Сегодняшний вчерашний день - Stashe

Янат дал себе слово обязательно побывать там и своими глазами посмотреть на покинутый город. Возможно, там до сих пор сохранилась механическая жизнь, которая, увы, куда как долговечнее человеческой. Его волновали такие открытия.

— Нельзя терять бдительность, — напомнил Сиан, один из "действительных потомков" землян. Такие считали себя (в тайне, естественно) сливками общества, единственными, кто якобы имел право называть себя "Землянами" с большой буквы. Планеты, с которых были родом "настоящие земляне" располагались в той же галактике, что и солнечная система — колыбель человечества, Млечный Путь. Миграция затронула и их, ведь ничто не стоит на месте. Но куда бы не забрасывала судьба такие семьи, они сразу же выискивали "единоверцев" и сколачивали очередную общину по интересам. Подобные сообщества распространились во множестве миров, где их членов считали снобами, за склонность возводить свои взгляды в культ. Многих людей-колонистов раздражала напыщенность "потомков", их зацикленность на событиях, которые давным-давно потеряли значение для большинства. Такие кланы гордились своей сопричастностью к "великим" с фанатизмом. Выискивали предков, выясняли собственное происхождение, составляли родовые древа до дцатого колена и скрупулезно конспектировали собственные биографии для потомков.

Сиан считался ирландцем и с гордостью носил на поясе специальный кошель, в котором лежала его биография в цифровом формате. Он тщательно следил за своей внешностью, являя образец чрезвычайно самовлюбленного типа, и не забывал регулярно вносить события жизни в дневник. Над ним, конечно же, посмеивались, но не открыто. В конечном итоге, в этой экспедиции у каждого под кроватью хранился свой чемодан с тараканами.

Для Яната разговоры про клановость были как нож в сердце. Сиана он на дух не выносил и старался нигде не пересекаться. Его громкие заявления по поводу родословной, предков и прочего, считал бредом, а кто такие ирландцы даже из принципа не пожелал узнать. Что особенно раздражало Шептунова, так это подчеркнутая уважительность, с которой с ненавистным ему выскочкой общался Кэро. Он не мог понять к чему подобная галантность к самодуру и бесился еще сильнее, демонстрируя свое презрение к святым для "землянина" с Новы вещам.

Как не удивительно, но они ни разу не сцепились всерьез. И вот теперь, напоминание Сиана внезапно вывело Яната из себя.

— Чего еще, благословенный? — язвительно спросил он.

Но ирландец, довольно вспыльчивый тип, почему-то ответил спокойно.

— В развалинах города живут птицы. Ты видел, какие здесь птицы, Ян? Они опасны для нас. А мы уже вышли из-под опеки базы. Следовательно, нужно быть настороже, пока не зайдем в лес, да и около озер поглядывать в небо. Глупо было бы в первую же вылазку пострадать от хищников.

Янат ни мог не признать, что Сиан прав. Охваченный своими предчувствиями, он на миг потерял из виду факт существования гигантских пернатых. Но, в конце концов, это же ирландец! Шептунова все в нем выводило из себя.

— А к чему нам тогда побрякушки? — лениво произнес он, указывая пальцем на пояс и парализатор.

— Хватит, — достаточно резко вмешался Кэро и Ян успел удивиться направленной на него ярости, прежде чем накатило.

Небо выглядело безмятежно голубым. Ни облачка. Янат закрыл глаза, снова открыл, недовольный. Его раздражал навязчивый шум, который медленно превращался в голоса.

— Ян! Ян!

— Нужно возвращаться? — С досадой прозвучал чей-то голос и Шептунов понял, что это Колен, самый юный из контактеров.

— Нет, — он отмахнулся от руки Кэро и самостоятельно встал на ноги. Поле пояса держало его над побелевшей от жара сухой и ломкой травой, не дав покалечиться при падении. Необходимая защита сработала безукоризненно. Ян выпрямился, встал устойчиво и перевел режим пояса в ожидание, а затем в готовность. Мягко пружинящее силовое поле будто бы исчезло, снова вернувшись в пассивное состояние. Лишь легкое покалывание какое-то время указывало, что на самом деле оно никуда не делось. Ноги Шептунова медленно коснулись травы, а затем он вновь почувствовал под ними твердую землю. Оборудование настраивалось индивидуально, но до введения особой команды, биокоды остальных людей, заложенные в базу каждого пояса, позволяли им проникать сквозь силовой барьер в непредвиденных ситуациях, для тактильного контакта.

— Что это было? — поинтересовалась Елена, напарница Сиана. Ян хмуро взглянул на нее и перевел взгляд на Кэро.

— Со мной все в порядке.

— Сам понимаешь, припадок нельзя просто пропустить. Нужно возвращаться.

— Но это же глупо.

Янат был зол. На себя и ситуацию, на внезапную слабость, на случай. Но он понимал, что Кэро прав.

— Возвращаемся, — резюмировал птаирианец. Тут забастовал Сиан.

— Это и, правда, глупо. Пояса обеспечивают надежную защиту. Пройдем хотя бы до леса. Если Шептунов почувствует себя хуже, странно или опять упадет в обморок, вернемся. Внешне он совершенно здоров, приборы не показали каких-либо значительных нарушений в работе внутренних органов. Кратковременный спазм сосудов, последствий нет.

— Пока, — мягко ответил Кэро, взгляд его оставался твердым и решительным, — Это ситуация, которая требует внимания.

— Разберемся по возвращении, Кэро сохо. Проведем сканирование и прочие процедуры. Сейчас ничего не угрожает ни его ни нашим жизням. А вот погода здесь постоянно меняется, время уходит. Я предлагаю идти дальше. У него нет помутнения сознания, физически — норма. К чему прерывать поход? — Поддержала напарника Елена.

Кэро переводил взгляд с одного на другого. Янат смотрел почти умоляюще, понимая, что его прерогатива сейчас тупо молчать.

— Хорошо, — сдался птаирианец, — Идемте. При малейших признаках ухудшения самочувствия у любого из нас сразу же возвращаемся. Навь начинает вовлекать нас в свои игры. Мы не должны принимать такие приглашения.

Янат с облегчением выдохнул. Он сам не мог понять, что с ним произошло, настолько это быстро случилось и так же мгновенно прошло. Словно всем им почудился его внезапный обморок посреди равнины. Поэтому, Ян решил забыть обо всем до возвращения на базу и сосредоточился на путешествии. Его ничего не беспокоило, а тревога, с которой он раньше не мог справиться, внезапно растворилась. Похоже, то же облегчение испытывали и остальные. Люди внезапно повеселели, расправили плечи, стали активнее. Да, их не покидало чувство настороженности, но это естественное поведение в чужеродной среде.

Исследователи ускоряли движение. Пересекать большие и открытые пространства опасно. Теперь, вспомнив о гигантских птицах, они еще яснее понимали это и спешили укрыться в лесу, под деревьями. От базы до леса по их подсчетам оказалось не более трех километров, и последний отрезок пути они преодолели очень быстро.