Крылья - Татьяна Владимировна Солодкова

Молчание затягивается.

– Как Лаки? - заговариваю первым.

– Стабильно. Без изменений, - отвечает. Голос тоже другой – чужой, холодный.

– Он поправится.

– Я знаю.

«И это уже не твое делo», – звучит между строк. Всё – меня вычеркнули. Точка.

Невесело усмехаюсь, но ничего не говорю. Выводы сделаны, не так ли? Все прямо как на Альфа Крите: не прокурор должен доказать твою вину, а ты сам – свою невиновность.

– Все было игрой? - наконец, Морган задает вопрос.

Один короткий вопрос. Думаю, ради него она сюда и пришла.

Я мог бы многое сейчас сказать, в том числе о тараканах в ее голове, которые вынесли мне приговор, не услышав мою версию событий. Но отвечаю так же коротко:

– Нет. Ничего не было игрой.

На лице Морган – ледяная маска: не разобрать, что под ней.

Снова пауза. Снова молчание.

– Мне сказали про Молли, - вдруг произнoсит Миранда. – Мне жаль.

– И мне, - откликаюсь. – Жаль.

А ещё со вчерашнего дня мне очень хочетcя что-нибудь разбить, желательно рожи Первому и Второму. Но они далеко, а в моей камере нет бьющихся предметов. Поэтому я разбил костяшки пальцев неоперированной руки об стену. Не помогло.

Миранда еще некоторое время смотрит на меня как на экспонат в музее, потом встает и направляется к выходу.

Отлично. Прекрасное решение, госпожа Снежная Королева.

А, к черту.

– Что,так и уйдешь?! – выкрикиваю ей вслед.

Морган часто спрашивала, откуда у меня такое самообладание и умение сохранять спокойствие в любой ситуации. Так вот, хана моему спокойствию. Да и не было его у меня никогда. И в такой заднице я тоже еще не был.

Миранда останавливается, замирает как вкопанная. Вижу, как одеревенела ее спина. Однако стоит и не поворачивается.

Встаю в полный рост.

– Ты не могла отпустить Александра Тайлера четырнадцать лет, а меня вычеркнула из своей жизни за три дня?

От моих слов Морган оборачивается, будто ее ударили током.

– Не смей произнoсить его имя, – шипит, делая ко мне два широких шага. - Он меня не предавал!

– Я тоже тебя не предавал.

– Я читала материалы дела.

– Прочти еще раз, – огрызаюсь.

Стоим с разных сторон стола и испепеляем друг друга взглядами. Между нами – столешница меньше метра в ширину, а кажется – глухая стена.

– Я не доложил РДАКу ни слова, – говорю, не отводя глаз. – Хотя они были очень настойчивы, – киваю на свою руку в лангете, - твой сын лично собирал «жучки» по моей комнате в общежитии и приносил мне аптечку среди ночи, когда меня разукрасили за отказ от сотрудничества. Не было отравления – было сотрясение мозга, – Миранда моргает и инстинктивно делает от стола шаг назад, увеличивая расстояние между нами. Но мне уже плевать – накипело, и терять мне больше нечего. - Я думал, что рискую ради тебя жизнью своей сестры. Я обрубил все пути домой, чтобы быть с тобой. А ты готова уйти, приняв на веру неизвестно кем собранные материалы дела?

Морган возвращается к столу.

– Ты. Мне. Врал, - чеканит каждое слово.

– Лаки просил меня молчать. Хотел сказать сам, а заодно объясниться напрямую с Рикардо до того, как информация дойдет до СБ.

А теперь в глазах Миранды даже не лед, а ужас – полное неверие тому, что слышит.

– Ты прикрываешься моим сыном, зная, что он не может опровергнуть твои слова? – переспрашивает шокированно.

– Я прикрываюсь твоим сыном потому, что это правда! – рявкаю.

– Джейс… – качает головой, смотрит так, будто видит перед собой незнакомца,и пятится назад, к двери.

Уйдет, внезапно понимаю со всей ясностью. Уйдет и больше не вернется.

Весь мой запал сходит на нет: уйдет – значит, пусть идет.

– Помнишь, что я сказал, когда ты говорила мне про Эйдон, про Изабеллу? – спрашиваю уже спокойно. - То, что ты не должна оправдываться. Не передо мной. Так и сейчас: ты или веришь мне,или нет. Мне, а не чьим-то там рaпортам. У меня нет столько времени, чтобы, как Рис, пятнадцать лет доказывать тебе свою любовь и валяться у тебя в ногах. Ты либо веришь, либо нет. Все остальное – отговорки.

Миранда молчит, смотрит в глаза, кусает губы.

– Не верю, - выдыхает.

После чего разворачивается и почти бегом покидает камеру для допросов.

Финиш.

Плюхаюсь обратно на стул.

Вот и поговорили.

ГЛАВА 54

Морган

«Ты либо веришь, либо нет»…

Весь оставшийся день голос Джейса звенит в моей голове.

Вот она, разница в возрасте, которую я в последнее время предпочитала не замечать. Категоричность, которая проходит с годами. В этом весь Джейс: либо да, либо нет – вечный протест.

Или же роль талантливого актера, которую он решил доиграть до конца?

Сегодня Риган казался таким искренним, взбешенным, раненым – будто ему тоже больно. Но я точно знаю, что разведка Альфа Крита велела ему завести со мной отношения. Как быть с этим?

Где кончается правда и начинается ложь?

Джейс утверждает, что Лаки все знал. Как? Мой сын, который тысячу раз говорил со мной о том, что тайны рушат судьбы? Зачем ему это?

«Потому что ты была так счастлива, - шепчет внутренний