Мой (не)ласковый зверь - Эми Мун

Берговски проверит кабинку и обнаружит, что в ней пусто – мне конец!

– Сейчас проверим…

От накатившей паники перед глазами поплыло. Я ухватилась за стену и приготовилась к бесславному концу или хотя бы обмороку, но слуха вдруг коснулась мелодия звонка. Что-то из классики… Мысль мелькнула и пропала, вытесненная ворохом других.

Кто звонит? Почему сейчас? Вот бы Урсулов ответил…Пожалуйста, пожалуйста! И моя страстная мольба не осталось без ответа!

Бросив дежурное «секунду», альфа поднял трубку!

Время растянулось в маленькую вечность.

Сжав кулаки, я впервые за долгое время молилась всем, кому только можно – только бы альфы ушли.

Послышался шорох, неразборчивое бормотание, и наступила тишина.

Неужели?!

Поколебавшись, я все же рискнула высунуться из своего укрытия. Вроде бы пусто… Ох, мне срочно надо обратно в кабину! Берговски не должен увидеть меня тут!

Круто развернувшись, я рванула обратно к блоку. Пол под ногами качался, сердце бешено колотилось о ребра, и бежала я быстрее, чем если бы за мной гналась банда из Черного Сектора. Но как только пальцы коснулись вожделенной двери, вокруг талии сомкнулся стальной капкан.

– Подслушиваешь, Ни-ка? – прорычал Берг. – Плохая девочка…

Глава 11

Аромат девушки сводил с ума.

Превращал в натуральное животное, которому плевать на разум. Только инстинкты и невыносимое желание схватить девочку в охапку, запихнуть в блок и не выпускать из-под себя сутки.

До тех пор, пока не закончится овуляция…

Михаил склонил голову и жадно вздохнул. Черт возьми! Какой охренительный запах!

В горле клокотал нетерпеливый рык, а в паху стремительно нарастала теснота.

Он почти чувствовал горячую влажную плоть вокруг члена, ее тесноту и нежность.

Ника такая хрупкая… Каждый раз с ней – как будто первый. Улетные ощущения, и до чертиков страшно сделать больно. Он всегда этого боялся… И это касалось не только секса. Ни разу в жизни не заботясь о чувствах других женщин, с ней превращался в само внимание. Пока однажды не пришлось все перечеркнуть…

Удобней перехватив пыхтевшую добычу, Михаил распахнул дверь и шагнул в кабинку. Сегодня – их ночь. И он намерен использовать ее сполна.

От девочки мгновенно потянуло сладкой нотой возбуждения.

Его Ника – совсем не наивная идиотка, и с отзывчивостью у нее полный порядок. Это чертовски хорошо! И плохо одновременно. Если бы реакция девушки была негативной, то ни он, ни зверь никогда бы не смогли заставить свою пару силой. Но обоюдное желание рушило все запреты.

Легко толкнув пару на диван, Михаил в одно мгновение избавился от пиджака и рубашки.

Наградой ему стал жадный взгляд. Но Ника не была бы собой, если бы не попыталась проявить независимость. Забившись в угол, девочка нахмурилась и упрямо вздернула подбородок.

– Мне нужно в туалет!

Хм, очень интересный выпад. Но так и быть – немного подыграем. Естественные нужды – это святое.

– Иди, – кивнул в сторону неприметной двери.

Именно там находился санузел.

Ника уколола его недоверчивым взглядом. Чувствовала подвох.

И правильно.

Как только девочка встала на ноги, Михаил в два счета очутился рядом и содрал с нее чертово платье.

– Нет! – попыталась остановить его Ника, но тряпка улетела в сторону.

А Михаил с жадностью осмотрел результат своих трудов – смущенную и рассерженную крошку, которая так наивно пыталась прикрыть грудь.

– Или ты идешь, или пару часов потерпишь, – прохрипел, демонстративно щелкая пряжкой ремня.

Круто развернувшись, Ника рванул туалет. Но он успел полюбоваться на упругие ягодицы, которые еще пестрели следами от его хватки.

У его пары очень нежная кожа. И сегодня на ней останутся новые следы.

Зверь нетерпеливо рычал, но на этот раз без особого сопротивления давал собой командовать.

Безопасность и комфорт пары – это закон. Именно поэтому Ника сейчас тут, под присмотром… Другого варианта просто не осталось, сколько бы Михаил ни искал.

Медведь нетерпеливо рявкнул, требуя вернуть ему самку. Времени прошло достаточно, Ника нарочно медлила, чтобы оттянуть неизбежное.

Зря.

Михаил знал свою пару слишком хорошо. Нутром чуял, что ее тоже подкидывает от нетерпения, но голая физиология – это не то, что нужно женщине. Не его Нике.

– Считаю до тр-р-рех… – прорычал, избавляясь от надоевших брюк.

Терпеть не мог официоз. Каждое утро запаковывал себя в костюм и тихо ненавидел дресс-код «Бионики». Эти чертовы галстуки, пиджаки, запонки…

Но надо.

Это гребанное обязательство преследовало его всю жизнь! Сначала он рвал жилы ради одобрения отца, а потом из-за чувства вины перед сестрой… В груди заклокотал яростный рык зверя. И те эмоции, которые он старательно прятал, обожгли изнутри серной кислотой.

Гнев и ненужная никому жалость схлестнулись в один дикий коктейль, и если бы не появившаяся в дверях Ника…

Злость исчезла, уступая место древним как мир желаниям.

В два счета Михаил очутился рядом и подхватил свою добычу на руки.

* * *

Мой возмущенный крик утонул в велюровой обивке дивана.

Как пушинку, Берговски опрокинул меня на живот, а сам навалился сверху, давая почувствовать свой вес. Совсем чуть, но этого хватило, чтобы кислород исчез из легких. Или все из-за близости альфы? Его нетерпеливых рук и жаркого дыхания, опалявшего изгиб шеи.

– Вкусно пахнешь, – заурчал зверь, прикусывая чувствительную кожу.

Совсем там же, где однажды стояла метка.

Меня встряхнуло от накативших воспоминаний.

Бесполезно сопротивляться! Образ Берга стремительно обретал плоть и кровь, искушая махнуть на все рукой.

Альфа слегка сжал зубы, давая почувствовать остроту клыков, но страха не было. Я доверяла Бергу больше, чем полностью, и это чертовски неправильно! Но сейчас не хотелось об этом думать.

Я тихонько выдохнула и расслабилась, чувствуя как мужские ладони скользят вверх к груди.

Берг не торопился.

Смаковал каждую секунду, заставляя меня изнывать от нетерпения и кусать губы. Безумная пытка!

Тугие бусинки сосков пощипывало от предвкушения, и когда Берг лишь слегка задел их, я не сдержала стона.

– Мне нравится, как ты мурлычешь, – прохрипел Берг, сильнее сжимая вершинки между пальцами, – хочу слышать еще…

Следующий мой стон был гораздо громче.

Берг терзал мою грудь, чередуя ласку с пикантной ноткой боли. Сминал, пощипывал, гладил… До тех пор, пока я не заскулила от невыносимого возбуждения.

Низ живота горел огнем, а трусики промокли насквозь.

– Берг, – захныкала, нетерпеливо ерзая бедрами.

Он ведь тоже хотел меня!

Я чувствовала каменный от возбуждения член, упиравшийся между ягодиц. И безумно хотела ощутить его внутри. Сейчас же!

– Какая нетерпеливая, – довольно зарычал Берг.

А затем рывком дернул меня вверх, заставляя поднять бедра.

Трусики исчезли моментально.

Крепче обняв подушку, я прогнулась и широко расставила