Третья сила. Сорвать Блицкриг! (сборник) - Федор Вихрев

– Я же не предлагаю выходить. Пока. Остаемся в этой зоне, по возможности. Уничтожая все немецкое и снабжаясь за их счет.

И добавил:

– На способность пехоты передвигаться смерть «быстроходного» не повлияет. Быстрее она не появится. И на темп наступления танков тоже – у них пока все по плану. Может, этот труп скажется впоследствии, может, нет, но сейчас – все останется по-старому. После марша пулеметник останется небоеспособным – запас хода сто сорок кэмэ, если я не ошибаюсь. Так что, если дойдем, останутся только один танк и броник.

– С топливом пока нормально, – заметил Саня, – я просто грузовики расцеплять не буду и полбочки газойля не выкинул, и пустую с прошлого раза сохранил, и с «Опелей», оставленных на месте боя, в нее горючку слил, на сколько-то хватит.

– Ну, придется рискнуть. Тем более, мастерская есть. Да и если что, буксиром потянем, – добавил Олег.

– А, черт с нами. Помирать – так с грохотом. Убедили.

Степан

Ну, двинулись, «Вперед на Запад», ага. Порядок движения выбрали следующий: головным броневик, следом пушечный «двадцать шестой», потом тягач с двумя машинами на буксире. Следом «санитарка» со вторым «ЗиСом» и мастерская. Пулеметник и пара «Опелей» с пушкой в кузове одного из них замыкали колонну. Мотоцикл отпустили вперед, для разведки.

Покуда едем, есть возможность немного подумать. Итак, на западе нас никто не ждет, это хорошо. Плохо – топлива на пару переходов таких, и машины можно бросать. С продовольствием тоже не густо, но пока вопрос остро не стоит. Перебедуем.

А вот с маршрутом движения чуть было не влипли. Вояки, блин. Городок есть такой в Белоруссии, Кобрин называется. Мало того, что он находится на Днепровско-Бугском канале, так еще железная дорога и автодорога после него (на восток) расходятся. Значит, это разгрузочный пункт и очень большая транспортная развязка! И еще мосты через канал – а они на жестком контроле. У немцев, разумеется. К чему я это? Да к тому, что об этом нам поведала Ника! Остальные об этом как-то не подумали. Орлы, мля.

В ходе мозгового штурма приняли следующий вариант Олега: Болота-Изабелин – Корчицы – Оводы – Гайовка – Петьки – Суховчицы – Ходосы – мы за Кобрином. Лишних несколько кэмэ нам сие добавит, но пройти можно. Потом Жабинский район – Мышицы – Задерты и Брестский район – Подлесье… (длинное оно) – Мухавец.

Саня Букварь

Немного отдохнув за пять часов марша, я выскочил из броника.

Смотрю, два бойца вытаскивают из кузова «шестерки» троих связанных, подошел – ба, да это же офицер, начальник колонны пленных, а вот еще двое откуда?

– Это кто?

– Так пленные, товарищ лейтенант. Вот этого в прошлый раз допросить не успели – бой начался, а этих двух ваша собачка покусала, когда они мертвыми притворялись… Вы про них забыли все, а я решил, что добру пропадать, хоть окопы копать можно заставить, – ответил белобрысый красноармеец, – а сейчас мы их с машины сняли, чтоб не обоссали железяки в кузове. Товарищ лейтенант, мы им разговаривать не давали, чтоб не договорились бежать.

– Ты! – ткнул пальцем во второго «конвоира». – Бегом к капитану и товарищу Ивановой, доложить немедленно.

– Слышь, боец, а почему офицер без сапог?

– Так я, это, товарищ лейтенант, его ж все равно того… потом. Разрешите забрать, а то в обмотках тяжко.

– Давно служишь? Откуда сам?

– Три месяца. Из Сталинграда.

– Так сапоги-то где, земляк?

– В кузове.

– Так какого хрена еще не переобулся?

– Разрешите?

– Выполнять, бегом! Винтарь дай, я пока погляжу за ними.

Боец управился буквально за минуту. Тем временем подбежала Ника и пришел Олег, его еще пошатывало.

Допрос решил начать я. И начать с одного из «свеженьких». Мы отвели его в сторону, обыскали на предмет документов, нашлось какое-то удостоверение и письмо, видимо, из дома.

– Воинская часть, имя, звание? Домашний адрес, имя девушки? – немец назвался. Вроде все совпадало с написанным.

– Цель прочесывания?

– Сбежавшие русские. Из лагеря, вчера. Трое, с пистолетом. Фельдфебеля убили. Кинулись бежать много, но охрана почти всех постреляла. Троих недосчитались. А сегодня утром мотоцикл с почтой не приехал.

– Откуда такие подробности? – фриц в ответ замялся, и ни слова. – Ты в охране лагеря был?

– Да, – признание далось ему с трудом. – Клянусь, я никого не убивал.

– Убрать в сторону, – сказал я красноармейцам. – Следующий! Тоже рядового давайте!

