Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков

память Тич всё же кое-что успела… э-э… схватить и удержать, перед тем, как её тело бесследно растворилось в… непроглядной прозрачности, скажем так. Явление этого сгустка света, оснащённого хватательными нитями и пастью, нежданно-негаданно, но беспощадно поставило точку. Изнурительное, смертельно опасное продвижение по самому первому миру, на котором очутились воины отряда за пределами родной ячейки, оборвалось так же резко, как и начиналось. К тому, что смерть всегда дышит в затылок или смеётся прямо в лицо, нашим было не привыкать. Но раньше они хотя бы имели возможность свериться с картами местностей, по которым пролегали линии фронтов. Шагнув за пределы, они психологически подготавливались к чему-то совершенно новому, поразительному. Но выяснилось, что и по ту сторону, за бездонной космической пропастью… всё как у людей, скажем так. Такая же война. Тот же вечный поход всех против всех. Неужто живые разумные просто не способны существовать иначе? Напрашивался единственный, ни разу не утешительный вывод: для того, чтобы наполнить жизнь смыслом, им необходимо постоянно воевать друг с другом.

На этом и мы поставим точку. Тебе уже известно достаточно, чтобы иметь представление о реальной истории этого похода, и на его основе ты самостоятельно разложишь мнемозаписи по полочкам в памяти. Вдруг тебе понадобится сделать это без моего участия…

Не смотри, не смотри на меня круглыми глазами, Лана. Я сказал, что на этом… хм, мы закруглимся, и своего решения не изменю. Учись терпению. Это главное качество воина. Вовсе не сила. Вот бы один из героев этой истории своевременно об этом вспомнил…»

Часть третья

Призыв

Под лежачий камень вода не течёт. И ещё одно подходящее выражение нашлось в одном из наречий мира Земля. Действительно, покой – враг памяти.

«Только мёртвые не имеют привычки помнить». (Заблуждение, естественно, в свете того, что мы узнали о реальных мёртвых, но у человечества подобных заблуждений множество, и оно цепко за них держится.)

Что я такое? Мечта, видение, память. Человек умирает, а что остаётся? Душа? Говорят, душа живёт вечно… Но ведь ПАМЯТЬ – это и есть душа. Значит, где-то, как-то память о каждом человеке сохраняется. Возможно, у Вселенной где-то и есть свои мнемоархивы, в которых записывается всё и вся. Есть или нет, нам не ведомо.

Поэтому в любом случае не помешает подстраховаться.

Очень хорошо, что в команде двое, которые раньше фактически находились по разные стороны баррикад. Один сходил в разведку боем и вернулся из отчаянной вылазки чуть ли не единственный из всех. Второй оставался в крепости и на своей шкуре испытал, что такое осада. Приверженцы разных тактик… для стратегического замысла это на пользу, на том и строился расчёт. Даже если кто-то из них погибнет. Даже если погибнут они оба. Даже если погибнут другие. Даже если погибнут все… кроме последнего.

Глава одиннадцатая. Пленных – брать

Два истребителя-бомбардировщика, угодившие в сектор обозрения одного из следящих устройств, на огромной скорости пронеслись над подземным заводом, скрытым лохматым зелёным покрывалом лесного массива. Только и успели воздушные машины скинуть несколько мощных зарядов на маленькую расчищенную взлётно-посадочную площадку.

И хоть оба пилота были достаточно опытными, больше они не выполнили ни одного манёвра. Система ПВО сработала чётко. Как только пара боевых флайеров вышла из режима невидимости для бомбометания, по ним был открыт плотный заградительный огонь. Раскатистые звуки двух взрывов засвидетельствовали факт их последней посадки. Возможно, пилоты и успели катапультироваться, но всё произошло настолько стремительно, что на этот счёт возникали сильные сомнения.

И всё же со своими задачами за эти считаные секунды пилоты справились. Они успели поразить обе цели. Одна из них уже догорала в клубах густого чёрного дыма на раскуроченной площадке. Это была яхта класса «Призрак Императора», начинённая высококлассными компонентами технологии невидимости. Обычно такие летающие лимузины использовались для транспортировки особо важных пассажиров. В другую цель промазать было просто невозможно – это был сам военный завод, раскинувшийся под поверхностью планеты на несколько квадратных километров.

Две продолговатые бомбы, вонзившись в землю, выплавили себе тоннели в толстом слое железобетонных защитных перекрытий завода и проникли внутрь комплекса. Но ни одна из них так и не взорвалась. С громкими хлопками стенки этих бомб разделились на лепестки и разлетелись окрест, сметая всех, кому не поздоровилось оказаться поблизости. Оголившаяся сердцевина оказалась ничем иным, как противоперегрузочным модулем с человеком внутри.

Две капсулы внедрились в разных помещениях завода, но выскочившие из них бойцы в штурмовых скафандрах высшей защиты очень быстро объединились в пару, уничтожив всех попавшихся им на пути сотрудников безопасности подземного комплекса. Они были разных размеров, один большой, другой заметно меньше, но оба – одинаково стремительны и беспощадны. Если судить по элитным боевым скафандрам, стоимость которых могла составить годовой бюджет небольшой колониальной станции, это были специально отобранные кадры, такие системы кому попало не доверят. Но одна деталь абсолютно не вязалась с экипировкой спецназовцев: тюремные контроль-ошейники, виднеющиеся на их шеях сквозь забрала шлемов, которые убийцы не удосужились даже затемнить.

Перемолвившись жестами на особом наречии профессиональных воинов, они продолжили своё кинжальное наступление, сметая на своём пути всех, кто пытался воспрепятствовать их стремительному продвижению. Высокий шёл впереди, а меньший, прикрывая спину напарнику, отставал от лидера на несколько шагов.

Пронзительный сигнал тревоги и заполошные вспышки авариек наполняли все цеха, лаборатории и коридоры. Группы рабочих в спешке покидали производство, а сотрудники безопасности завода занимали позиции во всех стратегически важных местах. Стальные аварийные переборки наглухо закупоривали многие помещения и проходы к ним.

Но это почему-то совершенно не остановило вторжения, и спустя считаные минуты комплекс содрогнулся от взрыва. Следом за толчком погас свет. Всё оборудование, работавшее от центрального энергетического генератора, замерло, многие системы безопасности, в том числе и система ПВО, переключившись на резервные источники питания, стали работать на двадцать процентов своей номинальной мощности и десять процентов функциональности. Темноту в коридорах нарушали лишь мертвенно-белые лампочки аварийного освещения. Они питались от автономных батарей.

По одному из коридоров завода очень быстро и организованно продвигался небольшой отряд хорошо вооружённых людей в армейских комбинезонах. Они сопровождали человека в цивильной одежде. По его виду можно было судить, что солдаты охраняют далеко не последнего облечённого властью представителя человеческого сообщества. Этот человек подходил к сканеру очередной переборки, закрытой по сигналу тревоги, и открывал её на несколько десятков секунд, пропуская свой отряд сопровождения в следующую секцию. Открыть аварийно закупоренные двери любого объекта могла лишь «персона номер один» на