"Основы научного антисемитизма" - Сергей Баландин

Таким образом, понятие «народ» трактуется нами как общность людей, объединенная общей историей, культурой и психическим складом. И когда говорят, что евреи – это народ, в этом, безусловно, есть своя доля истины, но и из этого положения также нельзя понять, почему именно этот народ является субъектом еврейского вопроса. Категория народа оказывается еще слишком велика для определения еврейства, а потому не все, кто входят в понятие «еврейский народ» являются субъектами еврейского вопроса. Следует теперь рассмотреть, что такое еврейский народ, и из каких общностей он состоит.

Исходя из вышеприведенного определения понятия «народ», мы можем сказать, что к тому или иному народу вправе принадлежать любой, кто волею судьбы или по своей воле окажется погруженным в духовную атмосферу данной общности людей и принимает все их чаяния как свои личные. Поэтому и еврейство, если его рассматривать только как народ, здесь не может быть исключением. К еврейскому народу может принадлежать всякий, кто чувствует свою духовную связь с еврейской историей, культурой, чаяниями поколений. К еврейскому народу, безусловно, можно отнести и евреев-христиан, особенно, мессианских евреев, создавших свою особую христианскую общину, основанную на соблюдении еврейских традиций, с сохранением всего лучшего, что есть в Талмуде, у хасидских цадиков и у современных раввинов, однако полностью порвавших с еврейством как клановой организацией и ее расистской парадигмой. Но вовсе не обязательно евреям становиться христианами, чтобы разорвать свои всякие отношения с еврейством как организацией, и таких евреев, не включенных в еврейство как субъект еврейского вопроса, в еврейском народе немалый процент. Это и евреи-коммунисты, и многие евреи-социал-демократы, просто демократы, интеллигенты, интернационалисты, антирасисты, антинацисты и даже некоторые израильские националисты, видящие особый путь своей страны, независимый от мирового еврейства с его центром в США. Более того, вне еврейства как организации находятся и активно противостоят ему и многие религиозные евреи, такие, как «Натурей карта», да и представители других общин харедим нередко выступают против сионизма, иудонацизма, иудео-американского глобализма. Кстати, сам термин «иудонацизм» принадлежит известному израильскому профессору Иешаягу Лейбовичу, который мог совмещать свои «ультралевые антисемитские» взгляды с ультраортодоксальным еврейским образом жизни, и он, конечно, один из лучших сынов еврейского народа, никакого отношения к еврейству как организации не имеющий. Что интересно, сами евреи причисляют не входящих в их организацию евреев к антисемитам, но в довольно-таки своеобразной форме. Чтобы как-то выйти из того затруднительного положения, в которое их поставили «евреи-антисемиты», они придумали специальный термин «самоненависть». На чем основан сей ярлык, нам понять не дано, авторы, его применяющие, обычно объяснениями себя не утруждают, да и на наши вопросы вряд ли ответят. Евреи с более-менее здравым смыслом тоже не понимают, о чем тут говорят их братья. Так, например Исраэль Шахак в своей книге «Еврейская история, еврейская религия: тяжесть трех тысяч лет» посетовал: «Быть против и антисемитизма и еврейского шовинизма считается «ненавистью к себе» – термин, который я нахожу бессмысленым». Впрочем, если не судить сей термин с позиций строгой грамматики или вышеназванной «школы имен», а постараться перевести его с языка ярлыкового на язык общечеловеческий, то окажется, что он не такой уж и бессмысленный, просто, когда так говорят, следует это понимать, как «ненависть к нам», т.е. отношение одних представителей еврейского народа к другим как к далеко не лучшей его части, которая заинтересована выдать себя за весь народ. Эта часть исходит из принципа: «кто не с нами, тот против нас» – да, совершенно верно, против вас, но это еще не значит, что тот, кто против вас, он против всего народа, да еще в придачу против себя самого. Надо сказать, что евреи, разделяющие еврейскую парадигму, вообще мало отличаются оригинальностью мышления, и если кто-нибудь из них скажет какую-нибудь чушь, то все остальные будут повторять ее за ним как под копирку. Много раз мне приходилось слышать обвинения в самоненависти против моего друга Исраэля Шамира – одного из достойнейших сынов еврейского народа. И вот так мне довелось возразить одному из его и моих оппонентов, сказавшему, что Шамир ненавидит себе подобных: «Разве Шамир где-нибудь писал, что ненавидит себе подобных? Покажите пример, чтобы не быть голословным. Если он кого и ненавидит, то это скорее вам подобных. Не путайте, пожалуйста, себя и его. Шамир относится к той категории людей, что воспитывают в себе те качества, которые хотели бы видеть в других. Как можно ненавидеть подобное тому, что ты любишь? Но если ты воспитываешь в себе, эгоизм, ксенофобию, гордыню, то вряд ли ты будешь любить подобные качества в других, потому и будешь ненавидеть себе подобных, как, впрочем, и неподобных».

