Путь Дракона. Начало (СИ) - Линда Е. Леусс

- Спасибо! – хрипло сказал Коул, его гортань еще не восстановилась после ожога. Он уже мог говорить, самостоятельно принимать пищу и двигаться, его изуродованное тело уже обрастало новой кожей, но до полного выздоровления было далеко.

- Пожалуйста! – отозвался я, разглядывая его изуродованное до неузнаваемости лицо.

- Зачем ты меня вытащил? – неожиданно спросил он.

- Не знаю, – ответил я честно – А ты не рад?

- Разве можно радоваться этому? – он яростно посмотрел на меня и, скривившись от боли, откинул простыню, обнажая тело, покрытое растрескавшейся коркой.

- Но ты жив, – возразил я и прикрыл отвратительное зрелище простыней – и сможешь отомстить. А с этим, – я кивнул на него – Доктор что-нибудь придумает.

С тех пор жизнь Коула обрела смысл, а я приобрел верного соратника и друга.

Да, Дун Тули, зря ты не проверил, мертв ли тот, кого ты казнил, и лучше бы ты сдох в том ущелье, куда мы заманили ваш десант, чем попал в руки Коула. Мой новый друг натешился с обидчиком-Драконом вволю, крепыш и здоровяк Дун после общения с вампиром и несколькими мутантами превратился в кучу окровавленного мяса, а потом все это безобразие и бесполезное разбазаривание бесценных образцов пресек Доктор, забрав Дуна и еще нескольких выживших Драконов в виварий и попеняв Коулу на то, что он ставит свои личные, низменные и примитивные интересы выше общественных. Разобиженный друг пришел искать моей поддержки, но в этот раз мне пришлось ему отказать.

- Коул, чего ты психуешь? Ведь Дун не единственный Дракон, есть и другие, – увещевал я разъяренного вампира.

- Мне нужен именно он! – прошипел Коул, яростно сверкая на меня глазами.

- Брось, ты уже и так сотворил с ним все, что мог! Если бы не вмешался Доктор, то Дун уже был бы мертв, а так мы сможем использовать его в своих целях, – моя попытка достучаться до его разума потерпела крах.

- И в каких же целях? – язвительно поинтересовался он.

- А вот об этом тебе лучше спросить Доктора. Он не посвящает меня в ход своих экспериментов, а показывает только готовый результат, – не менее язвительно ответил я, зная, что Коул относился к Доктору одновременно с большим почтением и благодарностью, за то, что он спас ему жизнь и помог вернуть лицо, хоть и не его, но уж какое получилось, и с чуткой настороженностью хищника, видящего перед собой еще более опасного хищника. Я предложил Коулу спросить, зачем тому нужен Дракон у Доктора, чтобы он отвязался от меня, но к моему удивлению, он не постеснялся украсть час бесценного времени старого эльфа и подробно выспросить его обо всем, что тот собирается сделать с Дуном. После их разговора, Коул больше не заикался о своих правах на пленника, и даже пришел ко мне извиняться за несдержанность и поблагодарить за совет, чем очень меня удивил.

Спасибо тебе, Дун, благодаря тебе и еще нескольким Драконам из твоего отряда, у нас есть средство, которое поможет нам справиться с вашими соплеменниками. Коул и Доктор убили тебя наполовину, твоя человеческая часть все еще живет в пятом мире, но больше ты не сможешь, ни плюнуть огнем, ни полетать, ни стать драконом. Какая жалость! Какое бездарное окончание столь блистательной военной карьеры! Лично я ничего не имел против Дуна и Тули в целом, но Коул наверняка не успокоится, пока не уничтожит весь их клан.

Интересно, почему стоит мне задуматься на отвлеченные темы, я чаще всего возвращаюсь мыслями к началу нашей дружбы? Может быть потому, что до Коула у меня не было друзей? Или мне до сих пор не дает покоя  необъяснимость моего благородства? Или накал страстей, на который способен Коул и который недоступен мне, ведь его ненависть к Драконам подобна его же страсти к моей сестре? И почему, демон всех раздери, стоит мне выкроить свободную минуту и начать размышлять над причинами и следствиями, как ко мне обязательно кто-то вламывается, сбивает с мысли и отвлекает!

В дверь проскользнула Велена. Я не стал выгонять ее, вспомнив, что сам просил Коула передать, чтобы она зашла. Судя по блеску глаз и припухшим, красным губам Велена была возбуждена и жаждала мужского внимания. Эта забавная мутантка сама напросилась в третий мир, но взял я ее исключительно для своего удобства и удовлетворения мужских потребностей. Велена прыгнула ко мне на колени и начала ластиться, как делала всегда, помогая мне, настроится на соответствующий лад.

- Что это ты сегодня такая игривая?– спросил я, запустив руку ей под майку и поглаживая обнаженную грудь, лифчиков она по моему приказу не носила.

- Мы сегодня опять охотились, – ее зрачки расширились, она стянула с себя куртку, оставшись в короткой майке и узких кожаных штанах.

- Надо скинуть напряжение? – пощипывая ее затвердевший сосок, спросил я.

- О да! – она прикусила губу и откинулась назад, я сдернул с нее майку и принялся ласкать ее грудь для того, чтобы достаточно возбудиться самому.

Она изгибалась и постанывала, пока я не дошел до нужного состояния и не столкнул  ее со своих колен, Велена послушно скользнула вниз и присела передо мной, осторожно расстегивая брюки и смотря на меня снизу вверх потемневшими от возбуждения глазами.

Спустя две четверти часа, выгнав из комнаты Велену и налив себе бокал вина, я сел за стол и с отвращением посмотрел на внушительную стопку бумаг, в конце концов, решив сделать небольшой перерыв. Разве будущий повелитель миров не может позволить себе еще несколько минут отдыха?

Потягивая вино, я подумал о нашем недавнем пополнении, которым был обязан Коулу. Он где-то нашел этого  молодого инкара, Старка,  и, конечно  же, привел его к нам. Инкар был на грани сумасшествия на почве неразделенной любви и почти ни на что не реагировал. Я давно заметил  у моего друга нездоровое пристрастие к влюбленным вампирам, за время нашего знакомства он пестовал нескольких до полного их выздоровления. Когда я спросил его, зачем он с ними нянчится, он объяснял свои порывы тем, что пережил подобную беду и, если у него будет шанс уберечь  хоть одного влюбленного дурня от того, что произошло с ним, то он им непременно воспользуется. Мне это объяснение показалось неубедительным, слышать о проявлении подобных эмоций от такого прожженного циника и мерзавца, как Коул, было, по меньшей мере, странно, но докапываться до истинных причин мне было недосуг.

- Несчастная любовь убивает инкаров, но почему-то никто не спешит им помочь, наоборот, все сторонятся страдальца, словно тот подцепил опасную заразу. Так нельзя, ведь им нужна лишь поддержка и сочувствие, уж ты мне поверь, брат, – рассудительно заявил Коул, а я с трудом подавил смех. Влюбленные вампиры были единственными существами во всех мирах, которых ему было жаль.