Семейные тайны Армстронгов - Эндрю О’Коннор

– Да, мужа у меня нет, – твердым голосом подтвердила Анна.

– И где же находятся эти ваши двадцать акров? И как они вам достались? – спросил он.

– Находятся они в другом конце графства, а достались мне в наследство от отца.

– Как я уже сказал, мэм, в этом я помочь вам не смогу. Лошадь не продается.

– Вы бы не стали везти что-то на ярмарку, если бы не хотели это продать, – заметила она.

Он с интересом взглянул на нее и ухмыльнулся.

– Ну, я вот привез с собой еще и эту рубашку, которая сейчас на мне, но она тоже не продается! – Он склонился в ее сторону, явно начиная заигрывать.

– Вы производите впечатление человека, который продаст что угодно, лишь бы цена была подходящая. – Анна тоже подвинулась к нему и улыбнулась. – Я правда хочу эту лошадку.

– А вы так просто с отказом не соглашаетесь, верно? – рассмеялся он.

– Предлагаю угостить вас где-нибудь, и тогда мы сможем все это обсудить, – сказала она.

– Это самое лучшее предложение, которое я услышал за весь сегодняшний день, – усмехнулся он.

Он позвал мальчика, чтобы тот присмотрел за его пони, и они вместе пошли через поле в сторону города. Анна заметила, что женщины на него поглядывают с интересом, а на нее бросают презрительные взгляды. У этого мужчины определенно были свои поклонницы.

– Как тебя зовут? – спросил он, когда они сели в гостинице, взяв себе по кружке пива.

– Анн, – сказала она.

– А я Клэнси, – сказал он и пожал ей руку.

Сердце Анны лихорадочно билось в груди. Ей на самом деле удалось дойти до того, чтобы сесть за выпивкой с мужчиной, который вполне подходил для ее целей и казался определенно заинтересованным ею. В голове звучал голос Джорджины, подталкивающий ее не останавливаться и двигаться вперед.

– Так почему же у такой симпатичной девушки нет мужа, который мог бы за нее поторговаться на ярмарке? – спросил Клэнси.

– Я сама люблю поторговаться. К тому же мне пока не встретился мужчина, за которого я хотела бы выйти.

Он оценивающе оглядел ее с ног до головы.

– Я уверен, что недостатка в предложениях у тебя нет.

– А я уверена, что и ты от этого не страдаешь, – ответила она и склонилась к нему ближе. – Почему бы теперь тебе не рассказать о себе?

Клэнси был самонадеян, как и любой мужчина, пользующийся успехом у женщин. Она видела, что к таким ситуациям он привычен. Жизнь его как торговца лошадьми проходила от ярмарки к ярмарке, и, вероятно, у него были женщины в каждом городе. С точки зрения Клэнси, Анна была всего лишь еще одной новой подружкой в его конюшне. А это, в свою очередь, означало, что он идеально подходит для ее целей.

Они пробыли в гостинице довольно долго. Клэнси пил и все заказывал себе новую выпивку. Гостиница заполнялась до отказа по мере того, как заканчивалась торговля, и люди устраивались на вечер, чтобы славно попировать, отмечая успешный день на ярмарке. Анна слышала доносившуюся с улицы музыку, крики и громкий смех. Садилось солнце, становилось темно, и атмосфера тоже начала меняться: к общему веселью добавлялись суматошность и беспорядок. Глядя на то, как посетители гостиницы напиваются, Анна очень хотела, чтобы все это поскорее закончилось и она вернулась в свой безопасный и комфортный дом. Что бы там ни говорила ей Джорджина, больше она такого никогда не сделает. Либо задуманное сработает сейчас, либо не сработает вообще. Тогда она так и останется бездетной со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Клэнси подвинулся к ней вплотную и, положив руку ей на ногу, прошептал:

– Может, пойдем прогуляемся?

Она несколько раз растерянно мигнула, но затем кивнула. Он улыбнулся ей, взял ее за руку и встал. Выйдя из гостиницы, они пошли по улицам города; его рука крепко держала ее за талию. Народу вокруг было множество. Они пили прямо на улицах, в небо устремлялись языки весело потрескивавших больших костров, вокруг которых под громкую музыку плясали люди. Слышались крики и смех, где-то громко визжала женщина. Все это место было отравлено пагубным весельем, а сердце в груди Анны трепетало так сильно, что она даже боялась упасть в обморок. Голова ее шла кругом под действием дразнящих запахов и всей этой атмосферы, пока Клэнси вел ее к полю, где шла торговля лошадьми. Здесь было намного темнее, чем на улицах города.

Внезапно он схватил ее и, резко прижавшись губами к ее рту, подтолкнул к стене и крепко поцеловал. Одна его рука держала ее за грудь, а вторая грубо скользнула по телу и стала задирать юбку.

