей работы участковый быстро находил общий язык с коллегами, и те давали адреса, характеристики мест, где обитали местные пьяницы и бродяжки. К вечеру, когда последовал один из последних докладов, Гуров как раз шел за Бойцовым, который уверенно вел его к заброшенным кирпичным гаражам, где летом ночевали бомжи, по сведениям коллег, и выслушивал последний доклад по телефону.

– Так. – Гуров остановился, подумал и уселся на оказавшуюся поблизости парковую скамейку. – Ну-ка, Сашка, присядь. Давай покумекаем.

– О чем, Лев Иванович?

– О наших делах, Саша, о наших делах, – задумчиво глядя, как участковый садится рядом на лавку, сказал Гуров. – Смотри, что получается. Кушнарев и Самарин в ночь убийства, скорее всего, убили Хондуляна в цехе у твоего друга Кузнецова, поэтому домой не возвращаются. Они вернулись лишь утром, когда было светло. Я даже не останавливаюсь на том вранье, которым они кормили близких насчет того, где они были ночью и чем занимались.

– Ну?

– Они оба вернулись каждый к себе домой и потом быстро ушли. Больше их никто не видел. Документов дома нет, возможно, они прихватили деньги, еще что-то. Однозначно оба намерены скрываться. Это о чем говорит? Что они виновны в смерти Ходули.

– А вдруг нет? Ведь это домыслы, Лев Иванович. Никаких указаний у нас нет на то, что они ночью были именно с Ходулей возле шкафа. Ни следов, ни отпечатков.

– Ну, ну! – поощрил Гуров молодого помощника. – Еще что думаешь по этому поводу?

– Я согласен с вами, что смерть Ходули и возможный факт изъятия драгоценностей из тайника явились причиной поспешного бегства Кушнарева и Самарина. Но не факт, что именно они убийцы или виновники смерти парня. Может, убил кто-то другой, а им приказал смываться, потому что они неизбежно попадут в наши сети, мы неизбежно вычислим их отношения как связи.

– Так, хорошо. Еще!

– Драгоценности изъяли по двум возможным причинам. Либо они нашли покупателя на всю коллекцию, либо они сделали это потому, что у них там появился труп. И они теперь будут спешить с реализацией или залягут на дно.

– А по поводу трупа что ты думаешь?

– А что о нем думать? Поссорились, например.

– С чего это им ссориться, когда на дело пришли, когда дело сделано? Большой куш каждого ждет. Или, по крайней мере, одинаковый куш.

– Да. – Бойцов замялся. – Действительно, как-то глупо для их главного, чтобы он прямо там начал разборки устраивать. Там ночью, наоборот, любой дурак будет вести себя прилично и обещания раздавать. Если только… Они не решили убрать одного претендента, чтобы увеличить за его счет свои доли. Хотя это можно было сделать и раньше. Не светиться возле шкафа. Скорее всего, убийство действительно спонтанное. Не знаю, что и думать, Лев Иванович.

– Вот, – кивнул Гуров, – хорошее слово произнес. Убийства или старательно готовят, или убивают потому, что так сложились обстоятельства. Неожиданно. Готовить убийство там, в этом мебельном цехе, никто не мог. Зачем оставлять полиции такие следы, убить Ходулю могли совершенно спокойно в любом месте. Значит, там что-то произошло. Драка, дележка, спор о долях? Вряд ли, тут я с тобой согласен. Значит, инициатором чего-то был не умный главарь этой банды, а кто? Глупый или глупые рядовые члены. И кто-то там просто защищался по необходимости. Иной причины я не вижу.