Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Еще немного… быстрее! Черт, Курочкин уже посматривает на дорогу. Еще немного – он сделает шаг и поднимет руку. И тогда дело нескольких секунд, тогда может сразу остановиться любой левак или свободное такси. Гуров побежал. Курочкин сейчас больше смотрел на дорогу, чем назад и тем более направо, за кустарник. Гуров поднажал. Вот и кончаются кусты… Только бы не обернулся, только бы не обернулся!

Курочкин обернулся. Гурову оставалось преодолеть всего каких-то шесть или семь метров, но он не успел. Напряженный взгляд подозреваемого встретился с взглядом сыщика. Доля секунды была у Гурова, чтобы бросить свое тело вперед, пытаясь сократить расстояние до минимума, прежде чем Курочкин осознает свое положение и не пустится бежать. Три метра сыщик преодолел одним мощным рывком, и тут Курочкин метнулся прямо на проезжую часть. Сердце Гурова остановилось и сжалось в ожидании визга резины, истошного вопля автомобильного сигнала и глухого удара человеческого тела о капот, а потом падение на асфальт… и все.

Выскочивший на дорогу человек не побежал дальше, а заметался на краю проезжей части, а потом бросился назад. Это спасло ему жизнь, потому что черная «Ауди», решив проскочить пробку по выделенной полосе пассажирского транспорта, нарушила правила и свернула вправо. Визг резины, крики людей, сигнал машины и… свисток инспектора ДПС. Ах ты родной, подумал Гуров с нежностью и теплотой об инспекторе, переходя на спокойный шаг. Крепкий молодой человек с погонами старшего лейтенанта мгновенно появился рядом с упавшим на асфальт Курочкиным. Водитель «Ауди» уже стоял рядом и, активно жестикулируя, объяснял, что он даже не коснулся пешехода, хотя тот и выскочил как ненормальный на проезжую часть. Курочкин скользил каблуками ботинок по асфальту и все никак не мог встать.

Гуров подошел, взял Курочкина под локоть и поднял его на ноги. Потом привычным движением сыщик сунул подозреваемому руку под пиджак и крепко ухватился за край брюк вместе с брючным ремнем. С таким захватом, знакомым многим полицейским, еще ни одному задержанному не удавалось сбежать. Не вырваться.

– Что же вы так, Павел Андреевич? – осведомился Гуров с нехорошей усмешкой. – Жить вам надоело, что ли? У вас впереди очень интересная, хотя и однообразная жизнь.

Инспектор ДПС не понял сути разговор нарушителя и подошедшего к нему незнакомого человека в костюме. Но это не мешало ему выполнить свои обязанности и принять меры к административному наказанию Курочкина. Гуров вытащил удостоверение и показал инспектору.

– Этого к вам в машину, – кивнул Гуров на Курочкина. – Вы же, кажется, должны составить протокол на него за грубое нарушение, которое привело к созданию аварийной ситуации на дороге?

Когда Курочкина отвели и усадили на заднее сиденье патрульного белого «Форда», Гуров показал на водителя-нарушителя из «Ауди».

– Этого отпустите. Не до него сейчас.

– Хорошо, – кивнул старший лейтенант и показал глазами на Курочкина. – А этот кто?

– Этого вы сейчас отвезете в следственное управление. Следователь оформит на него задержание.

– За что вы меня задержали? – наконец пришел в себя Курочкин, услышавший последние слова Гурова.

– Спокойно. – Сыщик наклонился к двери. – Вы, гражданин Курочкин, задерживаетесь в соответствии со статьей 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации как лицо, подозреваемое в совершении преступления и совершившее попытку скрыться от сотрудника органов внутренних дел.

– Я возражаю… – начал было Курочкин, отчаянно бледнея и потея.

– А вот об этом мы с вами поговорим очень подробно, гражданин Курочки, – пообещал Гуров. – Вы даже не подозреваете, как много нам с вами предстоит обсудить, как много вам предстоит рассказать нам интересных и важных вещей. Вы даже не представляете, насколько именно сейчас ваша дальнейшая судьба находится именно в ваших собственных руках. Вот об этом вы и думайте, пока вас везут. И очень надейтесь, чтобы полковник Гуров захотел вам помочь устроить вашу дальнейшую судьбу. А не пустил бы ее по накатанной дорожке через пересыльную тюрьму на этап в вагоне с решетками вместо перегородок с урками, головорезами, педофилами, ворами и насильниками.

