Часовой Земли. Книга 3 - Денис Деев

на Заставу. Прятаться в складках рельефа было бессмысленным – ну узнают в пирамиде, что они двигаются на базу, и что? Протопрограмма решит, что, увидев рой, часовые в панике бежали. И это к лучшему, ведь Павел планировал вернуться. Торопясь, он забыл проконтролировать один нюанс, поэтому в ремзоне его поджидал сюрприз.

Три взвода прогромыхали по Заставе, как единый железнодорожный состав. Залетев в ангар, Павел обнаружил, что на рамах для обслуживания уже висели МКП. Причем большинство из них было «Титанами». Малой, сообразив, что он временно выбыл из-под контроля начальства, убедил Марину, что переоснащение лучше начать с его машин.

У Павла имелось три варианта: наорать, отдать под трибунал или похвалить. Он выбрал последнее. Помимо всего прочего Павел на реальных примерах увидел то, что Марина предлагала устанавливать на МКП.

Мобильные комплексы стояли в рамах, освещаемые мертвенно-бледными вспышками от сварочных аппаратов. Техники наваривали на МКП решетку из арматуры, которая отстояла от брони сантиметров на сорок. Наваривали сплошняком, стараясь не оставлять неприкрытых пространств. Выглядело это все как примитивные противокумулятивные экраны, и как они могли бы спасти от шмелей, Павел не понимал. Размер ячейки решетки был гораздо больше десяти сантиметров.

– О! Вы вовремя! – Доктор Синицына в перепачканном комбинезоне и со спущенными на шею сварочными очками подбежала к «Мухтару» Павла. – Машина Малого готова, сейчас покажем, как это работает.

Девушка махнула рукой, и махину МКП техники сняли с рамы кранами.

– Людям отойти к стене! Всем отойти! МКП могут оставаться! – Марина из поясной сумки вытащила разводной ключ. – Малой, готов?

– Сейчас… ага, включил! – отозвался командир третьего взвода.

Марина швырнула ключ прямо в корпус его машины. Тот пролетел через решетку, звякнул об сталь и отскочил.

– И в чем магия? – не поняв, что произошло, спросил Павел.

– Блин, я забыл тумблером щелкнуть, привык к мысленным командам, – виновато пробормотал Малой.

– Мы систему встраивали второпях и не вложили в интерфейс управляющие команды. Пока все включается с кнопок, – следом прозвучали оправдания и от Марины.

– Да хоть от рубильника! Показывайте давайте! – У Павла заканчивалось терпение.

На этот раз Марина достала отвертку. И снова бросила ее в «Мухтара». В долетевший до решетки инструмент ударил мощный электрический разряд, расплескавший стальную часть в красные брызги.

– Мы поставили два контура решеток с большой разницей потенциалов. Любой проводник, попавший между этим контурами, бьет током. В принципе она работает как громадная ловушка для комаров и других летающих насекомых.

– Два вопроса. Силы удара током хватит, чтобы обезвредить или уничтожить шмеля? И еще – а вдруг у него корпус не токопроводящий?!

Малой задал вопросы, на которые Павел и так знал ответы – так как в руки ученых еще ни одна особь шмелей не попадала, уверенно Марина утверждать что-либо не могла.

– Чую, тебе и придется отвечать на оба этих вопроса. – Павел начал для Малого накидывать тактический план на карте. – Иди со своим взводом первым. Разбивайтесь на три группы, спускайтесь в тоннели и продвигайтесь метров на сто-двести. Дальше не идите, ждите нас.

– Понял!

– Я серьезно, никаких разведок боем. Занимайте тоннель, если вдруг на вас попрут – отходите. Прикроем ваш отход «Валькриями» и артиллерией. – Павел переживал, что выпускает вперед наименее подготовленную группу во главе с увлекающимся молодым командиром.

Но только третий взвод имел защиту от насекомоподобных пришельцев. О том, насколько они могут быть смертоносны, Павел судил, бросая время от времени взгляд на доклады военных. Те подтянули к местам падения конусов огнеметы, в том числе установленные и на танки, но пока им это мало помогало. В идеале требовалось какое-нибудь оружие, стреляющее картечью или флетчеттами, или бьющий по площади электромагнитный всплеск. Но ничего такого, готового к применению прямо сейчас, у военных не имелось.

Как понял из отрывистых докладов Павел, шмели были опасны именно в массе. Каждый отдельный наносил небольшие повреждения, но их туча сжирала танк за несколько минут. Они выводили из строя связь, системы наведения и наблюдения. Боевая машина слепла, глохла и фактически выбывала из боя. Залпами пушек военные еще удерживали ударные силы пришельцев из вертушек и топтунов на расстоянии, но их волна неумолимо приближалась.

Как только взвод Малого покинул ремзону, на переоснащение встали машины первого взвода. Так как техникам требовалось проложить в кабине новую проводку и вскрывали панель управления, полковнику пришлось выбраться из МКП. Вместе с этим резко сократился объем информации о поле боя, возможности личного коммуникатора по сравнению с полноценной боевой управляющей системой МКП были сильно ограничены. Нестись в командный центр Павел не стал, довольствуясь докладами Уварова. Доклады эти внушали надежду – пришельцы игнорировали Заставу, значит, план по контрнаступлению через тоннели все еще можно осуществить.

Пока Павел ожидал, когда на его «Мухтара» наварят защитные решетки, ангары три раза встряхнули громоподобные выстрелы Кеши. Командный центр сообщил, что разделенный на три отряда взвод Малого в тоннели спустился и пока не встретил никакого сопротивления.

– Долго еще? – с нетерпением спросил Павел у Марины, приваривавшей к его машине железные прутки.

Доктор Синицына вкалывала в ангаре наравне со всеми.

– Минуты две, и закончим, – успокоила его Марина.

По команде Павла пилоты «Драккара» посадили транспортник прямо перед ремонтным ангаром, едва не зацепив здание крылом. Над ним зависла «Валькирия», полковник решил до зоны высадки долететь максимально безопасно и с комфортом.

Первый взвод занимал транспортные ячейки, второй – место в ремонтных рамах. Хорошо бы, конечно, выступить единым фронтом. Но после того как Малой спустился в тоннели, времени на полноценное развертывание роты не осталось.

Павел, сидя в МКП, проверил готовность всех бойцов.

– Зеленый свет на взлет!

– Так точно, взлетаем!

«Драккар» шел на бреющем полете, метрах в пятнадцати над землей. Перед глазами Павла ландшафт сливался в одну серую полосу. На такой скорости засечь какие-либо ориентиры невозможно, и полковник мог отслеживать положение только по мерцающей метке на тактической карте. Какие-то силы протопрограмма на защиту тоннелей все-таки успела выделить. По боку «Драккара» скользнула лазерная решетка, вырезая кусочки обшивки. Повреждения были косметическими, транспортник завилял, чтобы усложнить по нему прицеливание. Мимо «Драккара» в крутом пике прошла «Валькирия». Изрыгая потоки перегретой плазмы, штурмовик подавил наземные силы врага.

– Проводим высадку по схеме «Метеор», – по интеркому Павел предупредил летчиков.

Данную схему отрабатывали на полигоне на случай высадки при усиленном огневом противодействии с земли. «Валькирия» вроде бы заставила редкие вертушки заткнуться, но рисковать транспортником полковник не желал. К тому же «Метеор» существенно сокращал время высадки десанта.

– Понял вас. Выгрузка начнется через девять, восемь, семь, – дал обратный отсчет пилот.

«Драккар» еще больше снизился, казалось, его брюхо вот-вот заскребет по