500 знаменитых исторических событий - Владислав Карнацевич

УБИЙСТВО ЦАРЕВИЧА ДМИТРИЯ В УГЛИЧЕ

После смерти царевича Ивана у Ивана IV остался один сын — Федор, человек болезненный, весьма низкое умственное развитие которого не позволяло рассчитывать на то, что он сможет управлять страной. Иван Грозный очень переживал по поводу совершенного им убийства. Впрочем, от последней жены Марии Федоровны Нагой в 1582 г. у него родился сын — царевич Дмитрий.

В феврале 1584 г. Иван Васильевич скончался. На престол вступил Федор Иванович. Среди тех, кому перед смертью Иван IV поручал опекать нового царя, наибольшим влиянием обладали Иван Шуйский и Борис Годунов, женатый на сестре Федора Ирине. Сразу после смерти Ивана Грозного Мария Нагая с сыном Дмитрием были отправлены в Углич (сейчас в Ярославской области, на Волге). Вскоре приближенные царя разбились на две группировки. Определяющую роль в победе Годунова сыграла любовь, которую царь питал к сестре. В 1587 г. Шуйские были сосланы, поддерживавший их митрополит Дионисий лишен сана. Фактическим правителем России стал Борис Годунов.

Царевич Дмитрий

Он обладал несомненными талантами государственного деятеля, однако низкое по меркам самых родовитых бояр происхождение, как и вся история прихода к власти, сделали Годунова ненавистным и аристократам, и низшим сословиям. От клейма «узурпатор» он так и не смог освободиться до конца своей жизни. Тем более, что к этому добавилось устойчивое убеждение его виновности в смерти царевича Дмитрия.

Этот ребенок действительно мешал Годунову. Родственники Дмитрия боялись и ненавидели Бориса. Скорее всего, венчание на царство младшего сына Ивана Грозного для Годунова означало бы в лучшем случае — опалу и изгнание, в худшем — смерть. Федор же отличался плохим здоровьем, так что приход к власти Дмитрия в ближайшее время был вполне вероятен.

Летописцы утверждают, что Годунов несколько раз организовывал покушение на жизнь царевича. Сначала Дмитрия пытались отравить. Затем в Углич был отправлен с секретной миссией дьяк Михаил Битяговский с помощниками — якобы для управления городом. Мария Нагая старалась не отпускать от себя сына. Но 15 мая 1591 г. Дмитрий каким-то образом остался без ее присмотра. Кормилица царевича и его нянька, состоящая в заговоре, вывели мальчика во двор. Там его уже поджидали убийцы, которые нанесли ему несколько ударов ножом. Выбежавшая на шум мать подняла крик, пономарь соседней колокольни ударил в набат. Сбежавшийся народ тут же расправился с убийцами.

Согласно той же версии, в Москве Борис Годунов подменил грамоту, которую принес ему гонец из Углича. В новом документе говорилось о том, что царевич игрался ножом и зарезался в приступе эпилепсии. 19 мая в Углич прибыла специальная правительственная комиссия под руководством Василия Шуйского для расследования дела об убийстве Дмитрия. (Василий хоть и принадлежал к дому Шуйских, был в свое время возвращен Годуновым из опалы.) Шуйский и его подручные собрали свидетельства того, что царевич случайно покончил с собой. Было выяснено, что страдавший от падучей мальчик часто в припадке кусал себе руки. Нагих же обвинили в подготовке мятежа, подвергли допросам и пыткам. Мария была отправлена в монастырь, а жители Углича были наказаны за убийство царских людей.

Борис Годунов продолжал линию на укрепление центральной власти, что в то время означало и усиление всего государства. Он упрочил положение служилых людей, укреплял границы и города. При нем было отменено правило Юрьева дня (когда крестьянин мог покинуть своего господина). В 1589 г. в России было учреждено патриаршество. Но в своей деятельности Годунов постоянно наталкивался на сопротивление знати, упорно ходили слухи о его решающей роли в организации убийства Дмитрия.

В 1598 г. Федор Иванович умер. После троекратного показного отказа и «упрашиваний» Борис Годунов согласился венчаться на царство. Вступая на престол, он освободил многих заключенных, «простил» недоимки по налогам и податям, дал некоторые льготы служилым и посадским людям. Однако обрушившийся на страну страшный голод и эпидемии до предела обострили внутриполитическую обстановку. Годунов организовал в Москве государственные работы, раздачу хлеба, но количество умерших было все равно очень велико. Враждебные Борису бояре и церковники утверждали, что Русь страдает за грехи царя. Эти события облегчили задачу поляков, с чьего прихода вместе с ЛжеДмитрием I начался период Смутного времени.

Оба добившихся наибольших успехов самозванца[79] представлялись чудом спасшимися царевичами Дмитриями. Опять проводились расследования, в которых участвовал тот же Шуйский, то доказывавшие правильность первоначальных выводов, то менявшие свою точку зрения — в зависимости от конъюнктуры — на совершенно противоположную. Фигура Ивана Грозного была столь величественна, что именем его сына можно было привлечь под свои знамена массу народа. При Василии Шуйском прах царевича был перевезен в Москву, а сам он канонизирован.

БРЕСТСКАЯ УНИЯ

Устанавливая свою власть в западнорусских, западноукраинских землях, поляки постоянно сталкивались с проблемами религиозного характера. Будучи истовыми католиками, они стремились распространить свою религию и на покоренные территории. Однако сделать это с населением, которое на протяжении пяти веков исповедовало православие, было совсем не просто. В этих условиях Римская церковь пошла на компромисс, который (сейчас это можно сказать наверняка) доказал свою жизнеспособность.

После Люблинской унии движение к объединению церквей ускорилось. В 1577 г. широкий резонанс получило знаменитое рассуждение Петра Скарги «О единстве церкви Божьей». В то же время иезуиты систематически вели работу среди ведущих украинских магнатов, чтобы склонить их к поддержке идеи унии. И это, надо сказать, им неплохо удавалось, в частности, на их сторону перешел могущественный православный феодал князь Острожский. Ревностный католик король Сигизмунд III использовал все свои возможности, чтобы с помощью унии, пусть и на ограниченной территории, принести пользу Риму, который в последние десятилетия только и делал, что проигрывал — в Германии, Франции, Англии. При этом поляки не упускали из виду и своих политических задач, стремясь подорвать влияние Московии на западнорусские земли. Тем более, что в 1589 г. было учреждено патриаршество «всея Руси», подразумевающее претензии Москвы на все украинские и белорусские земли.

Любопытно, но непосредственный толчок к заключению союза совершили именно православные священники. В 1590 г. епископ Львова Гедеон Балабан провел тайный съезд православных епископов в Белзе, на котором поставил вопрос об унии. Дело в том, что Балабан постоянно конфликтовал с влиятельным Львовским православным братством. Позже лагерь «унионистов» возглавили епископ Луцкий Кирилл Терлецкий и епископ Володимирский Ипатий Потий (кстати, бывший кальвинист).