Демон (СИ) - Артем Петров

И напали сразу с двух сторон, чтобы захватить живыми хотя бы нескольких, а также полностью ликвидировать угрозу. Пора было уже возгордиться, что сначала некроманты посылают целую армию мертвецов. А теперь толпу наемников.

Хотя, может, это неожиданная месть со стороны Гилена. Нельзя сказать, что эльф не почувствовал себя униженным после того, как его загнали в угол. Но эта версия была второстепенной.

Хэммет даже смог найти время, чтобы заполнить свою записную книжку, пока продолжалась бомбежка. Внутрь наемники заходить больше не решались, решив, что их жизни дороже. За это, правда, наниматель может спокойно открутить каждому голову. Или, если он некромант, то воскресить после и заставить служить более эффективно.

Или использует для переработки в нечто новое, «совершенное», если речь идет именно о другой секте некромантов. Ибо Гроссе мог найти нерадивого ученика и попробовать избавиться от него. Но это совсем уж фантастический вариант, учитывая сохраняющиеся странные отношения учитель-ученик. Многие гении обладают странностями, что недоступны простым людям.

— Зачем мы ждем? Если вам все равно на них, да и, похоже, у них все под контролем, зачем нам сидеть здесь, у всех на виду? — вновь выглянув, поинтересовался Эрп.

— Мы кое-чего ждем. Кое-чего важного. Главное получить пластинки и сбежать, — хмыкнул Хэммет.

Катерина удивленно посмотрела на профессора.

— То есть мы не собираемся спасать остальных?

— Нет. Они знали, на что идут. Пластинки спрятаны неподалеку. Один из людей Ангуса в случае атаки должен вытащить их из тайника и принести мне. После чего мы уйдем.

Женщина не знала, что и думать. Не то чтобы каждый, кто остался внутри дома, вызывал непомерную симпатию. Разве что гном. Да и цинизму Михаила после того, что произошло с мисс Кейси и Гамильтоном, удивляться не приходится. И все-таки это было…

Для убийцы у нее слишком необычные понятия о чести. Последнее выбивается во время обучения. Это ничего не значит, если на кону стоит выполнение задания. Больше ничего не должно волновать. Если придется убить своего — убьешь. Убить ребенка? Неважно, к этому учат быть готовым.

И рыжеволосая была готова. Готова была бросить остальных, если того действительно потребует ситуация. Но она не требовала, по крайней мере, в ее понимание. Еще ведь можно что-то сделать.

— О, а вот и он… — выглянул за угол Хэммет.

Катерина сделала тоже самое, но никого не увидела, что сбило с толку. Этого мгновения хватило Эрпу, что подобраться к профессору на линию выстрела. Но тот успел быстрее. Подскочил к противнику, даже не успев обернуться и выбил из его рук револьвер.

После чего дуло пистолета профессора мгновенно оказалось у груди ковбоя. И стрельба не смолкла, пока не прозвучал столь знакомый и столь приятный звук, который женщина успела наслушаться во время осады. Звук разбиваемого зеленого кристалла внутри некромантской марионетки.

Убитый Уайт тут же принял свой истинный облик. Кожа побледнела, став практически синей. Появился стойкий запах бальзамирующей жидкости. А вспыхнувшие на мгновение ярким зеленым светом глаза потухли.

Выстрелы профессора потонули в стрельбе из пушек, что раздавалась впереди на улице.

— Когда же его убили? — пыталась повнимательнее разглядеть тело рыжеволосая.

Волосы и борода ковбоя перестали быть седыми, лишь выцветшими. Последнее добавление было сделано для поддержания иллюзии. Очень хорошей, стоило признать, иллюзии.

— Давно. И теперь был его выход.

— Но зачем все это? Зачем такая сложная схема?

— Практически гениальная, — похвалил профессор своих врагов.

После чего, видя, что женщина все еще ничего не понимает, Хэммет взглянул в сторону дома кузнеца. Существенно ситуация не изменилась. Ибо построено сооружие было на славу.

Заодно взгляд скользнул по крышам вокруг. Если Майнкрофт и Эрп работали заодно, то вряд ли он прострелил ему глаз по-настоящему. Особенно с такого расстояние.

А когда основной план провалился, враги легко могут перейти к запасному.

И здесь придется рассчитывать лишь на собственные умения и удачу. Впрочем, на последнее тоже не слишком приходилось рассчитывать. Не нашлось ни одного отряда полицейских или военных, кто вопреки приказу сверху решили бы сами прекратить творящийся беспредел.

Поэтому было немного времени для быстрого объяснения.

— Я заподозрил неладное, когда увидел рану Эрпа. Будь он хоть самым стойким человеком, он бы не смог изображать столь небольшой дискомфорт. К тому же руки мертвецов не дрожат, да и с реакцией у них все в порядке. Видели сами у мертвых Ковбоев. Майнкрофт не мог промахнуться. Особенно, когда Эрп выпрыгнул всем телом.

Катерине все казалось достаточно логичным. Не без огрехов и вопросов, но все же какая-никакая теория складывалась в голове.

— Опять же, зачем?

— Чтобы мы сами привели их к тайнику. За марионетками не следят, не смотрят их глазами, лишь дают крайне четкие команды. И мой маленький блеф сработал. Ибо Эрп не был при жизни шпионом. С Майнкрофтом подобное не сработало бы, — Хэммет направился в другую сторону от улицы, планируя обойти небольшой квартал и подобраться к дому поближе с другой стороны.

— Почему же Майнкрофт не принял облик Эрпа, если они приготовили такую сложную провокацию?

— Потому что вряд ли подобная магия есть в распоряжении у некромантов. Если это, разумеется, магия. Я все больше и больше в подобном сомневаюсь…

У задней части дома дежурили пятеро наемников. И держали в поле зрения тех, кто окружил территорию с флангов и по бокам. Просто так их перестрелять не получится. Один снаряд тут же полетит в сторону укрывшихся путешественников.

— Тогда мы стояли, чтобы потянуть время, чтобы ваш план сработал. Чего же мы ждем теперь?

Катерине хотелось действовать, сложно было бездействовать, когда прямо рядом происходит подобное. На целый отряд нападать — самоубийство. Но можно подсократить их число, отвлечь часть из них. Организовать диверсию. Вариантов множество. И Хэммет выбрал ждать. Что, впрочем, не мешало рыжеволосой действовать самостоятельно. Но, вопреки всему, хотелось увидеть, что из этой пассивности может выйти.

— Когда наши друзья претворят в жизнь свой план. А если не неполучится, то мы в этом убедимся и уйдем. Они тоже покинут дом через тайный ход.

— Если его не завалит, — скептически заметила женщина.

— Не завалит. Мы же, в конце концов, имеем дело с гномом. Пусть камень — не его стихия. Но он знает тех, кто может помочь практически в любой проблеме. Эти слабенькие пушки — не лучший выбор для долгого штурма, где нужно все сравнять с землей.