Долг: первые 5000 лет истории - Дэвид Гребер

471

В «Энциклопедии даосизма» они описываются как «диаграммы, которые являются разновидностью Небесного письма и черпают свою силу из того, что воспроизводят свой Божественный образец, находящийся во власти божеств, даровавших их» (Bokenkamp 2008:35). О даосском «фу»: Kaltenmark 1960; Seidel 1983; Strickmann 2002: 190–191; Verellen 2006; о буддистских параллелях см.: Faure 1998; Robson 2008.

472

Sasso 1978; истоки символа инь-ян остаются неясными и вызывают споры, однако те синологи, с которыми я консультировался, считают эту версию правдоподобной. Общим словом, которым в современном китайском языке передается понятие «символ», является «фухао», непосредственно проистекающее из «фу».

473

Поскольку я вступаю в полемику по вопросу о том, почему в исламском мире не сложился современный капитализм, мне кажется обоснованным и довод Удовича (Udovitch 1975: 19–21) о том, что исламский мир никогда не развивал безличных кредитных механизмов, и возражение Рея (Ray 1997:39–40) о том, что запрет на процент и страхование имел большее значение. Предположение Рая о том, что различие в законах о наследстве могло сыграть свою роль, также заслуживает дальнейшего исследования.

474

В платоновском смысле: как и любая деталь, физическая птица, которую мы можем увидеть на близлежащем плодовом дереве, представляет собой лишь воплощение общей идеи «птицы» (которая является нематериальной, абстрактной, ангельской); то же касается различных физических, смертных индивидов, которые соединяются для того, чтобы превратить корпорацию в абстрактную, ангельскую идею. Канторович утверждает, что потребовалось немало интеллектуальных инноваций для того, чтобы возникла идея корпорации: в первую очередь идея «зона», или «эвума», вечного времени, т. е. времени, которое продолжается вечно, и, обращаясь к трудам Дионисия Ареопагита, противостоит представлению о вечности Августина, полностью помещавшего ее вне времени и считавшего, что она является обиталищем ангелов (Канторович Э.Х. Два тела короля. Исследование по средневековой политической теологии./ пер. А.Ю. Серегиной. М., 2005. С. 256–257).

475

Исламское право, например, не только не разработало понятие фиктивного лица, но и до недавнего времени упорно отказывалось признавать корпорации (Kuran 2005).

476

В основном Рэнделл Коллинз (Collins 1986:52–58), который также проводит сравнение с Китаем; ср. Coleman 1988.

477

Небольшой перечень исследований, в которых дебатируется вопрос о «революции цен»: Hamilton 1934; Cipolla 1967; Flynn 1982; Goldstone 1984, 1991; Fisher 1989; Munro 2003a, 2007. Главный спор ведется между монетаристами, по-прежнему утверждающими, что увеличение количества драгоценного металла является основной причиной инфляции, и теми, кто подчеркивает значение быстрого роста населения; впрочем, конкретные аргументы, выдвигаемые обеими сторонами, более нюансированы.

478

Историки говорят о «металлическом голоде»: по мере того как наиболее крупные рудники истощались, золото и серебро, не выкачивавшиеся из Европы для оплаты восточных предметов роскоши, все больше укрывались, что приводило к самым разным трудностям в торговле. В 1460-х годах дефицит металла в городах вроде Лиссабона был настолько острым, что торговые суда, заходившие в их порты с трюмами, полными товара, зачастую возвращались домой, так ничего и не продав (Spufford 1988:339–362).

479

Разумеется, я очень сильно упрощаю: другой проблемой стало расширение системы крупного землевладения, сопровождавшееся ростом задолженности мелких собственников, не способных расплатиться с крупными землевладельцами. По мере того как члены постоянно увеличивавшегося императорского семейства и семьи фаворитов освобождались государством от уплаты налогов, налоговое бремя на мелких собственников достигло таких масштабов, что многие были вынуждены продать свои земли могущественным семьям в обмен на дальнейшую их аренду, для того чтобы освободиться от налогов.

480

Китайские историки насчитали 77 различных «шахтерских восстаний» в 1430-1440-х годах (Harrison 1965:103–104; cf. Tong 1992:60–64; Gernet 1982:414). Они превратились в серьезную угрозу в 1445–1449 годах, когда в перенаселенных областях Фудзянь и Шасянь шахтеры под руководством своего вожака по имени Йе Цон-Лю объединились с крестьянами-арендаторами и городской беднотой. Восстание распространилось на другие провинции, охватив множество городов, и привело к изгнанию многих землевладельцев.

481

Фон Глан (Von Glahn 1996:70–82) документально описывает этот процесс. Жерне (Gernet (1982:415–416) пишет, что между 1450 и 1500 годами большая часть налогов стала уплачиваться серебром. Процесс достиг кульминации в методе «одного удара хлыстом»: такое название получили реформы, проведенные в 1530–1581 годах (Huang 1974, см. Arrighi, Hui, Hung и Seldon 2003: 272–273).

482

На протяжении XVI столетия стоимость серебра в Китае (в золотом исчислении) оставалась приблизительно вдвое выше, чем в Лиссабоне или Антверпене (Flynn & Giraldez 1995, 2002).

483

У Китая была своя «эпоха географических открытий» в начале XV века, но за ней не последовали масштабные завоевания и обращение других народов в рабство.

484

Возможно, они ошибались. В целом население сократилось на 90 % даже в тех областях, где не было прямого геноцида. Но в большинстве мест поколение спустя население начало восстанавливаться; на Эспаньоле и во многих областях Мексики и Перу, прилегавших к шахтам, уровень смертности, вероятнее всего, достигал 100 %.

485

Один историк отмечает: «К концу шестнадцатого века драгоценные металлы, прежде всего серебро, составляли 95 % всего экспорта из испанской Америки в Европу. Приблизительно такой же процент туземного населения был уничтожен в процессе овладения этими сокровищами» (Stannard 1993:221).

486

Истории большинства конкистадоров похожи на историю Кортеса. Бальбоа сбежал в Америку от своих кредиторов; Писарро занял так много денег для подготовки экспедиции в Перу, что после первых неудач лишь страх оказаться в долговой тюрьме не позволил ему вернуться в Панаму; Франсиско де Монтехо был вынужден заложить все свои владения в Мексике для получения займа в восемнадцать тысяч песо, которые пошли на организацию экспедиции в Гондурас; Педро де Альварадо тоже увяз в долгах и в конце концов вложил все в проект завоевания островов Пряностей и Китая — после его смерти кредиторы сразу же попытались выставить остававшиеся у него владения на торги.