– Так, а ты что за зверь? – Набор бляшек и нашивок на форме несколько отличался. – Как оказался в группе?

– Отдыхающая смена, склад охраняли, – немец назвал другую дивизию. – По тревоге подняли и этим в помощь дали.

– А пушка откуда?

– По пути встретили – они от своих отстали, а в одиночку ехать побоялись, тут начальник этих дерьмоголовых, – он кивнул в сторону первого немца, – и прихватил для усиления.

– Понятно! В расход обоих!

Немцев пристрелили, а мы тронулись дальше. На этот раз я забрал пленного офицера и белобрысого в броневик. Опять допрос откладывался.

Сергей Олегович

Всю дорогу мы всем колхозом, вместе с теми, кто соображал, колдовали над трофейной немецкой радиостанцией и вроде чего-то добились. На привале развернули ее, раскинули антенну, включили. Станция ожила и зашипела. Согнувшись над ней, я крутил ручки настройки, отмахиваясь от советчиков, и тут услышал сквозь помехи:

– Я – крепость! Я – крепость! Веду бой!.. – дальше все опять потонуло в помехах…

– Мужики! – заорал я нашим. – Бегом сюда! – первым подбежал Док.

– Слушай! – дал я ему наушники…

Док

Потом был большой рывок. Отошли километров на пять, тормознули возле какого-то болотца – кто ж их в Белоруссии считает – и утопили в нем остатки бывшего командира второй танковой группы вермахта. Да, в этом мире уже не будут написаны «Воспоминания солдата»…

К вечеру этого дня мы прошли сто двадцать километров. Что удивительно – на нас почти не обращали внимания! Мы шли на запад, и в смешанной колонне техники даже «тэшки» не вызывали подозрения. С наступлением темноты устроились на ночевку. До Бреста оставалось где-то сто пятьдесят – двести кэмэ. Ребята всю дорогу что-то крутили с немецкой радиостанцией и на привале развернули ее и включили. Я подошел к Сергею – любопытно было, – и тут он, побледнев, закричал:

– Мужики! Бегом сюда!

Я подскочил.

– Чего там?

– Слушай! – Сергей протянул мне наушники. Сквозь треск помех я услышал:

– Всем, кто меня слышит! Я – крепость! Я – крепость! Веду бой!..

Саня Букварь

На второй привал остановились мы в роще недалеко от перекрестка. Ехать надо было прямо.

– Надо бы прошвырнуться по дороге на пару километров в сторону, – сообщил я Нике.

– Ты же устал, наверное?

– Нормально, я на ходу подремал… Немчика возьми?

Сгрузил ей пленного офицера и попросил на этот раз все-таки допросить его. Вернувшись в броневик, поставил задачу экипажу, который теперь кроме меня и водителя состоял еще и из белобрысого в офицерских сапогах:

– Сейчас прокатимся по этой дорожке пару-тройку километров в сторону, посмотрим, что там есть.

– Товарищ лейтенант, а почему мы на запад едем, а не к своим?

– Как тебя зовут? По имени? – спросил я у водителя. – Андрей? А тебя? Тоже? Ну, так вот, товарищи Андреи, мы сейчас выполняем важную задачу, от которой будет зависеть, возможно, весь ход войны. Это не громкие слова. Мы угрохали большого немецкого генерала. Очень большого. Теперь нас ищут. Очень сильно ищут. Они думают, что мы будем пробиваться к своим. И они ждут нас. А мы с вами их обманем, мы сначала свою задачу выполним, потом сделаем вид, что не хотим никуда идти, а потом неожиданно прорвемся. Я понятно рассказал?

Бойцы закивали.

И мы покатили по боковой дороге. Несколько раз сильно тряхнуло на ухабах, у меня выскочило:

– Как не было дорог, так и не будет.

Белобрысый Андрей посмотрел на меня недоуменно, но ничего не спросил. За очередным поворотом мы чуть не налетели на то, о чем пару раз говорили, – в кузове трехосного грузовика без крыши над кабиной, со странным коротким и низким капотом стояла зенитка! Нечто подобное я сам видел в Ханкале во время службы в армии, но здесь такое встретить не ожидал. Расчет бродил рядом, видимо, подавая советы водителю, занятому заменой колеса. Мы подкатили метров на двадцать, когда я открыл огонь. Троих артиллеристов положил сразу, а водитель забился под машину. Выйдя из брони, я просто достал пистолет и выпустил в него обойму. Проверил колесо, подтянул уже закрученные гайки. Белобрысый Андрей собрал и отнес в НАГ оружие и документы зенитчиков. И с новым трофеем мы неспешно покатились к колонне – впереди два Андрея на броневике, сзади я на трехоснике. Уже в лагере, порывшись в ноутбуках, я определил, что мне попалось – FlaK 30/38 в кузове трехосного грузовика «Крупп». На привалах Змей взял у меня несколько уроков езды на мотоцикле.