Мамба и большой Куш - Алексей Птица

и я не понимал, где нахожусь. Постепенно жара спадала и наступала вечерняя прохлада, принося свежесть. Но вместе с ней здесь могут скоро появиться и любители падали, не хотелось бы с ними встречаться. Я посмотрел на куски мяса, что когда-то были людьми и отвернулся, неприятное зрелище.

Я ещё раз обошел площадку в поисках еды и полезных вещей. Мне повезло. Немного поодаль лежали куски лепёшек, сушёное мясо и главное — вода. Обмотав тело найденными тряпками, я наскоро поел, не обращая внимания на разбросанные повсюду окровавленные куски.

Здесь же я нашел и кожаный мешок, в котором лежали узелки с различными травами и магическими снадобьями, которые приготовил для себя жрец. Несколько найденных трав я узнал и за неимением лучшего стал жевать те, которые могли оказаться полезными в моей ситуации, остальные кинул в котёл.

Мази я просто понюхал и откинул в сторону, вряд ли они могли оказаться полезными, скорее всего, наоборот. Наскоро вскипятив воду на остатках костра, который я смог разжечь заново, омыл свои раны настоем, полученным из трав жреца и, как мог, перевязал полосками ткани.

Скоро будет темнеть, пора искать себе укрытие на ночь. Взяв короткое копьё и тесак, которым меня хотели убить, я побрёл вниз. Искать пришлось почти до самой темноты, зато я нашёл логово этих дикарей. Им оказалась довольно просторная пещера, расположенная немного ниже площадки, вход в которую преграждал заваленный наполовину большой камень.

Сил, чтобы отодвинуть камень, у меня не оказалось, зато пригодилась змеиная гибкость, точнее, худоба. Протиснувшись внутрь, я первым делом осмотрел пещеру. В её глубине заметил несколько тюков и мешков, но сил, чтобы их осмотреть, у меня совсем не осталось.

На ужин я сжевал немного лепешек, которые запил водой. Оглядевшись, в углу пещеры я обнаружил звериную шкуру, лёг на неё и, крепко обняв копьё, как любимую и единственную женщину, отбыл в объятия Морфея. Усталость, ранения и испытанные яркие эмоции дали о себе знать, и мой сон оказался тревожен. Меня стало лихорадить от ран, несколько раз я просыпался, чтобы попить, благо, предусмотрительно я занёс в пещеру всю воду, которую нашёл.

Наступило утро, и я вновь забылся тревожным сном, проспав так до самого полудня. За ночь никто не побеспокоил меня и не нашёл, а может, никто и не искал. Проснувшись и преодолевая резкую боль во всем теле, я встал и, протиснувшись мимо камня у входа, стал щуриться на яркий свет дня.

Похоже, не стоит пока никуда отсюда уходить. Я прислушался, надеясь услышать голоса людей, но ничего похожего различить так и не смог. Скверно. А может быть, наоборот, очень хорошо. Что-то все встречи с людьми для меня заканчиваются весьма печально, а для моих противников ещё хуже. Видимо, у нас противоречивые желания. Они хотят закопать меня в землю, а я не хочу, чтобы они по ней ходили.

Подниматься наверх, к месту недавних событий, у меня не было никакого желания и, развернувшись, я зашёл обратно в пещеру. Вдоль стен моего укрытия лежала парочка тюков, которые я пока не успел хорошо рассмотреть, и мелкие мешки. Я ощутил себя Али-Бабой, который попал в пещеру к разбойникам, и вот теперь шарится в их имуществе. Интересно, а сколько их всего было? Я насчитал вчера в общей сложности четырнадцать человек.

Внезапно накатила тошнота, голова закружилась, а перед глазами поплыли кровавые пятна. Опустившись на пол пещеры, я устало привалился к её стене. Посидев так некоторое время, мне стало легче дышать и видеть, дурнота откатилась, но осталась всё равно где-то вдалеке, прячась за тупой ноющей болью.

Хотелось просто замереть и никуда не идти, даже есть не хотелось, только пить. Но так жить нельзя, я ещё слишком мало знал об этом мире и, не ровен час, сюда пожалуют стражники аксумского царства, а встреча с ними не сулит ничего хорошего. Самое простое, что сделают — уберут ненужного свидетеля, а всё найденное заберут себе. Так что, будет гораздо лучше, если они меня не найдут, вместе с этой пещерой.

Поднявшись, я стал копошиться в мешках и, найдя еду, успокоился. Достав смесь сухих трав жреца, я кинул их в котелок с водой. Хорошо бы заварить, но совсем нет сил разжигать костёр. Котелок я вынес из пещеры и поставил под солнечные лучи, за день они немного нагреют воду и заставят траву отдать толику своих целебных сил. Вечером я выпью полученный отвар и промою им раны.

Пожевав сухих лепёшек и вяленого мяса, запив всё это водой, я вновь забылся тревожным сном. Проснулся уже вечером, в компании парочки скорпионов, что с любопытством бегали возле меня, выискивая себе пропитание. Мне такое соседство не сильно понравилось, пришлось их гнать взашей с пещеры, ну или взахвост.

Скорпионы огрызались, грозно стегали хвостами древко копья, которым я их подталкивал, но равнодушное дерево безжалостно выкидывало их всё дальше и дальше, пока не вышвырнуло прочь из пещеры, немного покалечив при этом. Надеюсь, мстить они не прибегут.

Костёр разжигать я снова не стал, потому что не хотел привлечь к себе внимание. Ночью его будет видно издалека, а я стал бояться людей больше, чем животных. Вот же ирония судьбы, в прошлом мире я повелевал миллионами, а здесь едва могу спастись от десятка. С другой стороны — лучше здоровенный щелчок по лбу в самом начале пути, чем удар топором по затылку чуть позже.

С трудом протиснувшись мимо камня у входа, я вылез наружу. Нагретые солнцем скалы сейчас отдавали тепло обратно. Котелок с отваром стоял на своём месте, его никто не нашёл и не испил из него. Да и трудно было бы найти, я поместил его в расщелину, где посуда оказалась плотно зажата её изломанными краями.

Сухая трава, брошенная в котелок, уже давно напиталась влагой, а лучи солнца, что светили весь день, изрядно нагрели воду, жаль, что не до кипения. Настой приобрел тёмный цвет, забрав из сырья многие целебные вещества. В общем, как я хотел, так и получилось. Подхватив котелок, я повернулся, чтобы спрятаться обратно в пещеру, как вдруг увидел возле неё лежащего навзничь негра. От удивления и невольного испуга я чуть не выронил котелок из рук. Вот так неожиданность!

— Что за хрень? Монстр же вроде всех съел, или не всех⁈ Ять… И откуда он тут взялся, его же не было ещё час назад?

Мой вопрос ожидаемо оказался без ответа. Но эмоции — эмоциями, а надо что-то делать. Негр лежал,