Демон (СИ) - Артем Петров

— Он уже генерал, насколько я слышал, — уточнил бывший крестоносец. — Теперь уже безраздельный глава Тевтонского Ордена. А также нескольких орденов калибром поменьше.

Главнокомандующий разделил обязанности среди генералов, оставив за собой пост главы ордена Тамплиеров, одной из самых могущественных частей организации. Даже если произойдет раскол, последнее слово всегда останется за Ноттингемским.

— Но раз Сандерс действительно отдал этот приказ, это объяснимо. Он судил меня за Шербур. И, даже в свете всех обстоятельств, приговорил к изгнанию.

Ведь показания Хэммета не фигурировали на допросе. Несмотря на то, что профессор как можно более честно, лишь не упоминая про пластинку, ответил на все вопросы. Казалось, пытки солдата неизвестными личностями указывали на некромантов в стане ордене. Что не исключается, но подозревать Сандерса в том, что он преследует какие-то свои цели — опрометчиво. И Уильям это подтвердил.

— Он адепт порядка. Не упускал ни одного преступника без наказания.

— И охоту на магов объявил с наивысшим удовольствием, — подала со стороны голос Катерина, поднимаясь на второй этаж, невольно услышав последнюю часть разговора.

Она не могли и не собиралась прощать за это орден. И все это понимали. Поэтому бывший крестоносец избегал говорить о подобном с ней. Да и вообще избегал. Ибо, как ни крути, как не представляй ситуацию с другой позиции, ему нравилось то, что происходит сейчас. Нравилось укрепление мощи ордена и охота на магов, которых всегда считал опасными наравне с некромантами.

Он не говорил об этом вслух, но большинству оказалось достаточно одного взгляда, чтобы это понять.

— Значит, мы слишком хорошо показали себя в битве с наемниками, — сделал вывод солдат.

— Это было неизбежно. Нас обнаружили бы рано или поздно, — сказал Хэммет. — В Лондоне мы были на виду, но в безопасности. Некроманты в центре города — и орден навсегда оккупирует эту территорию. Поэтому готовилось покушение. И будет следующее. Пока мы в бегах, то можем временно прятаться в хаосе, что происходит в мире.

— Это рано или поздно кончится, — возразил Уильям.

— Именно поэтому мы делаем то, что делаем. Это было неизбежно, мой друг. С тех самых пор, когда мы прибыли в Шербур, все к этому шло.

— Но вы хотели этого. Это была ваша цель на протяжении скольки… двух тысяч лет?

— Чуть больше, — усмехнулся профессор. — Но я правда не думал об этом, когда попал в Шербур. И ничего не планировал, импровизировать приходилось находу.

— Можно сказать, что вы бросили поиски после Семнадцатого нашествия…

— Нет, не бросил. Но уже думал уходить в другой мир, чтобы не попасть под взор ангела.

Тут Уильям помрачнел. Но так и не объяснил причин.

Его давно мучили вопросы. На которые Михаил никогда не ответит. Поэтому в голове бывшего крестоносца шло расследование, как то, которое вел профессор в своей книжке.

И самым главным вопросом была математическая нестыковка. С возрастом собеседника…

Уже через три дня после громкого заявления Виктора и его изобретения о себе, пришло долгожданное тайное послание от Гроссе. Старик не стал подсылать убийц или атаковать в лоб, ибо мог почувствовать себя оскорбленным поведением своего бывшего ученика. Или посчитать его угрозой собственному авторитету в организации технологических некромантов.

Тем не менее, все были уверены, что приглашение ведет прямиком в ловушку. Тем более, что никто не пустит навстречу «Герра Гроссе», для которого Ангус нашел отличного штурмана, одного из английских водителей так называемых «танков». Молодой парень был одержим всем, что было связано с мощью и крепкой броней. Поэтому посчитал за честь рискнуть жизнью, лишь бы побывать внутри нового изобретения.

— Помпезное место, — заметил гном, прохаживаясь по палубе собственного небольшого дирижабля.

Небольшой ирландский замок находился на красивой открытой равнине, по которой расстилался ночной туман. Образовывался некий паритет. Крепость, как и средство передвижения, располагалась на открытом пространстве, открытая для залпов мощных орудий, что были скрыты внутри палубы. Гном отчасти даже хотел, чтобы дело дошло до драки. Будет повод испытать на прочность крепкость старых стен. Вернее, насколько быстро они падут.

— Подходящее, — ответил примостивший у борта Хэммет, закурив очередную сигару.

Ангус чуть оттянул воротник идеально сидевшего на мускулистой фигуре смокинга. Ему не нравилось летать, он предпочитал землю. К несчастью, Ирландия являлась отдельным островом.

Да и негоже было заставлять хозяев этого замка ждать. Впрочем, ожидать радушия от тех, кто выбирает такие мрачные и угрюмые места не приходится.

В Ирландии, как и в северных частях Шотландии давно царила настоящая анархия. О первой правительство Англии и так не слишком-то заботилось. Оттого был регулярный отток населения на материк или в Новый свет.

Нападение же людей и созданий Гроссе окончательно добило страну, моментально разрушив все государственные институты. Высокопоставленные англичане бежали первыми, упрямые ирландцы долго сопротивлялись. Но постепенно земли начали увядать. И приход крестоносцев, что насильно пробились через флот англичан, считавший непобедимым, показав свою силу во всей красе.

Англичане до последнего противились приходу ордена. Хотели восстановить порядок своими силами, оставишись господствовать на этой земле. И не хотели укрепления влияния крестоносцев на островах. Разумеется, о простых людях, оказавшихся на перекрестном огне аж с трех сторон, никто задумываться не собирался.

Правда, в этот раз суровая организация обошлась без повального сжигая городов и деревень. Война шла против механизмом, а также людей, что вживили в свое тело механизмы. Никто не сочувствовал некромантам, даже если у них не было ни одной замененной части тела. Оттого орден сделал правильный вывод, что никто из гражданских не будет прятать у себя отступающие под натиском солдат отряды.

Казалось, силы Гроссе были разбиты. Его поход за людским материалом потерпел поражение. И ничто не мешало ордену укрепить власть в Ирландии. Но вместо этого они просто ушли.

Недоумевающие англичане пробовали сунуться на остров, но решили оставить восстановление земель до лучших времен. Формально протекторат англичан над разрушенным государством оставался незыблемым. Только оставшиеся жители, самые упрямые, уже не признавали ничьей власти, кроме своей собственной.

С северной частью Шотландии все было гораздо хуже. Ее просто сожгли, оставив после себя пепелище. Жгли как англичане, так и орден, так и сами шотландцы, боящиеся распространения некромантов с берегов вглубь страны. Даже сжигали живых людей при отступлении, дабы те не достались в качестве материала противнику.