Ускользающая тень - Крис Вудинг

— Да. Камеры находятся под землёй. Расплавленный жидкий камень окружает нас со всех сторон.

Представляю, как за сырыми стенами из чёрного камня еле-еле перетекает горючая жижа.

— Как же мы переправимся через эту реку? — спрашивает Чарн.

— Ты что-то говорил про хрупкую корку, — обращаюсь я к Нерейту. — Она как, очень хрупкая?

Глава 33

Из отпуска (он же по совместительству — работа) возвращаюсь ещё более взвинченной, чем до отъезда. Джей вернулся в военную школу, Ринну поручили выполнять функцию телохранителя при каком-то важном государственном лице, запланировавшем визит в приграничную область. Поэтому дома меня встречать некому. Впрочем, ничего страшного. Я не из тех, кому постоянно нужна компания.

Ледо велел мне разыскать аптекаря по имени Экан, который продаёт дешёвые зелья и таким образом наносит ущерб его торговле. Попросила Керена выследить этого человека, пока я в отъезде. Вернувшись, обнаруживаю письмо от него. Керен что-то узнал. Тут же отправляю письмо с предложением встретиться в ночное время.

Пока жду ответа, у меня есть свободное время. Брожу по апартаментам Каракасса, не зная, чем бы себя занять. Выпускной Джея всё ближе и ближе, от одной мысли на душе становится тревожно. Поэтому брожу по местам, с которыми связаны приятные воспоминания, пытаясь таким образом успокоиться. В конце концов оказываюсь в центральном атриуме, перед самой массивной из созданных дедом Ринна скульптур. Его величайшее творение. И одновременно — величайшая ошибка.

Грандиозный монумент в центре круглого помещения доминирует надо всем. Сама скульптура возвышается над круглым бассейном, а по каменным каналам вода подаётся к резным фонтанам. Кругом — пышные грибные сады, переливающиеся разными цветами — жёлтым, фиолетовым, зелёным, розовым. С лёгким удивлением понимаю, что могу назвать каждый вид — вот россыпи маленьких дождевиков, а вот — карликовая микора. Её легко узнать по разветвлённой высокой ножке и плоской шляпке.

Пустячок, а приятно. Должно быть, от Рейты нахваталась. Да, натуралист из меня неплохой — для любителя.

Кроме меня, в атриуме полно народу. Одни сидят в беседках, другие прогуливаются. А кое-кто расположился на изящных ажурных балконах, опоясывающих комнату. Оттуда открывается чудесный вид на шедевр Венья Эткен Аста. Тихие голоса эхом разносятся по атриуму.

Не спеша прохаживаюсь туда-сюда. Вообще-то мне здесь нравится. Дорожки освещены лампами. Наверху висят мощные фонари с яркими светящимися камнями. Свет играет в каждой грани стекла работы лучших ремесленников. На самом деле свет можно контролировать так же, как и температуру — при помощи разноцветных стёкол, правильных углов, искусства заклинателей камня, которые заставляют светящиеся камни сиять подобно миниатюрным солнцам. Свет — такой же важный элемент архитектуры и часть интерьера, как дерево, камень или металл.

Добираюсь до своего любимого места, останавливаюсь и смотрю на скульптуру. На первый взгляд она кажется странной — бесформенная, почти не обработанная. Многие типы камней и руд сливаются вместе, создавая замысловатые узоры. Вот ярко-красный призматический ванадинит, а рядом — длинная прожилка сине-зелёной хризоколлы. Гроздь пузырьков малахита соперничает по красоте с переливами серебра и оборками из целестина. И среди всего этого — совсем уж редкие минералы, добытые с самых глубин, куда может проникнуть только один народ — краггены. Поначалу скульптура кажется хаотичной и не слишком привлекательной, но постепенно завораживает любого зрителя. Трудно отвести взгляд от всех этих завитков, острых углов и плавных изгибов. Кажется, будто в них скрыта какая-то загадка.

Каждый видит в этой скульптуре что-то своё, но для меня она имеет особый смысл. Именно это великое творение поработило мужчину, которого я любила. Ринн, так же как и я, был в долгу у клана Каракасса. Его дед Аста одолжил у клана деньги, чтобы создать монументальную скульптуру по заказу одного очень богатого торговца. Но когда в результате махинаций конкурентов заказчик разорился, Аста и сам оказался на грани нищеты. Он вложил все деньги в наполовину законченную скульптуру, которая никому была не нужна. Каракасса наложили пожизненный долг на три поколения. Первое задание заключалось в том, чтобы мастер завершил своё произведение.

Ринн был представителем последнего поколения должников в семье. Мой долг распространялся на меня одну. По идее наш сын должен был родиться свободным. Но на деле вышло по-другому.

— Какая красота, — пропел голосок слева.

