Стань моей (ЛП) - Павлов Лора

— Знаю. И ты замечательная с ними, Эш. Но я вижу, как ты смотришь на него. И как он — на тебя. Ты ведь только что едва не побелела, когда услышала про пожар.

Я закатила глаза.

— Мой отец и Нико тоже там.

— Понимаю. Но я видела ту же панику, что и у себя. Ты влюблена в него, да?

— Это глупости. Мы друзья. Конечно, он мне дорог, но он не хочет ничего большего. Он ясно дал это понять.

Виви усмехнулась.

— Ага. Нико когда-то говорил то же самое. Но я вижу, как он на тебя смотрит. Все видят. Это совсем не похоже на дружбу.

Я сказала, что она всё выдумывает, и мы ещё долго сидели, болтая, пока Хэдли бегала от столика к столику и обратно. Новости о пожаре не поступали — я решила, что всё стабилизировалось, и наконец начала успокаиваться.

— Вуви, — пробормотала Хэдли, подойдя ко мне и уткнувшись лбом в колени — её способ сказать, что она устала.

Виви посмотрела на нас и улыбнулась:

— Похоже, кто-то готов ко сну. Я дам знать, если что-то услышу, но, думаю, всё будет хорошо.

Но внутри меня всё равно крутилось неприятное чувство. Хотелось, чтобы Джейс уже вернулся. Я то и дело проверяла телефон — от него ни слова. Значит, он всё ещё там.

— Ладно. Люблю тебя, позвоню позже.

Дверь распахнулась, и в пекарню ворвалась Дилан.

— Ветер сменился, и теперь всё против них!

— Откуда ты знаешь? — Виви вскочила, а я встала, держа Хэдли на руках.

— Я поехала туда. Получила твоё сообщение и была как раз по дороге домой с пары, вот и свернула. Всё было частично под контролем, но теперь — нет. Они вызвали подмогу из Вестберга. — Из соседнего города.

У меня похолодело внутри. Ветер может в одно мгновение превратить всё в кошмар. Я взглянула на экран — два новых сообщения. Первое от Лотти: подтверждала слова Дилан — ветер сменился, ситуация ухудшилась. Второе от Джейса.

Джейс: У нас тут разгорается по-крупному. Знаю, должен забрать Пейсли из школы, но, похоже, опоздаем. Моя мама может её взять, если ты не сможешь, но сначала решил спросить тебя.

Я лихорадочно набрала ответ:

Я: Конечно, я заберу. Ты в порядке? Я волнуюсь.

Джейс: Не волнуйся, Солнышко. Всё хорошо. Спасибо, что ты с девочками.

Мне до боли захотелось написать, что я его люблю. Слишком часто жизнь доказывала: нельзя держать чувства при себе. Но я сдерживала их неделями. Не смогла признаться даже сестре. Тем более — ему. Спугну ведь.

Я: Хорошо. Береги себя, лучший друг. Xo.

Глупо, но хоть так — сказать, чтобы был осторожен. Сейчас не время признаваться в любви мужчине, который ясно сказал, что хочет только дружбы.

На экране замелькали три точки — ответ набирался. Я замерла, будто ждала чуда. Но точки исчезли.

Разве не так всегда с ним? Он приоткрывал кусочек себя и тут же закрывался, как только становилось слишком жарко.

— Эй, ты где летаешь? На связь, Эш, — Дилан развела руками.

— О, это был Джейс. Попросил забрать Пейсли из школы. Они там надолго застряли, — я покачала головой. — Может, нам съездить туда?

— Нет уж. Там всё оцеплено полицией. На этот раз не пробраться. Я даже пыталась кокетничать с Брейди Таунсендом и всё равно отказал. Сказал, слишком опасно, и папа велел никого не подпускать. — Она закатила глаза. — И девчонкам туда тем более нельзя. Такое может травмировать.

— Поняла. Я уложу Хэдли спать в машине и заеду за Пейсли. Телефон при мне — звони сразу, как только узнаешь хоть что-то.

— Не, подруга. Ты забери Пейсли, а я позвоню Эв и Чарли. Встретимся у Джейса дома. Виви, скажи Джилли закрыть пекарню и привези малышку Би. Вместе переждём.

— Всегда такая командирша, Дилли, — рассмеялась Виви, обнимая меня. — Но права. Увидимся через полчаса. Закажем ужин и просто побудем вместе.

— Пожалуйста, — сказала Дилан, печатая что-то в телефоне, наверняка отдавая распоряжения остальным сестрам. — До скорого.