Захлопнув дверь, Гуров махнул инспекторам, чтобы они уезжали. Отряхнув брюки и пиджак, которые он испачкал, вися на водосточной трубе, он достал телефон и позвонил Орлову.

– Все, Петр! Извини, но Курочкина мне пришлось брать самому. Он, поганец, все же попытался сбежать. Еле поймал. Его сейчас к следователю везет наряд ДПС. Помогли мне ребята на дороге. Следователь в курсе, ты связался с их управлением? Ну и хорошо. Я скоро буду у тебя с докладом.

Выпив полный стакан минеральной воды, Гуров вытащил салфетку на столике у окна и промокнул лоб. Генерал Орлов с усмешкой смотрел на него, сидя напротив в кресле.

– Стареешь, Гуров. Потеть начал.

– Вспотеешь тут! – буркнул Лев Иванович. – Аж кондрашка чуть не хватила, когда понял, что он из музея решил сбежать. А там выходов как в муравейнике. Ладно, обошлось и хорошо.

– Хорошо, что у тебя в МГУ прояснилось?

– В МГУ полный порядок. Этот Гафанович оказался разворотливым мужиком и хорошим организатором. Он меньше чем за сутки организовал полное научное обеспечение. Главное то, что найденные части украшений, скорее всего, принадлежат именно той самой утерянной коллекции купчихи Брыкаловой, а до нее актрисе Анастасии Александровой. Там есть ряд особенностей, которые еще в старинном описании отмечались. Частично они и идентифицировали наши находки. Я успел заскочить к экспертам и принес копии заключений по следам и образцам с места преступления в мебельном цехе.

– Молодцы, подсуетились, – похвалил Орлов криминалистов. – Ну, и что там?

– Там все интересно. Эксперты сначала сделали вывод, что доступа в тайник из внутренних объемов шкафа не было. Но потом резонно подумали, что драгоценности в тайник попали не в момент создания шкафа как такового. Очень сомнительно. Но задняя стенка была вскрыта уже в наши дни. По разным признакам от месяца до двух назад. До этого задняя стенка была целая.

– Значит, тайник открывался изнутри?

– Да, нашли они хитрые пазы, с помощью которых перемещались панели и доступ в тайник открывался изнутри. Но те, кто взламывал шкаф, не были специалистами, они не разобрались. Вопрос в другом. А как они вообще узнали о сокровищах, если не могли попасть в тайник, даже не могли предполагать, что он есть.

– Они могли догадаться, что внутри что-то есть, когда кто-то кантовал шкаф, – предложил Орлов. – Услышали глухой стук, когда сверток, или что там было, свалился набок, съехал на другую сторону тайника.

– Может, и так, – согласился Гуров. – И в связи с этим у меня возникла одна мысль. Смотри, что получается. Тайник нашли и вскрыли люди, не имеющие представления о мебели прошлых веков, способах устройства тайников и тому подобных вещах. Они почувствовали, что внутри что-то есть, и добрались до этого. Глупо. Но если это просто кража, то вполне тривиально.

– Ты имеешь в виду, Лев Иванович, зачем было снова все класть назад в тайник?

– Точно! – обрадовался Гуров тому, что старый друг и коллега понял его с полуслова. – А потом появилась умная голова, которая сообразила, что все золото продать быстро не получится. Что его надо где-то хранить. А в тайнике все это хозяйство будет лежать под надежной музейной охраной. И никому и в голову не придет искать золото там. И они вытаскивали понемногу и пытались продать, искали покупателей, экспертов. А заделали швы в распиленных досках вот этим…

Гуров протянул Орлову лист с результатами экспертизы.

– Шпатлевка по дереву, немецкая фирма OSMO? – Орлов посмотрел на Гурова. – И что ты этим хочешь сказать?

– Это профессиональная шпатлевка, Петр Николаевич. Цветная. Она позволяет подбирать цвет под конкретный вид древесины. Я видел остатки на задней стенке в утро после убийства. Подобрана идеально. Шва в местах распила совсем не видно. Человек, посоветовавший эту шпатлевку, знал толк в вопросах ремонта или реставрации мебели или тесно контактировал с мастерами. И этот человек приглядывал за шкафом, пока другие искали покупателя на драгоценности.