Кладовая веков - Пол Андерсон

Карл видел, что ланны надвигались компактным квадратом, в котором были в основном пехотинцы, числом, примерно вдвое меньшим, чем в армии Дэйлза. Конница ланнов, значительно более многочисленная, чем у дэйлов, развернулась строем у реки. Всадники с трудом сдерживали возбужденных лошадей. Короче говоря, по мнению Карла, у его стороны будет значительное преимущество. Любая атака конницы будет отражена пиками и мечами, в любом случае от кавалерии будет мало пользы при таком скоплении людей. А так как почти половина ланнов была на лошадях, Ральф, удачно выбрав позицию, уже лишил их возможности участвовать в битве. Это была вдохновляющая мысль. А Карл, честно говоря, нуждался, чтобы его немного приободрили. Вид приближающихся, злобно оскаленных чужестранцев вызывал озноб в мышцах, нервы, казалось, натянулись и вибрировали. Во рту пересохло, зрение потеряло четкость, в ушах звенело. Через несколько мгновений начнется бой. И опускающееся на западе солнце за гонимыми ветром облаками, может быть, никогда не увидит его живым.

Ланны двинулись быстрым шагом вверх по склону, так же плотно, как и раньше, сомкнув ряды. Раздавался частый металлический лязг оружия, гонг отбивал ритм шагов, трубы ревели, призывая их идти вперед. На каждом фланге воинского подразделения реял красный флаг севера, он казался кровавым на фоне беспокойного серого неба. Ближе, ближе… и вот они подошли!

Карл достал из полного колчана стрелу и наложил на тетиву. Справа и слева от него стояли Том и Аул, их луки были натянуты. Ждали сигнала. Ланны были близко, совсем близко. Карл уже мог различить на чьем-то квадратном бронзовом лице зигзагообразный шрам… боже, этот рог когда-нибудь загудит?

У-у-у!

Услышав сигнал, Карл выпустил стрелу. Тяжелый лук загудел у него в руках. По рядам прокатился тяжелый свист, внезапно оперенная смерть заполнила собой все небо и устремилась вниз на ланнов! Карл увидел, как люди в каре падали навзничь, хватались за вонзившиеся в их тела стрелы, и выпустил еще одну стрелу. Неожиданно страх прошел. Он почувствовал, как мысли стали холодными и четкими. Необыкновенно обострилось зрение, теперь он различал самые мельчайшие детали. Все, казалось, стало двигаться медленно, как во сне. Он видел, как падали раненые и убитые ланны. Как их товарищи, идущие сзади, затаптывали их тела, занимая передние ряды. 3-з-и-п, ззип, ззип!

— И-й! — рычал Том, выпуская стрелу за стрелой, его буйная шевелюра развевалась на ветру, словно знамя. Аул стрелял как заведенный, одна стрела за другой. У Карла было время, чтобы удивиться его спокойствию. Но вот ударили ланны.

Взлетели мечи и топоры, ударив о щиты — внезапный грохот разъяренного железа. Люди выли, орали, ругались, щиты содрогались от ударов, пики чертили воздух, сверкали кинжалы. Карл видел, как ряды дэйлов отступили под натиском ланнов. Земля неожиданно поплыла и стала уходить из-под ног, склон осыпался, и они наступили на лица, выныривающие из человеческого водоворота и снова исчезающие в нем. Он отступил назад, на холм, выискивая удобную позицию, откуда можно было стрелять.

Ральф возвышался над полем боя и с коня рубил по шлемам, поднятым рукам, оскаленным лицам. Животное отступало, било копытами и снова отступало. Брошеное копье попало вождю в левую руку. Он вырвал его и в ярости метнул обратно, одновременно орудуя с другой стороны мечом. Ланнский солдат с воплем проскочил под брюхом коня, и Ральф ударил его шпорой в лицо. Отбив удар копья, Ральф поднял рог и протрубил долго и протяжно. В ответ раздались крики.

Отступив в заросли. Карл смотрел на битву, разворачивающуюся внизу. Воины Дэйлза держались — они стояли твердо. О, слава богу! Они стояли! В горле застряло рыдание. Он прицелился в конного трубача, лук пропел, человек закачался в седле, пронзенный стрелой в плечо. Большей частью Карл стрелял наугад, в самую гущу людей, бурлящую по всему склону.

Совсем близко пролетело копье, вонзившись в землю рядом с ним. Повсюду шелестели стрелы, падали копья. У ланнов тоже были стрелки. Карл зарычал, широко расставил ноги и выстрелил.

Словно гром обрушился на голову, молния сверкнула во внезапно навалившейся тьме. Он упал на четвереньки, голова была чужой, она звенела и раскалывалась от боли. Он затряс ей, пытаясь прийти в себя.

— Карл! Карл!

Как сквозь туман, он увидел над собой взволнованное лицо Аула и неуверенно выпрямился, опираясь на юношу.

— Ничего страшного, — пробормотал он. — Камнем… но весь удар пришелся на шлем… — Череп гудел, но Карл нагнулся, чтобы подобрать свое оружие.

Битва то отступала, то вновь накатывалась, острый металл кромсал кольчуги и тела, гортанные крики, храп лошадей, вопли сумасшедшей боли, воздух потемнел от стрел и булыжников. Ральфа нигде не было видно — сердце Карла замерло, потом он заметил высокую фигуру отца. Он сражался пешим, прорубая себе путь сквозь ряды врагов. Видимо, коня под ним убили.

Лошадь! А где же конница ланнов? Карл похолодел, устремив взгляд на берег реки. Там виднелись только пустые палатки да голые деревья. Куда же подевались эти две тысячи конных дьяволов?

Словно в ответ на его мысленный вопрос раздались вопли рожков и крики. Он посмотрел налево и направо, и из души его вырвался стон. Они появились из леса, куда незаметно перед этим скрылись. Теперь всадники ланнов взбирались на холм, обходя конницу Дэйлза с флангов. Карл услышал нарастающий грохот копыт, увидел, как полетели копья и всадники пригнулись в седлах и закричали, когда враг ударил.

Казалось, от этого удара хрустнули даже его собственные кости. Копья скользили по щитам или вонзались в живые тела. Не имеющие достаточного опыта дэйлы отступили перед этим диким натиском. Выхватив мечи, всадники свистели, метались меж расстроенных рядов, рубили, лица их пылали!

Пехотинцы дэйлов сделали все, что могли, чтобы сдержать непрерывный натиск ланнов. Между тем их смешавшиеся ряды отступили, лошади топтали своих же, копья, посланные из тыла, поражали воинов в спины. Карл поискал стрелу, но они все кончились, выругался и вытащил меч, одновременно протиснув левую руку в ремни щита.

Прозвучали гонги ланнов, их трубы победно заревели, призывая людей наступать на клин дэйлов, который уже потерял очертания. Карл видел, как упал один из телохранителей, Ральф вскочил в освободившееся седло. До Карла донесся рык отца:

— Быстро строиться! Строиться!

Слишком поздно, стоном прозвучало в сознании Карла. Дэйлы были разбиты на флангах, разрезаны налетевшей конницей, и пехота ланнов прорвала их смешанные ряды. Теперь каждый был сам за себя.

Два вражеских всадника заметили небольшую группу стрелков в зарослях, опустили копья и помчались вперед. Карл видел, как они подпрыгивали в седлах, слышал, как под копытами дрожала земля, ясно различал раздутые ноздри жеребцов, пену на удилах, глаза ездоков, белые зубы на темных от прилипшей крови лицах. Он действовал не раздумывая и едва услышал свой собственный крик: