Золотой идол (СИ) - "listokklevera"

Под взглядами дружелюбно улыбающихся индейцев они направились к окраине поселка, когда услышали детский крик, полный страха. Мгновенно развернувшись, они помчались на звук, Дженсен на автомате сдернул ремингтон с плеча и взвел курок, Джаред выхватил мачете, пропыхтев с укоризной на ходу:

- Ты так и не научил меня пользоваться глоком.

Впереди кричали дети, за ними извивался непонятный клубок. Пока Джаред пытался разобраться, Дженсен прицелился и выстрелил. Дети замолчали и отшатнулись в сторону, напуганные звуком выстрела. Дженсен забросил винтовку за спину и наклонился, вытаскивая из расслабившихся объятий удава маленькую девочку. Он передал ее женщине, подошедшей с несколькими взрослыми и протянувшей руки.

Джаред склонился над гигантской змеей и констатировал с восхищением:

- Прямо в глаз.

- Что будет с малышкой?

Джаред пожал плечами и обеспокоенно ответил:

- Надеюсь, все хорошо, но вообще с их жизненной позицией трудно сказать.

- Может, мы смогли бы чем-то помочь?

- У нее вполне могут оказаться переломы ребер или трещины, но могут быть также и внутренние кровоизлияния… Чем мы тут поможем? Наши лекарства ее могут просто убить. Очень надеюсь, что о ней все-таки позаботятся и все будет хорошо.

Кое-как помывшись из бутылки и намазавшись репеллентом, они устроились в палатке. Мика, тихо ворча, шебуршала в своей коробке. Джаред, лежа на боку в футе от Дженсена, скользил глазами по его лицу - тот лежал на спине, и его открытые глаза блестели в смутном свете луны, пробивающемся сквозь полог. Джаред видел его четкий профиль, пухлые губы, которые Дженсен периодически облизывал, и поразительно длинные и пышные ресницы. Было так ужасно сознавать свое ничтожество (ну как можно вот так быстро за несколько дней влюбиться?), но он готов был провести, вот так глядя на Дженсена, всю жизнь.

- Почитай дневник, - неожиданно попросил Дженсен, и Джаред безропотно достал фонарик и вытащил старую тетрадь, с благоговением развернув ее.

- Не знаю, что принесет мне будущее, будет то богатство или смерть, - начал переводить Джаред, - возможно, все, что останется от меня потомкам – это несколько строк в дневнике. Я верю, что эта правдивая рукопись будет интересна моим детям. Мы вышли из Испании в ноябре 1499 года с четырьмя судами под предводительством Висенте Яньеса Пинсона. Наша экспедиция должна обогатить испанскую корону и нас. Пытками, огнем и мечом прокладывали мы путь, ведущий нас к богатству… - Джаред помолчал. – Тут дальше описывается, как они пытали индейцев, узнавая, где находится их золото и жемчуг. Он подробно пишет, как они свежевали их живьем и прижигали каленым железом.

- Господи, - выдохнул Дженсен.

- Ага. Но это, вообще-то, общеизвестный факт.

- Так жестоко.

- Да.

- Интересно, как там малышка? - первое, что спросил Дженсен, открыв утром глаза.

- Надеюсь, что хорошо.

- Мы можем узнать?

- Ну, давай попробуем, - с сомнением согласился Джаред, - но я вообще не понимаю, что они говорят. И, Дженсен… ты не сможешь в случае чего взять ее с собой, как котенка марги - у нас даже коробки подходящей нет.

Дженсен засмеялся и стукнул Джареда по плечу.

***

Утром, пока Джаред готовил завтрак, Дженсен выпустил Мику «попастись» в травке и справить нужду и увидел направляющихся в их сторону индейцев, среди которых была и женщина, которой он передал пострадавшую девочку. Она улыбалась, глядя на него, и кивала головой, из чего Дженсен сделал вывод, что с малышкой все в порядке и змея не успела нанести ей вреда. Тут он услышал вскрик Джареда и, резко обернувшись, увидел, как старый индеец схватил Мику и ловко ткнул ее мордочкой в маленькую глиняную мисочку с непонятным содержимым. Возмущенная марги зарычала и, сев на попку, облизалась. После недолгого размышления она подошла к мисочке и с урчанием стала поглощать подношение.

- Что это? - скривился Дженсен.

- Похоже на смесь молока и мелко нарезанного мяса.

- Ей не станет плохо от сырого мяса с молоком? - забеспокоился Дженсен.

- Не думаю, что мама-марги мясо варила, - усмехнулся Джаред.

Дженсен закатил глаза и принялся собираться.

- Мы уходим, или ты хочешь остаться здесь на несколько дней? - поинтересовался он.

- Уходим, а то меня от них в дрожь бросает.

Когда они отошли на приличное расстояние от индейского поселения, Дженсен поинтересовался:

- А почему вчера ты сказал, что главное, чтобы те индейцы не оказались потомками тольтеков? Чем они могут быть опасны? Да и вообще, разве тольтеки жили не на территории нынешней Мексики?

- Ну да, они размещались в Центральной Америке, но, не знаю, помнишь ты это или нет, они постоянно воевали с майя. Побеждали то те, то другие, и какая-то часть особо консервативных тольтеков во главе со жрецом вполне могла обосноваться и тут. Вообще, они могли мигрировать как от майя, так и от конкистадоров. А опасны… Они считались самыми жестокими из индейцев. Если в других племенах смерть являлась наказанием за преступление, как у майя, к примеру, так каралось убийство или изнасилование, причем приговор выполнял сам пострадавший либо его родственники. Тольтеки же приносили человеческие жертвы во время религиозных обрядов. Они оставили после себя культ смерти, о чем говорит «Стена черепов», сам понимаешь из чего сложенная, в Чичен-Ице.

- Так странно и интересно, - заметил Дженсен.

- Ага, только я предпочитаю иметь дело с тольтеками в записях о них в старых документах или глазеть на их храмы в той же Мексике.

***

Где-то за час до заката им удалось наткнуться на небольшую полянку с каменистым вкраплением на краю, и там среди камней бился крошечный родничок с кристально чистой водой, которая тоненьким ручейком утекала под деревья.

- Сюда не придут какие-нибудь хищники на водопой? - с опаской поинтересовался Дженсен.

- Разве что мыши, - засмеялся Джаред. - Главное, что вода относительно чистая и мы можем слегка помыться и пополнить запасы, правда, все равно придется добавлять обеззараживающие таблетки, но в любом случае она чище, чем речная.

Дженсен опустил палец в родничок и скептически посмотрел на Джареда: