Быть никем. Теория самомоделирования субъективности - Томас Метцингер

бы вернуться в пещеру, увидев свет солнца, "ослепление и блеск" (515c; p. 123) истинной реальности, и нет никого, кто мог бы впоследствии вызвать смех невежественных вечных узников, о которых Сократ задает следующий вопрос: "А если бы можно было наложить руки и убить человека, который пытался освободить их и вывести наверх, разве они не убили бы его?" (517a, p. 129).

Важно отметить, что тень, хотя и зависит от объекта, который ее отбрасывает, управляется им и в определенном, очень слабом смысле представляет его, никогда не является отдельной сущностью. Тени как таковой не существует. Существуют лишь затененные поверхности. Однако, конечно, можно спутать объект и затененную поверхность, тем самым рассматривая последнюю как отдельную сущность. Я утверждаю, что сознательное "я" - это не вещь, а затененная поверхность. Это не отдельный объект, а процесс: непрерывный процесс затенения. Красота метафоры тени для самосознания заключается отчасти в том, что это не только классическая, но и глобальная метафора - та, которая лежит в основе многих великих философских традиций человечества. В качестве примера можно привести выдающегося незападного ученого, который жил на 1200 лет позже Платона, с 788 по 820 гг. н. э., в своем труде "Вивекакудамани, или Гребень-драгоценный камень мудрости" (Śaṃkara 1966, p. 70), утверждал, что подобно тому, как мы не путаем себя с тенью, отбрасываемой нашим собственным телом, или с его отражением, или с телом, каким оно предстает во сне или в воображении, мы не должны отождествлять себя с тем, что кажется нашим телесным "я" в данный момент. Śaṃkara сказал: Как вы не отождествляете себя со своим телом-тенью, телом-отражением, телом-мечтой или телом-воображением, так же вы не должны отождествлять себя с живым телом. SMT предлагает более глубокое понимание того, почему в стандартных ситуациях система в целом неизбежно отождествляет себя со своей нейродинамической тенью, со своим внутренним вычислительным отражением себя, со своим непрерывным онлайн-мечтанием о себе и внутренней эмуляцией себя. Именно прозрачность человеческой Я-модели вызывает этот эффект.

Мы должны представить себе пещеру Платона иначе, чтобы понять истинную ситуацию нейрофеноменологического пещерного человека. На нейронной пользовательской поверхности мозга пещерного человека пляшут низкоразмерные феноменальные тени внешних перцептивных объектов. Многое верно. Безусловно, существует и феноменальная самотень. Но что такое эта тень - низкоразмерная проекция? Я утверждаю, что это тень не плененного человека, а пещеры в целом. Это физический организм в целом, включая весь его мозг, его когнитивную деятельность и его социальные отношения, которые проецируются внутрь, причем со всех сторон одновременно, так сказать. В пещере нет ни истинного субъекта, ни гомункулуса, который мог бы спутать себя с чем-либо. Это пещера в целом, которая эпизодически, во время фаз бодрствования и сна, проецирует тень себя на одну из своих многочисленных внутренних стен. Тень пещеры существует. Сама пещера пуста.

Шкара был прав: Прозрачная феноменальная модель "я" - это не "я". Но прав был и Сократ. Он изобразил узников, прочно запертых в пещере, прикованных с рождения. Точно так же обстоит дело и с нашей феноменальной Я-моделью: Она прочно закреплена в автономной телесной динамике элементарной биорегуляции посредством процесса, который я называю "самопрезентацией". Человеческая Я-модель преобразует нашу прожитую реальность в центрированную реальность, потому что это единственная феноменальная тень, прочно связанная с непрерывным источником внутренней информации. Сократ ясно видел, что существует устойчивая функциональная связь. Я вернусь к вопросу о том, может ли эта связь когда-либо быть разорвана, когда буду обсуждать третью метафору СМТ в конце этого раздела. Согласно СМТ, верно, что танцующая тень на внутренней стенке нашего мозга обладает устойчивой функциональной связью с этим самым мозгом, например, реализуемой верхней частью ствола мозга и гипоталамусом. Неверно, что существует внутренний человек, образующий объект этой тени, человек, воспринимаемый как отдельная сущность, связанная такой функциональной связью. Личность - это глобальное свойство системы в целом, которое возникает только на гораздо более поздней стадии, в процессе социальных взаимодействий. Тень себя - необходимое условие для любого социального взаимодействия - это просто тень, отбрасываемая пещерой в целом на саму себя. Платон был прав и в том, что наша феноменальная модель реальности имеет крайне ограниченную размерность. Из всего, что мы знаем сегодня, поток сознательного опыта - это идиосинкразическая траектория через феноменальное пространство состояний, высокоизбирательная проекция, сформированная случайностями биологической эволюции на этой планете - нечто, больше напоминающее туннель реальности через немыслимо высокоразмерную реальность. Третий аспект, в котором и Платон, и Шкара были, безусловно, правы, - это нормативный идеал расширения самопознания. Положение нейрофеноменологического пещерного человека плачевно. Она должна быть изменена. Однако ее нельзя изменить, освободившись и покинув пещеру в поисках истинного света солнца. Мы никогда не были в пещере. Пещера пуста.

Вторая метафора, которую я хочу здесь предложить, - это репрезентационистская метафора. Репрезентационистские теории разума имеют долгую историю, охватывающую многие века западной философии. Недавно репрезентационистские теории сознательного опыта вновь стали популярными, а обыденное понятие "карта" в то же время превратилось в повсеместный инструмент в нейронауках и когнитивных науках. Идея проста и понятна: Феноменальный опыт подобен динамической, многомерной карте мира. Интересно, что, подобно лишь немногим внешним картам, используемым человеческими существами, он также имеет маленькую красную стрелку. Я утверждаю, что феноменальное "я" - это маленькая красная стрелочка на вашей сознательной карте реальности.

Рассматривая карту города на стене станции метро, вы часто обнаружите маленькую красную стрелку, а может быть, и предложение рядом с ней, гласящее: YOU ARE HERE! Интересно отметить, что это лингвистическое пояснение не является строго необходимым. Для большинства пользователей карта, на которой изображена только маленькая красная стрелка, будет выполнять свою функциональную задачу. Ваша феноменальная карта мира - это внутренняя карта мира. Чтобы быть полезной, она должна иметь не только феноменальное содержание - очень грубо говоря, она должна обладать определенной изоморфией по отношению к вашему текущему окружению. В этом и заключается проблема интенциональности: должна существовать некая связь между картой и городом, между разумом и миром. Чтобы достичь определенной степени ковариации с внешней реальностью, карта должна быть еще и динамичной, способной к постоянному, гибкому и быстрому обновлению. Однако у осознанной модели реальности есть только один-единственный пользователь. Этого нельзя сказать о карте на станции метро. У карты метро много пользователей. Она не меняется вместе с окружающим городом. Она является внешним объектом. По сравнению с огромным богатством вашей сознательной модели реальности она меньше, чем тень. Мало того, что это низкоразмерная проекция, она не обладает подлинной перспективой от первого лица; все, что у нее есть, - это маленькая красная стрелка. Маленькая красная стрелка - это