Неожиданно осознав реальность ситуации, Анна вдруг запаниковала.

– О нет, пожалуйста! – простонала она.

– Да что с тобой? Что не так? Ты ведь именно этого и хотела с того момента, когда появилась возле меня сегодня!

Он положил ладонь ей на затылок и потянул к себе, грубо прижимаясь к ней ртом.

– Нет! – Она попыталась оттолкнуть его от себя. – Я передумала!

– Нет, не передумала! – Он похотливо хохотнул и продолжил задирать ей платье.

– Эй, Клэнси! – внезапно раздался рядом чей-то окрик.

Клэнси вздрогнул и, отпустив Анну, обернулся. За спиной у него стояла группа мужчин, наблюдавших за ними.

– Чего надо? – спросил Клэнси.

– Послушай, Клэнси, где ты подцепил эту шлюху? – спросил один из мужчин.

– Я нашел ее в том самом борделе, где в поте лица трудится твоя сестра! – крикнул в ответ Клэнси.

– Да ты остер на язык, приятель! – огрызнулся тот.

– Чего надо? – снова повторил Клэнси.

– Я хочу получить назад свои деньги за того пони, которого купил у тебя и который сдох на следующий же день после этого!

– Я тебе уже говорил. Когда я продавал лошадь, с ней было все в порядке. И ты не получишь от меня ни пенни.

– Кто-то же должен тебя все-таки проучить, Клэнси.

– Уж точно это будешь не ты, так что проваливай отсюда подобру-поздорову! – угрожающим тоном ответил Клэнси.

Мужчины медленно двинулись в их сторону, и она заметила у них в руках дубинки из терновника. Анна не могла поверить в то, что все это происходит с ней. Внезапно Клэнси издал громкий свист, и за считаные секунды возле него собралась группа каких-то темных личностей. Анна стояла за спиной у Клэнси, не зная, что ей делать, а он вместе со своими людьми двинулся навстречу нападавшим. Отпрянув назад, она, словно зачарованная, следила за тем, как две грозные компании внимательно разглядывали друг друга. Вдруг и те, и другие ринулись вперед и началась ожесточенная драка. Анна в ужасе смотрела, как эти люди яростно колотят друг друга палками. Клэнси был в самой гуще этой битвы, и она на время потеряла его из виду. Неожиданно на поле высыпала толпа людей с улицы, они присоединились к дерущимся и начался полный хаос и неразбериха.

Анна догадалась, что это была драка целых группировок. Она много слышала о таком. Как враждующие между собой люди исступленно дерутся друг с другом – обычно по окончании ярмарок. Она помнила, как ей с друзьями в мрачных красках рассказывали о крестьянах, беспощадно увечащих один другого. Зачастую люди гибли. Анна понимала, что находится в большой опасности и что ей нужно выбираться отсюда как можно скорее. Она осторожно побрела среди дерущихся, стараясь по возможности обходить их, чтобы побыстрее выбраться на главную улицу.

Неожиданно перед Анной возникла какая-то женщина, лицо ее было искажено гримасой ненависти и злобы.

– Ах ты, шлюха! – завизжала она и с размаху ударила Анну по лицу тыльной стороной ладони.

Этот удар сбил Анну с ног, и теперь она лежала на земле среди дерущихся. Она пыталась подняться, но не могла. Все перед глазами плыло, и она почувствовала, что теряет сознание.

Внезапно чьи-то крепкие руки подхватили ее, и, приоткрыв глаза, Анна увидела Шона.

– Шон, – обессиленно прошептала она. – Помоги мне, прошу тебя.

– Все в порядке, леди Анна, сейчас я заберу вас отсюда.

Он взял ее на руки и быстро унес с поля на главную улицу.

– Здесь вы в безопасности, – сказал он с облегчением, но, опустив взгляд, понял, что Анна его не слышит: она потеряла сознание.

26

Анна открыла глаза и несколько раз моргнула. Она тут же быстро села, запаниковав, когда на нее нахлынули воспоминания о страшной драке.

– Эй, кто-нибудь? – почти крикнула она в панике.

Рядом с ней практически мгновенно возник Шон.

– Все хорошо, леди Анна. Вы в безопасности. Вы со мной, – успокаивающим тоном сказал он.

Увидев Шона, она почувствовала облегчение и немного приободрилась, после чего вспомнила, как он спас ее, увезя из города на запряженной пони повозке, которую он прихватил в поместье. Он закутал ее в какие-то клетчатые пледы и прижимал к себе, пока они ехали, а она в изнеможении заснула. Как он нес ее из повозки, она уже не помнила, хотя он должен был как-то это сделать.

Она прикоснулась к щеке, по которой ее ударила та женщина.

– Да, вас сильно ударили. Думаю, в ближайшие несколько дней там будет большой синяк.