Ожидая рассвет - Дарья Бухарова

Гвардейцы их не сопровождали, сейчас по коридорам и залам королевского дворца Марил Ат Лав и леди Аджит из Фаалина шли одни. То есть, конечно, они были не одни, потому что трудно во дворце найти место, где можно уединиться. Гвардейцы встречались часто, отдавали честь, провожали глазами короля, встречались слуги, кланявшиеся низко, завидев Ат Лава и леди, но рядом с ними никто не шёл. Марил, продолжая чувствовать себя неуютно, озирался совсем не по-королевски.

Он постоянно чувствовал странную, неведомую угрозу, а не только волнение перед приходом к Бастиану…

Они вышли к очередной винтовой лестнице на другой этаж, поднялись и двинулись по узкому недлинному коридору, ответвлявшемуся от основного, туда, где всем виделся тупик. На самом деле, это был потайной ход, через который весьма быстро можно было попасть в покои, принадлежащие Бастиану…

Вдруг Аджит оттолкнула Марила в сторону. Он ударился о стену и увидел прямо перед собой клинок меча. Нападавший, видимо, надеялся, что ему удастся пронзить короля незаметно… А ведь они даже шагов не слышали!

Мужская тёмная фигура развернулась и, решив, вероятно, игнорировать рыжеволосую женщину, вновь замахнулась мечом на Ат Лава. Тот замер у стены, пытаясь разглядеть лицо противника, но оно было замотано какой-то тёмной тканью. Меч снова рассёк воздух…

Марил бросился на пол, уходя от удара. Проклятье! Такой узкий коридор! Почему на шум никто не появляется?

Но нападавший зря забыл о леди Аджит. Циэль, вспоминая Гильдию, невольно улыбнулась, думая, что давно ей уже не приходилось разминаться…

Вылетевшие из рукавов её платья ножи вонзились в плечи мужчине. Он вскрикнул, оборачиваясь, но Аджит действовала куда быстрее. Оставив ножи в его теле, она увернулась от удара, который он нанёс больше под воздействием болевого шока, не думая и не примеряясь, и ударила его локтём в лицо. Он покачнулся.

Марил, опираясь на стену, поднимался. Взревевший нападавший кинулся на Аджит, Циэль легко избежала удара, вывернула вторую его руку, которой он попытался поймать его, отчего кровь из раны в плече хлынула с новой силой. Она выдернула нож и прежде, чем тот понял что-либо ещё, ударила им мужчину в сердце. Тот покачнулся и упал.

– Свет, - прошептал Марил, тряся головой.

– Опасно быть королём, - заявила Аджит, брезгливо стряхивая с рук капельки крови. - И где эти хвалёные гвардейцы?! Разве не они должны тебя оберегать?

– Говорила же я, что недовольные будут, - улыбаясь, Циэль устроилась в кресле. Марил всё ещё стоял где-то у дверей, переминаясь с ноги на ногу. Бастиан сидел, пальцами поглаживая виски, словно у него разыгралась мигрень.

– Ты его зря убила! - воскликнул он, наконец. - Он мог бы выдать заказчика! Неужели, тебя в Гильдии не учили такому?

– Меня в Гильдии учили о-очень многому, - многозначительно произнесла Аджит. - Но на тот момент его надо было убить. Скажем, что это сделал сам Марил, и люди будут поосторожнее, - она покосилась на Ат Лава. - Так сядешь, может быть? Что ты маешься?

– Жутко, - признался Марил. - Я почему-то не думал… Что на меня будут… покушаться.

Бастиан кивнул:

– Я тоже не думал. Мальчишка-король - это всех должно было устраивать.

– Ну, он слишком уж самостоятелен, не так ли? - Циэль улыбнулась. - И потом, твоё присутствие, Бастиан… Кому такое понравится!…

– Вопрос не в этом, - сухо прервал её Бастиан. - Вопрос в том, что теперь делать. Сядь-ка, Марил, и вправду, нечего маячить перед глазами.

Ат Лав послушно сел на первый подвернувшийся стул. Командир Карт стоял на страже дверей, чтобы никому не дать в очередной раз ворваться внутрь, когда идёт совещание двух королей - прежнего и нынешнего.

– А всё потому, что в начале царствования никого не казнили, - заявил Бастиан с обычной своей жёсткостью. - Я тоже думал, что тебя будут лелеять, ибо ты несамостоятелен. А ты… Вон как хорошо устроился! Давай хвалиться сообразительностью!… - Бастиан заметил, как Ат Лав вновь стал розоветь от стыда, и махнул рукой. - Ночь тебя забери, много ли толку, что ты краснеешь?

– Простите, - пробормотал Марил.

– За что тебя прощать, Камень Света! - Бастиан покачал головой. - Охрану усиль, пускай отдельный слуга проверяет всю пищу и вино, которые тебе подают… Карт!

– Да, ваше величество? - отозвался мгновенно гвардеец.

– Это не досмотрела гвардия. Устрой, чтобы такого больше не случалось. Все те, кто покушаются на корону, должны быть пойманы живыми и сопровождены в подземелье, независимо от того, высокородны они или нет.

– Как прикажете, ваше величество, - Жасин поклонился, принимая приказ к сведению. Он прекрасно знал, что в покушении на Ат Лава была и его вина, но он был не из тех, кто носится со своей ошибкой потом всю жизнь. Он признал её, понял и поклялся больше не повторять.

– Итак… Взбудоражь всю знать, - продолжал наставлять Марила Бастиан. - Скажи, что… Что заказчик уже раскрыт, и что ты уже готовишь приказ об его аресте. Тот, кто это сделал, может себя выдать. Рвануть из Алвалена, например. Самый круглый идиот бросится тебе в ноги с признанием и будет молить о пощаде. Только учти - никаких помилований. Этого ещё не хватало. Циэль, ты проследишь? - бросил он взгляд на Аджит.

– Безусловно, - откликнулась она. - Я найду человека, который займётся расследованием всего этого безобразия, пускай тебя это не заботит.

– Спасибо, - вздохнул Бастиан. - А что касается послания Клинка Света, - он помахал письмом в руке. - Зря ты, конечно, не советовался со мной…

– Но какой ответ можно было дать, ваше величество? - робко спросил Марил. - Отказать Клинку?

– Нет, конечно, - поморщился Бастиан. - Но тем не менее… Пошли в Цитадель письмо с вопросом, причём тут Сэнктим. Так или иначе, оно дойдёт до Гаранда Астиана. И начинай поднимать войско. Понял?

– Да, ваше величество, - кивнул Марил. - Всё ясно…

Глупо было надеяться, что корона никого не привлечёт. Но понять, кто же это решился на убийство короля, Марил не мог. Множество людей хотело бы сесть на трон Алвалена, но ещё больше тех, кто поумнее, рассчитывают воспользоваться неопытностью Марила. Ощущение, что сейчас каждую секунду его жизнь висит на волоске, пугало его. Нужно было как-то привыкать к этому новому ощущению постоянной опасности…

Собрав в малом тронном зале всю хотя бы мало-мальски благородную знать, тех, кого Бастиан не раз в пылу называл шакалами и гиенами, Марил уже знал, что он будет делать. Указ, составленный им вечером после нападения, не был согласован с Бастианом, но прежний король должен был его одобрить.

Речь об этом своём указе он повёл далеко не сразу. Сначала он затронул тему покушения на свою жизнь и, как и приказал ему Бастиан, сказал, что все интересующие его лица уже известны. Но особой реакции среди лордов на это не было. Вероятно, они прекрасно понимали, что это всего лишь тактический шаг, чтобы вывести их на чистую воду.