"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Леженда Валентин

Герои непонимающе переглянулись.

— По-моему, он имеет в виду Зевса, — подал голос догадливый Тесей.

— ЗЕВСА?!

И славные мужи Греции все как один поглядели на небо.

— Ага, он самый, — подтвердил Тук, пинками приводя в чувства брата. — Сказал, что нам на Олимп еще рано, вот совершим с десяток великих подвигов, и тогда… возможно… при определенном стечении благоприятных обстоятельств… и если будут вакансии…

— Так вы что же, побывали на самом ОЛИМПЕ?

— Ну а где же еще? Наверняка Синид специально нас туда забросил, дабы насолить всемогущим богам.

— Да… дела… — обалдело поглядывали на затянутое облаками небо герои.

Очнулся Тикус, чуть не подравшись с пинающим его братом, пришел в чувство и Тронос, который, к счастью для себя, ничего толком не помнил.

— Как летел, помню, — честно признался могучий герой, двумя оттренированными ударами рихтуя смятый шлем. — Как в ворон плевал, тоже помню. Какие-то придурки в меня с земли из лука стреляли, а дальше… черный провал.

— Счастливчик, — завистливо процедил сквозь зубы Тикус.

— Эй, мужики, у кого-нибудь запасная пара сандалий есть? — с надеждой спросил Тронос.

— У меня есть! — обрадовано сообщил Тесей, протягивая грустному герою отцовский подарок.

— Ты что, издеваешься? — обиделся Тронос под всеобщий хохот коллег.

Были раскупорены целебные мази, кое-как обработаны боевые раны.

"Да, нелегкое дело — быть великим героем! — подумал Тесей. — Да и опасное!" (Вот-вот! Это тебе не у деда за пазухой в Арголиде сидеть.)

— Ну-с… — усмехнулся Автолик, когда побывавшие на Олимпе храбрецы были приведены в более-менее приличный вид, — куда теперь направимся?

— На пьянку, — напомнил Эритрон, воинственно размахивая кулаками. — Жрать охота, ну и отдохнуть тоже.

— Что ж, так и поступим! — кивнул сын Гермеса. — А то подвиг за подвигом… так, знаете ли, и надорваться можно.

Конечно, хитрый грек кривил душой, слегка льстя себе любимому. Подвиг за подвигом — это ведь всего лишь дерзкая мечта. Тут не знаешь, как один — единственный совершить. М-да. В особенности, когда вокруг всякие пронырливые Тесеи крутятся.

Слегка передохнуть и обмыть второй подвиг удачливого юноши решили в городе Кромионе, что так удачно располагался неподалеку.

Наученные горьким опытом великие герои решили пойти на хитрость и замаскироваться под похоронную процессию. Для этого могучие мужи поспешно переоделись в обычные для греческих граждан хитоны, скрывшие блестящие на солнце боевые доспехи.

На сомкнутые щиты был уложен Тронос, наиболее пострадавший после вылазки на Олимп, который должен был изображать преждевременно усопшего, то бишь покойника.

Впереди скорбной процессии медленно вышагивал рыдающий Автолик в надвинутом на лицо капюшоне (отец усопшего), заботливо поддерживаемый под руку самим Тесеем.

Таким вот макаром хитрые мерзавцы и вышли к главным воротам города.

Дремлющие на солнце стражники встрепенулись, очумело уставившись на непонятно откуда возникшую странную толпу.

— Стой, кто идет! — поспешно выкрикнул тот, кто выглядел особенно глупо.

Скорбная процессия остановилась.

— Это почтенный Нилос! — громко сообщил Тесей, имея в виду трясущегося рядом «хромого старикашку». — Сегодня в неравном бою с лесными разбойниками погиб его единственный сын, опора и надежда старика могучий Тронос.

Покойный в этот момент очень некстати почесал массивный нос, но этого, к счастью, никто из удивленных стражников не заметил.

— В неравном бою, один против сотни распоясавшихся негодяев пал храбрый воин! — пафосно вещал Тесей, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. — О горе, горе, кто же теперь позаботится о несчастном немощном старике, кто подставит плечо в трудную минуту, кто утешит, порадует добрым словом…

Автолик еще больше затрясся и зарыдал пуще прежнего с жуткими завываниями, явно при этом переигрывая.