— Какая гадость, — бросил голос справа.

С улыбкой оборачиваюсь. А вот и близнецы, Лисс и Каста. Разные, будто день и ночь. С тех пор как мы в последний раз виделись, обе изменили цвет кожи. Теперь Лисс бледная, как их старший брат Ледо, и напоминает измождённое привидение. Каста же решила поэкспериментировать с угольно-чёрным.

— Как мы по тебе соскучились!

Лисс целует меня в губы.

— Я по вам тоже, — отвечаю я и поворачиваюсь к Касте. — По обеим.

Лисс с ног до головы одета в белое. Её окутывают тонкие слои газовой ткани, на подоле разрезы. Наряд производит впечатление потрёпанного. За такой эффект приходится платить дополнительные деньги, так что стоит платье целое состояние. Каста одета в красно-чёрное, волосы алые, цвета магмы.

— Ну, рассказывай, как отдохнули! — восклицает Лисс.

— А то Ринн молчит, — прибавляет Каста.

— Мы бы его разговорили, но с ним же неинтересно!

Отдохнули? Ах да. Это они про так называемый отпуск. Не успели мы приехать, как меня срочно вызвали в Мал Эйсту, чтобы я выследила и убила человека по имени Горак Джеспин. Хитрый, сволочь, еле отыскала. Правда, так и не узнала, что он такого натворил.

Лисс взяла меня под руку и потянула в сторону, уводя от скульптуры. И конечно, уже перескочила на другую тему:

— Ты уже поела?

— Мы завтрак проспали, — сообщает Каста.

— Какая я голодная!

— Ты всегда голодная.

— А сейчас ещё больше, чем обычно. Так ты поела?

Последний вопрос обращён ко мне.

Смеюсь. Обожаю эти их семейные перепалки.

— Ну что ты смеёшься? — Лисс тоже начинает хихикать. — Каста, она над нами смеётся!

— Это потому что она вредная, — слегка улыбается Каста. — Я давно заметила.

— Ты что, правда из вредности?

— Нет, — смеясь, отвечаю я. — Просто очень рада вас видеть.

— Вот видишь! — с победоносным видом возвещает Лисс. — Она не вредная, просто она нам радуется!

Каста тоже берёт меня под руку с другой стороны.

— Всё равно она вредная.

— Ещё какая, — соглашаюсь я. — Увидите, я вас от себя ещё часа два не отпущу.

— Вот это вредность, — произносит Каста.

— И наглость! — подхватывает Лисс. — Как смеет приказывать важным дамам… какая-то девочка на побегушках!

— Это я девочка на побегушках?! — в притворном возмущении восклицаю я.

— Шучу, дорогая. — Лисс чмокает меня в щёку. — Твоё желание — закон. Пойдём.

Мы катим по Корням в экипаже, запряжённом крайлами. У близнецов появился новый любимый клуб под названием «Чёрный венец». Размещается он в широком, круглом здании, опутанном корнями микоры. Под ним проходит главная дорога Корней, но клуб находится высоко. У его дальней стены разбит роскошный сад из драгоценных камней, жил и водопадов.

Клуб даже слишком элитный, но близнецов знает вся Вейя. Нас сразу проводят внутрь и усаживают.

Прислужница в форменной мантии запоминает наш заказ. Я прошу принести стимулирующий коктейль, поскольку в дороге почти не спала. Я была под самой поверхностью, а лифты, перевозящие пассажиров вниз, слишком неудобные, да и шумные. Вдобавок нужно было много о чём подумать. Близнецы начали радостно тараторить, какой у меня усталый вид. Я добродушно выслушиваю эти речи, а потом жалуюсь — мол, до чего злые у меня подруги. Лисс с Кастой обожают, когда их называют злыми.

— Почему ты нам ни разу не написала? Мы бы приехали составить компанию! — вдруг возмущается Лисс.

Каста внимательно наблюдает за мной. Ей тоже хочется услышать ответ.

— А вы мне почему не писали? — отбиваюсь я.

— Ой, то одно, то другое, — отмахивается Лисс.

Настроение у меня сразу портится. Да, Лисс и Каста меня любят, но по-своему, неглубоко. Такие люди легкомысленно порхают по жизни. С глаз долой — из сердца вон. На мои письма всё равно бы никто не ответил. Не потому, что Лисс и Каста ко мне плохо относятся. Просто они слишком зациклены на себе. Сначала бурно радовались бы, что я им написала, а потом переключились бы на другие удовольствия, так и не ответив на моё письмо.

— Ладно, что теперь говорить? — подводит итог Каста, когда нам подают напитки. — Ты ведь уже приехала.

— Слышала новости, — меняю тему я. Под воздействием коктейля силы восстанавливаются, а туман в голове рассеивается.