Мамба и большой Куш - Алексей Птица

Для начала следовало разжечь костер, возле которого оставались не прогоревшие дрова, да ещё и запас небольшой их имелся. Собрав поленья, я запалил огонь, подвесил над ним котелок, а сам пошёл рыскать по округе. Судя по всему, здесь до меня ещё никто не побывал. После долгих розысков я стал богат на три копья, пять ножей и кучу всякого хлама, цена которому в базарный день три медных гроша. Правда, я ещё не бывал на местном базаре и не знал, что почём, и чем там вообще торгуют.

Также я обнаружил здоровенный метательный нож, видимо, висевший на поясе у жреца, который слетел, когда тот поднялся в воздух со своим новым другом птеродактилем. Эти ножи я умел метать и любил это делать, в своё время. Больше ничего ценного я на площадке не нашёл.

Дикие животные и птицы за несколько дней подъели остатки пищи, да раздербанили то, что приготовили для торжественной трапезы дикари, оставив несъедобную или трудно доставаемую снедь. Хорошо, что часть еды я успел забрать с собой в первый день. Я не сомневался, что кроме приготовленных продуктов главным лакомством для дикарей предназначались мои печень и сердце, но я не Прометей, чтобы восстановиться после такого, поэтому боги вмешались и не допустили…

В общем, пока готовилось варево, я собирал оружие и остатки еды, а устав, снял котелок с огня и потрапезничал тем, что мне послали боги. Котелок кипел ещё дважды, пока я продолжал рыскать вокруг. К тому же, я пытался отыскать то место, где оставил свои вещи. Примерное направление я определил, когда солнце уже стало клониться к линии горизонта, после чего направился обратно в пещеру.

Найденное оружие я складировал неподалёку, поместив его в неглубокую расщелину, с собой лишь взял копьё и найденный метательный нож, весьма экстравагантной формы, кстати. Я ещё был слаб, чтобы тащить на себе всё железо.

Несмотря на то, что немного еды и питья у меня ещё имелось, завтра нужно идти к ручью за водой и пробовать охотиться. Кажется, в пещере имелся лук, боюсь, что без него мои попытки добыть себе пропитание будут неудачными. Опираясь на копьё, я стал медленно спускаться к пещере, когда последние лучи заходящего солнца вдруг отразились от непонятного предмета, что валялся среди камней, встав на ребро. Заинтересовавшись, я направился к нему, чтобы рассмотреть получше.

С трудом спустившись, я стал выковыривать его из щели своими ослабевшими от ранений пальцами, пока, наконец, не смог уцепиться за край и, вытащив на свет божий сию вещицу, застыл в немом изумлении. У меня на ладони лежал золотой предмет, больше всего похожий на египетский крылатый диск. Возможно, что так оно и было. Странно, откуда он здесь мог взяться.

Покрутив диск в ладони, я заметил солидные вмятины. Не иначе, он свалился с неба, а значит, упал с тела жреца, которого унесло с собой чудовище. Скорее всего, диск висел у жреца на шее. Конечно, я не помню этого, да и не удивительно: позавчера я вообще мало что мог увидеть и осознать, обстановка как-то не располагала к разглядыванию своего убийцы.

Диск, хотя это не совсем диск, больше всего предмет был похож на знак классности, который выдаётся военным лётчикам за мастерство, естественно, без всяких красных звёзд. И имел свою атрибутику: развёрнутые крылья, а в середине находился шарик солнца, по обеим сторонам которого плясали стоящие на хвостах кобры. Эх, Змееголовый, Змееголовый, где ж ты сейчас…

Крылатый диск, небольшой по размерам, весил, наверное, с полкило, так как оказался сделан из чистого золота, даже камешки драгоценные имелись на нём, но мелкие. А ещё от него ощутимо тянуло чем-то непонятным. Нет — это не запах, а что-то ещё, и, сжимая его в руках, я испытал чувство, как будто держу в руках весьма старую вещь, возможно, имеющую большое религиозное значение. А ещё от неё, казалось, исходило странное тепло, хотя, возможно, мне показалось, да и солнце за день могло нагреть любой предмет. Главное, чтобы золото не содержало в себе примесь какого-нибудь урана или подобную ему дрянь…

Забрав находку, я отправился в пещеру, спеша поскорее укрыться на ночь. За сегодня самой ценной находкой оказался крылатый солнечный диск, всё остальное — мелочи. Подойдя к пещере, я обнаружил, что перед входом сидел давешний негр, о котором я, честно говоря, уже забыл, которому просто помог, напоив водой, чтобы не мучился сильно.

Мне его мучения не нужны, всё по воле богов и его организма, но он оказался жив, что само по себе выглядело для меня удивительным. Ладно я, уже битый жизнью, который пил отвары и сам себе промыл раны, но этот негр ни раны не промывал, не отведывал целебных отваров, а до сих пор оказался жив.

Негр сидел и выжидающе смотрел на меня. Я остановился, наклонил копьё, наставив наконечник ему в грудь, но что-то заставило меня поднять оружие.

— Как ты выжил? Кто ты? И что хочешь от меня?

Негр молчал, только шевелил пересохшими губами. Ладно, придётся напоить. Спасать его я не видел смысла, но проявить милосердие, почему бы нет⁈ Что будет дальше, я не загадывал: убить его я смогу быстро, и раньше, чем он сам об этом подумает. Это я чувствовал тем самым пресловутым шестым чувством, точнее, просто знал, что так будет, и всё.

Обойдя дикаря, я проник в пещеру, выгнал оттуда очередную змею, точнее, поймал и убил. Мелкая месть Змееголовому, да и пожарить можно будет завтра. Впрочем, нацедив из тела крови прямо в котелок с отваром, я отпил сам, и, выйдя наружу, напоил дикаря этим отваром со змеиной кровью. Всё это я проделал на его глазах: отсёк змее голову и накапал с неё кровь в отвар.

Дикарь принялся жадно пить, как только я поднёс котелок к его губам. Я молча смотрел и ждал, когда он напьётся, а потом заглянул в его глаза. Там я увидел страх и ужас, который бы рискнул назвать мистическим. Он боялся меня и боялся до дрожи, и в то же время не отказывался от моей помощи, что странно. Видимо, очень хочется жить.

Впрочем, наплевать, раз боится, значит, будет бороться. Гм, ну пусть пока находится рядом со мною, пока не умрёт или не сбежит. Сбежать он сегодня-завтра вряд ли сможет, а вот что будет потом, меня интересовало мало. О себе бы подумать.

Войдя в пещеру, я перегородил