— Нет больше среди нас могучего Троноса. Жуткая утрата омоется морем слез. Печаль и уныние снизойдут с небес, дабы грустно играть на эоле без надежной скорби в фамильном склепе старого Нилоса, в котором очень скоро будет лежать молодое тело его загубленного злым роком сына.

Теперь уже рыдал не только прикалывающийся Автолик, но и простодушные стражники, роняя на землю скупые мужские слезы.

Тесей на всякий случай принюхался.

Так и есть, замаскировавшимся героям здорово повезло, от стражей города сильно несло перегаром.

«Могли бы особо и не стараться», — раздраженно подумал юноша.

— О, пропустите же нас в город, о благороднейшие из мужей греческих, — нетерпеливо добавил Тесей.

— Конечно-конечно, проходите… — скорбно закивали стражники.

Пьяные кретины даже не удивились тому, что покойника почему-то вносят в город, когда все должно было происходить наоборот. Кладбище-то располагалось за пределами Кромиона.

Как только похоронная процессия торжественно преодолела ворота, произошло неожиданное.

Возлежащий на сомкнутых щитах покойник чудесным образом воскрес, вскочил на ноги и радостным басом проревел:

— Парни, мы внутри-и-и-и…

Полетели наземь скромные хитоны, и у перепуганных местных жителей тут же зарябило в глазах от сияния начищенных доспехов.

— ГЕРОИ-И-И-И! — истошно завопил кто-то из добропорядочных граждан, после чего прохожие бросились врассыпную.

— Да, это мы, сатир вас всех побери! — проревел им вслед Дентос, — И мы намерены как следует у вас погулять. Вперед, друзья, найдем же лучшее питейное заведение из всех!

— Веди нас, Эритрон! — скомандовал Автолик. — У тебя самый чуткий нос.

Эритрон профессионально зашевелил сломанным в двух местах в пьяной драке носом.

— Иду на запах «Особого Критского»! — торжественно провозгласил он.

— Вперед! — выкрикнул сын Гермеса, и великие герои, словно маленький диверсионный отряд в стане врага, устремились следом за лысым коллегой.

Застывшие у распахнутых ворот с открытыми ртами стражники медленно переглянулись.

— Вот тебе на, — тихо произнес один.

— И не такое иногда случается между небом и землей! — философски добавил второй, подняв вверх указательный палец, после чего бравые стражи нехотя вернулись на свой пост досыпать.

Не подвел лысый Эритрон героев, выведя могучую толпу славных греческих мужей прямо к тому самому питейному заведению, в котором посетителям подавали «Особое Критское» десятилетней выдержки, знаменитой марки «Кровь Минотавра».

— Не пущу! — яростно взревел огромный двухметровый детина, как видно владелец чудесного питейного дома.

В правой руке бугай держал разделочный тесак, а в левой — крепкую дубинку.

— Возможны осложнения? — прошептал на ухо Дентосу Тесей.

— Еще какие, — отозвался герой, с интересом поглядывая на бицепсы воинственного горожанина.

Мужику бы слегка вес сбросить, да заручиться хорошей родословной (хотя бы липовой) — и прямой путь в греческие герои владельцу пивного заведения обеспечен.

Могучие эллины в замешательстве топтались на улице. Им бы всем скопом взять да навалиться на наглеца, забывшего, с КЕМ он имеет дело. Но кому-то все же придется сегодня схлопотать по мордасам.

Горожанин, как видно, калач тертый: на щеке шрам, в ухе серьга, на поясе нож. Ни дать ни взять бывший пират.

Никто из героев не желал лезть на рожон, а выпить многим хотелось, особенно «Кровь Минотавра» десятилетней выдержки.

Ситуация обострилась, когда из питейного заведения появился второй здоровяк — точная копия вооруженного тесаком бугая. Этот новый персонаж держал в могучих руках ржавые, но крепкие на вид вилы.

— Я услышал какой-то шум, брат?