Ненаглядная жена его светлости - Натаэль Зика

И  с облегчением передал в её руки  обязанности хозяйки, заодно защитив её магическим договором от поползновений одного дальнего родственника – чем брать в дом экономку со стороны, лучше  передать все полномочия в руки не чужого человека.  Уж за ним-то приглядывать не потребуется!

А спустя год он первый раз пришёл к ней в спальню.

Что таить, Адель ему давно нравилась и втайне он завидовал брату – красавица, умница, затейница. Всегда в хорошем настроении! Сокровище!

Он уже думал узаконить  их отношения и даже обратился к его величеству за разрешением на левиратный брак. Но тут-то и всплыл злополучный договор!  Он о нём и думать забыл, погрузившись сначала в скорбь по отцу, потом в траур по погибшему брату. А уход матери в монастырь  его едва не доконал, оказавшись последней каплей в череде свалившихся на голову неприятностей.

Единственное светлое, что у него случилось за это время – Адель.

Его величество посочувствовал новому герцогу Д’Аламос, но прошение отклонил – воля родителей священна, тем более что  магический договор нерасторжим!

Арман вспомнил, как первый раз приехал в Вилье, чтобы посмотреть на наречённую.

Осень уже раскрасила листву яркими красками, и нежаркое солнце эффектно  освещало великолепный пейзаж – графство располагалось в живописном месте.  И на этом фоне насмерть перепуганная девчонка без намёка на приятные мужскому глазу  выпуклости смотрелась блёкло и невыразительно.  Единственное, что в ней было красивого – роскошные волосы.

И  на этом ему предстояло жениться?! Променять Адель на такое недоразумение? Девчонка от смущения двух слов не могла связать...

Жена... Она ни взгляд не усладит, ни разум!

Правда, была надежда, что тщедушное создание с возрастом станет больше похоже на женщину, но время показало, что эта надежда не оправдалась.

Нет, девчонка  подросла, у неё появился намёк на грудь и фигура стала не такой уж угловатой, хотя до совершенных форм леди Адель Сонии всё равно далеко.

А вот дар речи у юной леди как раз прорезался и развился на недопустимый для женщины уровень.  Надо же, законы изучает, географию, историю – он видел корешки книг...  Может быть, притворяется? Но язык она отточила знатно...

Он до сих пор не знал, как ему с ней себя вести: до консуммации, вернее, до падения из окна девчонка вела себя совсем иначе!  Сония  выросла в несколько капризную и избалованную девочку, которая  немедленно в него влюбилась.

Нельзя сказать, что это грело самолюбие – он не встречал ещё ни одной женщины или девушки, которая осталась бы к нему равнодушной – но и неприязни не вызывало.

Адель – роскошное, изысканное блюдо, а Сона – пресный сухарик. Но иногда приедается даже самая вкусная еда и тянет на что-то попроще.  В конце концов, ему с женой ещё наследника делать, поэтому уже  хорошо, что она не вызывает отвращения.

Тогда, по возвращении от невесты домой,  он несколько дней беспробудно пил, разнёс одну из гостиных и мог наделать немало дел, если бы его не остановила Адель.

Его сокровище, его талисман, его отрада!

И вот теперь после выявленных вопиющих нарушений леди ходила заплаканная и твердила, что её подставили. Причём,  она уверена, что сделала это его новоиспечённая супруга!

Он не знал, что и думать...

– Арман,  посмотри, столько времени всё было идеально! Я не понимаю, что случилось!  Стоило  этой графиньке стать совершеннолетней, как наши слуги вдруг принялись самовольничать, красть, спорить, игнорировать мои распоряжения! Теперь они всё делают по-своему и назло мне, твоему доверенному лицу. А всё потому, что меня здесь не любят!– всхлипывала леди, украдкой подглядывая за реакцией мужчины.

– Не плачь, Адель! Ты действительно столько времени прекрасно со всем справлялась, что я уверен, ты ни в чём не виновата! Слуги просто распоясались. Ну ничего, я их быстро приведу в чувство!

– А может быть, это твоя графинька их подкупила? Ну как же – будущая хозяйка!  Вспомни, именно она предложила сделать обыск! Откуда она могла знать, что обыск принесёт плоды? Только  если сама всё и подстроила! О, тогда мне здесь недолго осталось –она меня непременно выживет. Или отравит, – заламывала руки вдова брата. – Арман, я не вынесу, если  мне придётся уехать, ты же знаешь, что меня ожидает в графстве! Хочешь, я стану простой горничной? Или пойду работать на кухню? Всё, что угодно, только бы не потерять тебя! Я не переживу...

– Не говори ерунды, Адель, тебя никто не выгонит. Тем более что жена  здесь всего на две недели, а потом я отправлю её в Тополя. И знай,  я никому не позволю тебя обижать, ты здесь хозяйка! В конце концов, это мой замок, мои слуги, и только мне решать, кому  я доверяю и кого ценю!

– Арман, я умру без тебя!

Ему же оставалось  только желваки катать, проклиная в душе ристов договор,  слишком рано почившего графа и не успевшего вовремя отдать концы батюшку.

И клясть себя за недогадливость – вот что ему стоило пригласить лекаря, чтобы тот проверил невинность невесты ещё до брачного обряда? Столько  проблем он мог бы избежать!!!

Но девушка вела себя  так скромно и тихо, демонстрировала настолько безупречное поведение и манеры, что ему в голову не пришло в чём-то её подозревать! Да и тётка невесты от Сонии не отходила. Видно было, что с племянницей её связывают тёплые отношения. Уж тётка ни за что не допустила бы порчи невесты!

И вот – сюрприз!

Откуда, спрашивается?!

Тогда, брачной ночью, он набросился на жену с упрёками и расспросами, но та только рыдала, делая вид, что ничего не понимает. И так и не назвала имя любовника, несмотря на то, что супруг был весьма настойчив. Не помогли ни уговоры, ни угрозы: наглая девчонка твердила, что ни с кем не была и заливала  брачное ложе слезами.

Подлая притворщица!

Всевидящий, с какой радостью он бы  выслал  навязанную жену в бессрочную ссылку и благополучно забыл о её существовании! Но отцы и об этом позаботились – в договоре отдельным пунктом