'Фантастика 2025-140'. Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

class="p1">Он встал.

— Я тебя знаю.

— А я тебя. Не столько знаю, сколько помню. Другим, правда.

Тень.

У него имелось имя, но его давно забыли, если вовсе знали. Люди, выросшие в Городе, рано понимали, какую ценность представляют имена. Ирграм зевнул, демонстрируя клыки.

— Мы можем быть друг другу полезны, — сказал наемник.

— Чем?

Ирграм не издевался. Он действительно не понимал, какую пользу лично ему принесет этот человек. Да, прежде… тот славился и удачливостью, и силой.

Тень из числа лучших.

Если вовсе не лучший.

— Тебя ведь держит что-то, верно? — руку с клинка он снял и старался казаться спокойным, но Ирграм чувствовал его нервозность.

Не страх, нет.

Сильный человек.

И кровь у него должна быть… нет, Ирграм может обходиться без крови. Он и голода-то не испытывает. С другой стороны, и люди едят не только потому, что голодны.

— Скорее всего клятва. Без нее ты или попытался бы убить нас, или, что вероятнее, просто исчез. Но ты держишься… и кому ты клятву принес?

— Какая разница.

— Магам рода Ульграх? Возможно… но нет, в тебе нет прежней почтительности. Значит, из этих оков ты выбрался.

— Надо чего?

— Союз, — Тень знал, когда стоит остановиться. — Я с ними тоже лишь потому, что Карраго обещал вытащить моего сына. Только…

— У него не получилось?

— Получилось как раз-то… ему намного лучше. Но это место… возможно, здесь мы останемся оба. Если не все.

Ирграм подумал и кивнул. Место и вправду не слишком подходило для людей.

— И ты хочешь уйти, — сказал он утвердительно.

— Не уверен, что получится.

И это верно.

— Ты дал слово?

— Именно.

— И пока твой сын жив, ты прикрываешь их задницы.

Тень склонил голову.

— Но тебе это не нравится, — Ирграм позволил себе оскалиться. — Правильно. Как только выпадет случай, он от тебя избавиться. Карраго считает тебя опасным.

— Льстит.

— Да нет… он болен, — Ирграм потер кончик носа.

— Быть того не может.

— Может. Воняет от него. Это не чума, — счел нужным уточнить Ирграм.

Выбравшись из вороха прелой листвы, рытвенник сунулся под руку. И на человека уставился, внимательно так, с надеждою даже. Причем надеялся он точно на то, что человек этот не слишком Ирграму нужен.

— Все одно… ладно. Мой сын сейчас спит. И так, что его не могут разбудить. Если не смогут, то…

— Он умрет.

— И не только он.

Девчонка тоже? Хорошо бы. Или нет? Все-таки Ирграм не был уверен, что клятва просто исчезнет. Может статься, что и его существование прекратиться.

Это было бы грустно.

Немного.

— Я присяду? — человек поднял руки и медленно, стараясь не делать резких движений, опустился на землю. — Так говорить удобнее… мне кажется, ты лучше их понимаешь, что происходит.

— Нет.

— Ты был магом. А стал… кем-то.

— Упырем?

— Это я так. Надо же тебя называть как-то.

— Можно по имени.

— Хорошо. Главное, что знания твои остались. А теперь появилось новое восприятие. Ты… ушел в туман и вернулся. Остался жив. И я чую, что взял себе силу.

— Чуешь?

— Меня в свое время тоже меняли. Давно. И порой это… проявляется, скажем так. Тот туман был силой.

— Сырой.

— Сперва. Потом в этой силе что-то изменилось. Она как бы обрела структуру. Плотность. Но недолго. Структура эта была слабой, а затем рассыпалась и начался отток силы. К тебе.

Ирграм ничего не ответил.

— Я чувствую остатки её. На самом деле сила любого мага особенна. И потому легко было различать следы… правда, я об этом не распространялся. Ты что-то сделал с туманом. И тварью в нем. Но я и об этом не расскажу.

Может, убить его?

Конечно, Тень опасен. И быстр. Пожалуй, в прошлой жизни Ирграм не рискнул бы с ним связаться. А теперь?

— Не стоит, — тот покачал головой. — Я не враг тебе. Убей. И останешься один на один с выводком магов. Тот парень, который при них, он наивный. Понятия не имею, откуда он взялся, но магам он не противник. Уйти ты не сможешь. А вот справиться? Со мной, пожалуй, ты сейчас сладишь. С ними же…

— Союз?

— Я помогаю тебе, — Тень положил руки на колени. — Ты — мне. Добровольно. В рамках той помощи, которую сам пожелаешь оказать. Я… соответственно. В спину не бьем. Избавиться не пробуем. Смотрим. Собираем. Обмениваемся тем, что узнали или увидели.

