Берег холодных ветров - Веда Корнилова

- Да, не позавидуешь... - Мейлард сочувственно посмотрел на оборотня, который по-прежнему сидел, уставившись глазами в землю. - Столько пережить...

- Говоря откровенно, я никак не могу взять в толк, каким образом Каден сумел продержаться так долго... - знахарка потерла пальцами виски. - Обычно через полгода начинаются необратимые изменения личности, а тут... Сила воли у парня большая.

- Но нам крестьяне в той деревне говорили, что не один такой медведь в окрестностях бродит... - вырвалось у Айлин.

- Значит, не только Кадена такая беда постигла, и кроме него есть взбунтовавшиеся... - вздохнула Нази. - Выходит, придется и с другими бедолагами разбираться, а пока что только и остается, что молить всех Светлых Богов о том, чтоб к тому времени эти несчастные были еще живы. Ну, а то, что всех таких... преобразованных вышвыривают примерно в одном месте - так, похоже, желают, чтоб те находились в каком-то одном ограниченном районе. Иную причину я пока что предположить не могу.

- Но зачем?

- Возможно, чтоб в случае необходимости можно было вновь собрать оставшихся в живых преобразованных людей. Или же Шайтар ставит какой-то очередной эксперимент, мать его...

- А мне вот что интересно... - вновь встряла в разговор Айлин. - Тогда, при нашей первой встрече, Каден не сводил глаз с розового бриллианта, который я как раз рассматривала. Что в этом камне такого необычного?

- В том бриллианте, что ты таскаешь с собой, нет ровным счетом ничего магического, и я тебе уже не раз об этом говорила. Тут, дорогая, дело совсем иного рода... - Нази побарабанила пальцами по столешнице. - Боюсь, в этом вопросе мы подходим к самому главному. Дело в том, что у Шайтара на пальце имеется кольцо с большим розовым бриллиантом. Если не считать многочисленных оберегов, нашитых на одежду шамана, кольцо с бриллиантом - его единственное украшение. Конечно, огранка, размер, оправа у того камня иные, но вот цвет, как я поняла, у этих двух камней одинаков, можно сказать совпадают один в один. Вот Каден при виде этого сверкающего бриллианта и растерялся по-настоящему, уж очень он напомнил ему камень в перстне Шайтара. Сами понимаете, каково увидеть столь приметный камень в чьих-то руках...

- И что тут необычного? На свете немало схожих камней, в том числе и очень дорогих.

- А то, что я предполагаю (зато Каден в этом уверен), что большая часть невероятной колдовской силы Шайтара заключена именно в этом перстне. Ох, посмотреть бы мне вблизи на этот перстень и на бриллиант в нем - я бы сразу многое поняла! Видите ли, еще тогда, несколько лет назад, когда маги пытались решить миром дело с шаманом - еще тогда некоторые из... нашего сообщества высказывали предположение о том, что вся его сила и мощь заключены именно в этом перстне с розовым бриллиантом, или же его способности многократно увеличены этим странным украшением. Лично я склонна предположить: не будь у Шайтара этого перстня, то перед нами был бы колдунишка мелкого пошиба. Почти наверняка из-за этого он и не хотел встречаться с чародеями - у нас ведь не дураки звание мага получают, вполне могут разобраться, что к чему, а заодно враз бы выяснили, откуда у шамана взялся его удивительный дар.

- Вы нам говорили, что он деревья оживлял, и воду добывал... Не понимаю, что в этом плохого? - поинтересовалась Айлин.

- Ремон, объясни этим бестолковым, в чем тут дело... - устало сказала Нази. - Я уже устала повторять одно и то же, а до них не доходят самые очевидные вещи.

- Попытаюсь... - откашлялся Ремон, который до этого не произнес ни звука. - Вот вы говорите - родники, деревья... Родники, конечно, дело хорошее, только тут надо знать, где их следует пробивать. И в первую очередь это не стоит делать в тех местах, где находятся кладбища или старые захоронения, а шаман выпускал подземные воды именно там. Подобное несколько необычно и странно, вы не находите? Что касается оживления давно умершей природы, хотя бы тех же деревьев... Знаете, в этом мире есть свои правила, в том числе и такое, что всему отмерен свой срок, и это - один из основных законов природы, а оживление того, что уже давно погибло - подобное, извините, уже некромантия, а к ней надо относиться с величайшей осторожностью.

- Но ведь многие из вас занимаются черной магией... - заметил Мейлард.

- Верно, есть такое дело, но тут не стоит переступать определенную черту... - нахмурился крепыш. - Некромантия тоже разной бывает. Оживить недавно засохшее дерево - это одно, а вот поднимать из могил тех, кто умер уже давненько - это совсем иное, выходящее за пределы допустимого.

- При чем тут могилы?

- Все при том же. К вашему сведению, Шайтар нередко этим занимался, несмотря на возмущение и недовольство остальных магов. Нет ничего хоть мало-мальски хорошего в том, что на твоих глазах из могилы вылезает давно умерший человек.

- Кошмар! - вырвалось у Айлин.

- Верно... - кивнул головой Ремон. - Оживить умершего человека, у которого уже погиб мозг и разрушаются нервные окончания - это не воскресить дерево! В результате получаются не люди, а ходящие куклы, которые к тому же гниют...Конечно, процесс дальнейшего тления можно остановить, но восстановить уже умершую и разлагающуюся плоть не дано никому. Вряд ли хоть кому-то понравится, если возле его дома появится с десяток полуразложившихся тел, которые не только самостоятельно ходят, но и тупо пытаются что-то сделать, совершенно не понимая сути своих деяний...

От подобных слов Айлин чуть не затошнило, а Ремон продолжал:

- Видите ли, оживление хоть давно засохшего дерева, хоть умершего человека - это относится к разделу самой черной магии, и подобные деяния должны строго контролироваться. Разумеется, для тех, кто смотрит со стороны, кое-что выглядит настоящим чудом - например, бревна старого деревянного дома вдруг стали покрываться зеленой листвой, а из все тех же потрескавшихся бревен стали расти сучья и ветви!.. Любой сторонний человек, увидев подобное, может сказать одно слово - чудо, а тот, кто проделывает подобное, может легко прослыть чудотворцем! Что же касается магической основы этого дела, то все здесь выглядит далеко не так просто, и звучит примерно так: эти деревья умерли уже давно, и их суть переместилась в иной мир. Чтоб вновь оживить эти деревья, нужно много сил, и, прежде всего, темных. Смерть есть смерть, и тут уже не важно, к чему она относится - к дереву, или к человеку.

- Да мы уже поняли, что ты имеешь в виду... - кивнул Мейлард.

- Нет, думаю, вы поняли далеко не все... - чуть нахмурился Ремон. - Подобное колдовство, чтоб вы знали, совершенно недопустимо, и относится к запретным наукам, которыми можно заниматься только в качестве эксперимента и под строгим надзором. Говорят, в древности многие колдуны умели делать подобное, за что, собственно, и поплатились - в древних книгах можно прочесть, что из-за сходной магии едва не рухнул мир. С той поры прошли сотни лет, все книги по столь опасному колдовству были уничтожены, потому как их магия разрушительна не только для людей, но и для самой природы. Считается, что подобные заклинания большее не существуют - они забыты, канули в прошлое вместе с теми, кто их когда-то создал. И вдруг становится понятно, что некоему шаману известны эти тайные знания...