Я ехала к школе в тишине, глядя на серое дымное небо. Напоминание, насколько всё серьёзно. Хэдли спала на заднем сиденье, и я написала сообщение Шарлотте — попросила её вывести Пейсли, чтобы не будить малышку. Через пару минут сестра вывела девочку, держа за руку, и помогла пристегнуть ремень.

— Увидимся через несколько минут, — сказала она, — люблю тебя.

— И я тебя. Спасибо.

Когда мы выехали, я глянула в зеркало заднего вида — глаза Пейсли поймали мой взгляд. Такие же, как у её отца. От этого у меня сжалось сердце.

— Как прошёл день, пчёлка?

— Хорошо. А где папа? Учительница говорила что-то про пожар. Он сейчас там? — она вертела в руках ремень безопасности, и я почувствовала, как к горлу подкатывает ком.

— Да, но я с ним только что говорила — всё отлично. Он просто должен остаться помочь. А мы, я подумала, возьмём еды на вынос, и к нам придут все мои сёстры. Как тебе идея?

— А если с папой что-то случится? У нас ведь нет мамы. Если с ним что-то случится, у нас не будет родителей.

Я физически ощутила тяжесть её слов, будто кто-то положил камень прямо на грудь. Посмотрела в зеркало — по её щеке катился слёзы. Я резко свернула на обочину, отстегнулась, выбралась из-за руля и, открыв заднюю дверь, отстегнула Пейсли. Подняла её на руки и усадила к себе на колени. Обняла крепко, изо всех сил.

Я знала этот страх. После смерти мамы я тоже всё время думала, что будет, если папа пострадает. Но я была старше. Для Пейсли это — непосильная тревога.

— С твоим папой ничего не случится. Обещаю. И ты никогда не останешься одна. Я тебя очень люблю, Пейсли.

Мы просто сидели так долго, пока Хэдли не проснулась и не засмеялась:

— Вуви? Не едем?

Мы с Пейсли разом расхохотались. «Едем» было её новое слово, и трое нас сидели в заднем сиденье, смеясь до слёз.

Я вытерла щёки:

— Ладно, пора домой. Нас ждут Дилли, Чарли, Виви и Эв.

— Би-би, — сказала Хэдли.

— Да, и малышка Би тоже придёт.

— Мне нравится, когда твои сёстры приходят, — сказала Пейсли, пока я пристёгивала её обратно. — Тогда у нас как большая семья.

Я кивнула и завела двигатель.

Через несколько минут мы были дома. Я усадила девочек за стол — Пейсли делала домашку, а Хэдли, высунув язык, пыталась раскрашивать. В этот момент прозвенел дверной звонок.

Сердце сжалось — всё ещё не отпускало тревогу, но я старалась не показывать её детям. Они не должны были видеть, насколько опасна работа их отца. Хотелось защитить их от этого страха, особенно Пейсли — у неё и так было слишком много тревог.

Пейсли подскочила и распахнула дверь:

— Привет! Это Дилли, Чарли, Эв, Виви и малышка Би! — радостно объявила она, впуская всех в дом.

Одна за другой они её обняли. Дилан уже болтала по телефону, заказывая ужин.

— Есть новости? — спросила я у Виви тихо, чтобы Пейсли не услышала. Все мои сёстры знали, как важно сохранять спокойствие при девочках.

Она покачала головой, глаза блеснули слезами. Она поцеловала малышку Би в лоб.

— Дай мне эту крошку, — сказала я, целуя Виви в щеку и забирая племяшку на руки. Она подросла — головка уже держалась, хоть и слегка качалась, пока она рассматривала меня своими огромными глазами. Красивая, нежная — вылитая мама.

Я прижала её к себе, и она уткнулась лицом мне в шею. Пейсли собрала тетради в папку:

— Всё, готово. Я в туалет, место не занимайте, Дилли.

— Девочка, ты же знаешь, я мастер по занятию мест, — подмигнула Дилан.

— Как она? — спросила Эверли, отложив телефон после разговора с Хоуком. Он был в Сан-Франциско на встрече с тренером, но, услышав про пожар, уже мчался обратно.

— Немного нервничает, но держится. В школе у неё всё просто прекрасно. Я так горжусь ею.

Эверли кивнула, внимательно глядя на меня:

— Ты создана для этого, знаешь? Некоторые просто рождены быть мамами. А я... — она поморщилась, — у меня изжога, ноги опухли, и впереди ещё куча недель.

Мы рассмеялись. Этот смех помогал, когда хотелось плакать.

Виви позвонили — это была Лотти. Сообщила, что команда из Вестберга уже прибыла. Из соседнего города — они часто вызывали наших ребят на помощь, и теперь, наоборот, приехали сами. Я почувствовала облегчение — теперь у них вдвое больше сил.