Ирграм подумал.

И снова.

Не то, чтобы ему был нужен этот союз, но в чем-то Тень прав.

Клятва.

Маги.

Союзник будет не лишним. Тем более, что новых клятв Ирграм не собирался давать.

— Кровь, — неожиданно вспомнил он. — Дай мне попробовать своей крови?

Почему-то подумалось, что Тень откажется, но тот молча вытащил из рукава нож и провел по запястью. Кровь его оказалась темной и густой. Она вспухла на запястье россыпью капель, и Ирграм невольно подался вперед. Ноздри его раздулись, вдыхая тяжелый сладковатый аромат.

— Не боишься? — поинтересовался он, облизывая губы.

— Тебя? Нет.

— А чего боишься?

— Пей, пока не передумал, — Тень протянул руку и поглядел этак, с насмешечкой. В другое время она, может, и задела бы Ирграма.

В другое время.

Сейчас он лишь сглотнул и подался вперед. Обхватив горячее запястье обеими руками, Ирграм притянул его к себе. И впился в рану. Кровь была… горячей.

Сладкой.

Дурманящей.

Вино? Куда лучше. Вина он никогда не любил. Скорее уж та травка, которой баловались некоторые, не особо сознательные маги. Ирграм тоже как-то попробовал. Травка дарила ощущение полета, счастья, легкости, наполнявшей тело.

А еще убивала разум.

Он видел, что стало с теми, кто… это другое. Он отдает себе отчет в происходящем. Он… просто попробовать. Убедиться, что…

Не важно.

Ирграм заставил себя отпустить руку. И напоследок лизнул, не удержавшись, темную кожу.

— Надеюсь, я не стану таким, как ты.

— Чем плохо? — голос звучал глуховато.

— Ты не человек.

— А ты? Что в тебе осталось от человека? — кровь не пьянила. И легкости нет. Скорее уж ощущение, что жизнь вернулась, стала почти как прежде. Цвета. Краски. Запахи. Звуки. Все полнее. Ярче.

Правда, Ирграм подозревал, что долго это не продлиться.

— Хороший вопрос. Ответа не знаю. Но… я все же ближе к людям. И человеком себя считаю. Хотя… для них все одно расходный материал. Я. Ты. Они сами… может, в этом и есть смысл?

— Какой?

— В том, что небо раскололось. И что огненный дождь прольется… что уничтожит все живое. Или почти все… может, и не стоит спасать этот мир?

— Но ты ведь будешь?

— Не мир. Себя и сына.

— Думаешь, кто-то стремится к большему? — Ирграм поднялся, чувствуя желание что-то сделать. Может, даже что-то хорошее. — Все спасают себя. Сына. Дочь. Родителей. Возлюбленных… кого-то, кто нужен. А мир — это просто заодно уж.

Он прислушался.

— Идем, — сказал, отряхнувшись.

Странно, но человек этот больше не воспринимался чужим. Не то, чтобы Ирграм проникся вдруг к наемнику симпатией. Или признал его близким. Отнюдь. Скорее уж сейчас этот человек стал чуть значимей прочих.

— Что-то случилось?

— Что-то… мир снова другой. Но это не опасно. Да, — Ирграм прислушался к ощущениям. — Это определенно не опасно.

Глава 12

Глава 12

Миха

Миара, застывшая было с распахнутыми глазами, вдруг покачнулась и сделала шаг к границе круга. Потом наклонилась, потянулась к черте, то ли прочерченной, то ли выплавленной в земле.

— Стоять! — Карраго перехватил эту руку. — Куда?

— Там… — её взгляд был устремлен на другую сторону. — Там они. Круг мешает… круг надо… границу…

— Не надо, — Карраго поглядел на Миху. — Границу рушить нельзя.

— Они… — Миара попыталась было вырваться, но Карраго, может, и умирал от старости, но не в данное конкретное время. Сил удержать магичку во всяком случае хватило. — Нельзя рушить границу, не факт, что получится снова её воссоздать.

— Там… надо…

— Надо, — у Михи иногда получалось соображать. — Но и границу трогать не обязательно.

Он поднял мальчишку-барона и переступил через черту.

— Если гора не идет к Магомету…

— Я не знаю такого мага.

— Это просто поговорка, — Миха уложил барона на землю по-за чертой и вернулся за следующим.

Ица показалась совсем невесомой, а вот прикасаться к наемнику было страшновато.

Выдержит ли?

Выхода все одно нет.

Винченцо Миха закинул на плечо. И выложил в ряд.

— Дальше что? — поинтересовался он у Миары.

— Не знаю, — она закрыла глаза. — Ничего не слышу. Вот… ничего. Сволочь!

Кто именно сволочь, Миха уточнять не стал.

— А зелье? — он указал