Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков

что ушлые гуриндо используют особенности экосистемы своего мира, чтобы заманивать легковерных соискателей лучшей судьбы. На самом деле они наверняка каким-то образом аннексировали все инопланетные корабли, которые пытались просочиться сквозь их непроглядные облака. А возвращенцев, промыв им мозги, изредка отпускают обратно. Для поддержания прибыльного мифа, что Перекрёсток якобы реально способен открыть внепространственный проход в любую точку… э-э… в любой пиксель картины бытия, которую мы зовём Универсумом. В подобный узел, если он существует, просто так, за здорово живёшь, туристам не попасть, точно так. Слишком важный уголок в планировке мироздания.

– Да, у любой петли есть свой узел, смыкающий концы, и в нашем случае, я уверена, мы вернулись на исходные вовсе не случайно и не просто так. Думаю, такое искривление осей действительно вызвано какими-то неимоверно могучими силами и… значит, мы не просто фантастически невезучие дед и внучка с прогрессирующей манией преследования. Нам реально есть от чего убегать. Этим и заняты мы… гм, сколько я себя помню. Значит, он не одну петлю сети стягивает, а сразу все, этот твой супер-пупер-узел… А давай-ка назовём его полем вечного мира, а? По аналогии… с противоположным полюсом состояния, который порождает явление, благодаря которому мы здесь оказались. Ну, ты понял, о чём я, не надо напоминать, что искали герои заглавной сказки моего детства и отрочества. Знаешь, я почему-то испытываю стойкую уверенность, что в этой… э-э-э… точке обмена сетевым трафиком любые брожения, шатания, возмущения и потрясения категорически противопоказаны. Чтобы не рассыпалась вся сеть, которая держится на…

– А вот на этом мы пока что с тобой… ха, закруглимся. Всё-таки каким он может быть символичным, язык наших предков, из-за чьих ошибок мы… здесь и оказались. Нам пора. Если это поле существует, то нам – именно туда. Ради этого любой риск становится оправданным. И я испытываю стойкую уверенность, что мы… или хотя бы ты обязательно найдёшь его.

– И это, можно сказать, в-третьих. Я помню, в сказках непременно разбивается на три пункта, а героев ждут три дороги. – Девочка не улыбалась. Она уже стояла возле своего ящера и тянула его за упряжь, подымая на чешуйчатые лапы для продолжения пути. – Только знай, если ещё раз намекнёшь, что не вечен, я для тебя выстрою многоэтажную конструкцию из некоторых лексических единиц великого и могучего языка предков. Взрослая уже, сам сказал, мне теперь можно.

Когда местное светило скрылось за горизонтом, на равнину опустилась долгожданная относительная прохлада ночи. Две луны этого мира, как пара огромных ночников, осветили всё вокруг, изменив красные дневные оттенки на ночные – бледно-голубые. Всадники, неустанно скачущие сквозь ночь, не разбивали лагерь и не останавливались на ночлег. Они стремились всё дальше, вперёд, туда, где в районе космодрома уже можно было невооружённым глазом различить огни космических кораблей. Один из них как раз заходил на посадку, а другой взлетал. На следующем, который взлетит, можно добраться к соседней планете. Той, что входила в совершенно другую ячейку из восьми миров. Добираться к ней обычным путём, по сети проходов из осевого мира в осевой мир, пришлось бы с дюжиной «пересадок». Информацию удалось добыть в осевом мире ЭТОЙ соты, из которого двое разновозрастных путников и попали в бобово-красные Устюки.

Помимо доставшихся от природы мгновенных переходов из мира в мир, на доступном человеческому разуму уровне бытия прихотливо разбивающих все планеты на ячейки, объединённые во вселенскую сеть, живые разумные использовали и собственные наработки. Да, от мгновенности перемещения они были ужасно далеки, и пользование ими обычно сопровождалось многими проблемами, а зачастую было просто реальной угрозой для жизни. Зато появлялась возможность прокладывать рейсы из мира в мир по собственному усмотрению, не всегда сверяясь с «утверждённым расписанием», навязанным звёздами. Да, это было связано с огромными энергетическими затратами и прочими тяжёлыми проблемами. Однако умные люди то в одном, то в другом мире рано или поздно осознавали, что надо освобождаться. Что необходимо учиться не привязывать свои судьбы к природной транспортной сети. Что жизненно необходимо искать альтернативные способы передвижения…

Спину искололи их взгляды, воздух пропитан испугом, он был здесь и до нас, но после нашего появления нарастает с каждой минутой.

Звенящая тишина.

Попрятались, затаились. Могут резко наброситься из-за любого угла. Твари. Мы видели парочку вдалеке. Твари, иначе не скажешь.

Максимально активизирую периферийное зрение. Тич рядом. До чего же она всё-таки хрупкая, даже по сравнению с худощавой комплекцией своего сопланетника Тегра. Как уберечь такую?!

Мы – вторженцы, чужаки, нарушившие привычный уклад местных обитателей, нам нужно дать отпор, выдавить, словно болезненную занозу. Жду. Пора бы кому-то объявиться.

Убогое до жути место. Что здесь было раньше? Город? Кто в нём жил и куда все подевались? Без надлежащего ухода и присмотра здания осыпались. Ещё интересно, почему здесь намного теплее, чем в поле? Резкий, неестественный перепад температур.

Мохнатое тело выныривает из бетонного рукава и суетливо скрывается в косых перегородках. Неотступно провожаю его стволом, стрелять не буду. Алекс недоволен.

– Ты его сейчас пожалел, а за поворотом он на нас двухтонную плиту сбросит и будет ржать над получившимися блинчиками!

Пожалел? Я задаю себе этот вопрос: пожалел? Вряд ли. Не вижу смысла стрелять без явной необходимости. Да и патроны не казённые. Когда удастся пополнить боезапас, знают разве что наши боги войны, если они за нами следят и здесь. Что вовсе не является шуткой, если вспомнить, сколько лет за нами издалека неотступно присматривала эта девушка, обладающая невероятной силой, скрытой внутри хрупкого тельца. Мы и сами не слабаки, но она… Да, она такая одна. Мне другой в любом случае и даром не надо.

Полное отсутствие дороги. Разломы, насыпи, ухабы. Передвигаемся как в мелкогорье. Растительность отсутствует, просто нет её здесь, и всё тут. Алекс замыкает, тактически надёжный тыл, можно не оборачиваться. Основное внимание на передний край… и на локосианку.

Мой обострённый опасностью слух улавливает шёпот, сопение. Кожей ощущаю ненависть и страх тварей. Столкновение неизбежно, понятно.

Бдительность, собранность, готовность.

А вот и «хозяева горы», давно пора. Что ж вы так далеко сгруппировались? Ближе, ближе подходите. Правильно, к чему тянуть, давайте сразу решим, у кого сильнее дух.

Невооружённым глазом отлично видно, что эти человекообразные в конечностях сжимают не энерганы, не пулевые автоматы даже, а дубины различных «модификаций». Все наши соглашаются с моим категоричным предложением, мотивированным необходимостью экономить немногочисленные заряды. Таким образом, мы пойдём врукопашную.

Тегр извлекает из сапога личный боевой нож, ни у кого, кроме локосианина, холодного оружия не осталось. В конце концов, если схватка