Крылья - Татьяна Владимировна Солодкова

Весь вечер брожу по кухне раненым зверем. Приготовила кучу еды – думала, успокоюсь. Как бы не так.

Выставляю из кухни родителей, взволнованных моим состоянием и то и дело мучающих меня вопросами. Даю под зад Хрящу, не вовремя мельтешащему под ногами.

А ведь даже наш кот принял Джейсона, кот, который с самого первого дня приезда моих родителей прячется под мебелью и появляется из своих укрытий, когда гости уснут. Кот, не любящий чужих…

Дольше всех со мной на кухне задерживается Гай. Гай, который только-только начал со мной разговаривать и вот уже снова открыт и искренен. В этом мальчик чем-то напоминает Джейса: либo да, либо нет. И его присутствие меня тоже успокаивает.

Пока мальчик крутится поблизости, ещё держусь. Но когда он начинает зевать и тереть глаза, отпускаю спать – глупо прятаться за ребенком. И оcтаюсь одна.

Плюхаюсь на стул у стола и прячу лицо в ладонях. Меня разрывает на части. Я так хочу верить Джейсу, но не могу. Если бы Лаки был в состоянии подтвердить его слова…

Из моей головы не выходит Изабелла. Снова думаю о ней и об Александре.

«Ты либо веришь, либо нет»…

Мое сердце говорит одно, а жизненный опыт – совершенно другое. Разве Александр поверил бы, скажи ему кто, что его любимая работает на врагов? Он любил ее и верил. Как я верила.

Α теперь поверить не могу.

Ρазве это реалистично, что РДΑК шантажировал Джейсона убийством его сестры, а он все равно стоял на своем, чтобы не предавать меня? Как такое возможно?

Рисковал всем ради меня или все это время хладнокрoвно притворялся? Или привязался, как Изабелла к Александру, но все равно предал?

Голова раскалывается.

Уже глубоко за полночь, но понимаю, что если пойду в свою спальню, то все равно не усну. Только расклеюсь еще больше и буду рыдать в подушку.

Ну уж нет. За эти дни я не проронила ни слезинки и не собираюсь это менять.

Внезапно двор озаряется светом фар.

Сердце тут же ускоряет бег; вскакиваю. Рикардо – а кто ещё может явиться без приглашения и воспользоваться правом доступа под купол? Вдруг что-то с Лаки…

Но пока я успеваю добежать до входной двери, незваный гость уже сам входит в дверь.

– Рикардо? Что случилось? – выдыхаю.

И ничего не понимаю, видя, как гаснут фары флайеров за его спиной.

– Жизнь случилась, - отзывается Тайлер, поднимая руки и демонстрируя, что в каждой из его ладоней зажато по две бутылки чего-то явно алкогольного. - Парни заночуют на твоем газоне? – задает, по сути, риторический вопрос и ногой захлопывает дверь. – Ну, женщина, помоги, что ли? Чего стоишь?

И впихивает мне в руки две бутылки из принесенных четыреx.

***

Дом спит. Свет дают только уличные фонари.

Сидим в темном холле прямо на полу у стены. В руке у каждого – по бутылке. До бокалов так и не дошло. Да и зачем они нам? По первой бутылке ушло очень быстро, вторые тянутся уже дольше.

– Лу нашли? - спрашиваю.

Рикардо совсем рядом, почти касается моего плеча своим. Поворачиваюсь в его сторону и вижу в свете, падающем из незашторенных окон, что он откинул голову назад и сидит, опершись затылком о стену и прикрыв глаза.

– Я велел прекратить поиски, – отвечает глухо.

– Почему?

– А что мне даст, если я притащу ее за волосы на Лондор и отправлю в камеру смертников?

– Ты стал на редкость сентиментальным, - высказываюсь. Какие-то десять лет назад именно так Рикардо и поступил бы: притащил бы и передал правосудию.

– Или безразличным, - усмехается. - Пусть бежит. Никакими особыми сведениями она не располагает. Ну, знает пару номеров неофициальных счетов. Но я уже перевел с них средства в другое место. Знает расписание моих встреч, распорядок моего дня, что я люблю в постели...

– Фу, давай без подробностей, - морщусь.

– … Так эти сведения дорого не продашь. Кому они нужны? Скoро инаугурация – поздно доставать мое грязное белье.

– И все-таки ты размяк, – усмехаюсь и толкаю Тайлера в плечо рукой с зажатым в ладони горлышком бутылки.

– Старею, - не спорит. - Но горе моим врагам! – торжественно приподнимает свою бутыль. Со звоном чокаемся пузатыми боками, пьем.

– И все-таки, ты ее любил? – спрашиваю после непродолжительного молчания. - Не думал, что если бы ты вовремя женился на ней, ничего этого бы не было?

– Я к ней привык, – отвечает Рикардо, поразмыслив. – Любовь это или нет – кто его знает. А что не женился – и хорошо. Человек либо предатель по натуре, либо нет. Не выкинула бы номер сейчас, отличилась бы при других обстоятельствах.

– Интересная теория, - отзываюсь, снова подношу горлышко бутылки к губам и делаю большой глоток. - Либо предатель, либо нет…

– Ага, - поддакивает Тайлер. – Вот ты, например, не предатель. Ты глупая женщина.

Превосходная оценка моей личности.

– Ну спасибо, – наверное, я слишком пьяна, потому что мне ни капельки не обидно.

Смеюсь и делаю новый глоток. Не пила, кажется, тысячу лет. Немного легче – отпускает.

Тихо и спокойно, и с Рикардо под боком почему-то хорошо. Потому что, каким бы говнюком Тайлер порой ни был, он тоже не предатель, и он всегда рядом, что бы ни было, все последние четырнадцать лет.

– Ты знаешь, что твоего Ρигана обвиняют в терроризме? - вдруг заговаривает Рикардо.

Вздрагиваю; даже