В еврейский народ под именем израильтян могут вполне ассимилироваться также и сыны других народов: русских, грузин, арабов и любых иных, кто длительное время проживая среди израильтян, усвоил их язык, культуру, болеет общими проблемами страны и живет ее интересами. Однако эти израильтяне уже не составляют еврейской нации, даже если они вполне лояльны еврейству как организации (шабесгои), но с другой стороны евреи-антисемиты входят в состав нации, так как де-юре обладают всеми правами евреев.

Впрочем, израильтяне и еврейский народ – это также не совсем одно и то же, а определять евреев как народ мы можем с некоторыми оговорками, ибо тут могут возразить, что далеко не все еврейские общины имеют одинаковую культуру, бывают общины сефардские, бывают, ашкеназские, есть курдские, иранские, бухарские, караимы и т.д. и т.п., и культурные различия между всеми ними весьма глубоки. (Кстати, еврейский вопрос и антисемитизм никогда не касался караимов, горских евреев, татов, бухарских евреев и многих других общин). С другой стороны, культура как таковая редко предъявляет серьезные претензии к другой культуре, а потому непосредственно не может являться фактором конфликта, здесь должен быть еще и интерес политический, только тогда народ начинает осознавать себя как нацию, и претендовать на определенные национальные права, вне зависимости от тех или иных этнических особенностей общин, составляющих нацию. И наконец, контрольный вопрос на релевантность термина нашему главному тезису: Является ли еврейский вопрос конфликтом с еврейским народом? Исходя из всего вышесказанного, получаем отрицательный ответ. Поэтому, обсуждая еврейство как организацию, не следует переводить стрелки на еврейский народ.

Как мы уже упоминали выше, многие определения привычных терминов либо давно устарели, либо нерелевантны в контексте еврейского вопроса. Поскольку мы рассматриваем причины конфликтов, в частности, национальные, постольку нас интересуют именно те атрибуты нации, которые могут стать причинами таких конфликтов. У нации такие атрибуты, безусловно, есть. Одним из них является прежде всего практика деления людей на «своих» и «чужих» с теми или иными дискриминационными целями, для чего и существует специальное клеймо «национальности», отмечаемое в т.н. «пятой графе» (для нас слово «национальность» отличается от слова «нация» точно так же, как «партийность» от «партии», т.е., определением принадлежности к данной группе, других отличий мы не видим; в тех странах, где не существует записи «национальности» в официальных документах, функцию «пятой графы» выполняет графа гражданства, в таком случае все граждане данной страны представляют собой единую нацию). Этот чисто эгоистический атрибут нации, не имеет никакого отношения ни к культуре, ни к языку, ни к среде обитания, однако имеет отношение к распределению материальных благ, юридических прав и социальных привилегий, и стремится приобрести как можно больше благ для «своих» за счет «чужих», независимо от того, где бы «свои» ни проживали и на каком бы языке ни говорили. Сей атрибут мы называем национализмом. Таким образом, национализм есть главный и определяющий признак нации. Странно, но факт: почти ни в одном определении нации, а их существует достаточно много, не присутствует этот столь естественный и очевидный атрибут. Классическим определением нации долгое время считалось определение И.В. Сталина: «Нация есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры» (Марксизм и национальный вопрос), но и антимарксистская точка зрения, например, националиста Василия Шульгина мало в чем противоречит сталинской: «что такое нация? Сие есть союз людей, связанных между собой некоторыми признаками. При определении этих признаков разные умы весьма расходятся, но главнейшими все же признаются: совместное жительство, то есть общая территория; кровная близость, то есть более или менее отдаленное родство; общность языка; принадлежность к одному и тому же государственному организму» (Что нам в них не нравится). – Все это путано мудрено и логически некорректно, кроме фразы: «Нация есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей», но уже слово «возникшая» относится к категории причины (т.е. как и когда возникшая, при каких обстоятельствах, в результате чего), а не явления (что, собственно возникло) сущность которого предполагалось определить. Это все равно что сказать: «для возникновения (создания) автомобиля требуется завод, необходимое сырье, технология, инженеры, рабочие и т.п.» – да, без этих факторов автомобиль не возникнет, но разве отсюда ясно, что такое автомобиль и чем он отличается, скажем, от велосипеда? Так же есть абсурд и у Шульгина: «Союз, …связанный признаками…» – признаки как таковые никогда ничего не связывают, особенно союзы. Но куда проще было бы сказать: Нация есть союз, общность людей, объединенных корпоративными (националистическими) интересами, и имеющая или стремящаяся обрести свою полную или частичную (автономную) государственную независимость. Такой союз могут представлять собой как члены одного семейного клана, так и более крупные национальные образования, включающие в себе много народностей, этнических групп и даже суперэтносы.