Амазонки за кромкой - Сергей Шемякин

Осмотрев результаты гранатной атаки, он отправил всю команду к складам, наказав снять невидимость с себя и лошадей где-нибудь после площади. Сам, отключив амулеты подъехал к лагерю.

— Эй! Не вздумайте стрелять! Майора Потанина ко мне!

Сержант посмотрел назад, костры машин горели совсем близко. Ночь скрадывала расстояние.

— Все, майор, считай у немцев на роту меньше. У поворота на Залесье, к вам подойдёт проводник, он покажет, где лучше разместиться, — сказал Жора командиру. Людей можете строить и вести. За Залесьем мои тоже дорогу на Ковель перекрыли, так что можно двигаться спокойно. Принц повернул свою лошадку и двинулся в город.

Глава 7

Вывозили всю ночь. К утру оба склада очистили. Местные мужики показали ещё один склад с военным имуществом. Вывезли три грузовика с тёплой одеждой, палатками, шанцевым инструментом и маскировочными сетями. Этот последний склад Жора опустошал не для себя, а для красноармейцев. Выгоревшие палатки Света перекрасила в тёмно-зелёный цвет. Смотрелись, как новые.

С оружием сержант жадничать не стал. Помимо оставшихся винтовок, отдал Потанину два «максима» и два ручника. Подкинул патронов и немножко гранат. Дарья подобрала бывшим пленным хорошее место в лесу на первое время. С густыми кронами. Сосна, дуб, берёза. Ручей. Сутки — двое должны были пересидеть. Потом сами подберут себе местечко поглубже в лесу и подальше от дорог. Карты хорошие в сейфе у коменданта тоже нашлись.

— Иван Петрович, — обратился к Потанину Белов, — у меня сложилось такое ощущение, что у Ветрова в отряде половина — девушки. Водители, перед тем, как спать лечь, рассказали, что девчата практически сами склады все перекидали. Берет два мешка с мукой под мышки и тащит свободно к машине. Очень сильные девчонки и красивые, сразу видно, что спортсменки.

— Меня больше интересует вопрос, как они колонну машин уничтожили? Костры ты сам, видел и взрывы тоже слышал, поскольку рядом. Но ни один немец не то что выпрыгнуть, но и выстрелить не успел. Чем взрывали, непонятно. Как будто в каждую машину килограмма по два тола забросили. Бойцы подобрали кое-что из оружия, что взрывами выкинуло и всё. Остальное сгорело. Пулемёты с вышек тоже непонятным способом ушли. Винтовку снайперскую у него ты видел. Стреляет очевидно бесшумно, из неё он и всю охрану на вышках перебил. Но куда делись два немецких пулемёта и пистолеты пулемётчиков — ума не приложу. Я отправил на вышки людей сразу после построения. Две винтовки остались, а пулемётов — нет!

Так что девушками ты меня не удивишь. Очень странный, но отлично обученный отряд. Воюют здорово. Ты кстати обратил внимание, что у военврачей на руку накручено?

— Нет, как-то не пришлось.

— На левой у каждых трофейные часы, а на правой кистень. На кожаном ремешке. На ремнях помимо кобуры с пистолетом — ножи. У одной в гладких чёрных ножнах, как у Ветрова, у второй, нож хоть и черный, но ножны и рукоять отделаны очень красиво. На заказ работа. Да и сталь отличная, если ты помнишь, как Ветров одним ударом замок от ворот снёс. Мне показалось, что и лезвие клинка у Гэбэшника тоже чёрное. По крайней мере не могу вспомнить, чтобы оно сверкнуло. То, что экипировка у них великолепная, это ясно. То, что в его отряде отлично подготовленные бойцы из Осназа тоже ясно. Мы ему уже по гроб жизни должны. Освободил, вооружил, накормил, снабдил всем необходимым. Только воюй. А вот воевать мы, к сожалению, не умеем. Он мне в трёх словах расписал, что нас ждет. Сегодня с утра будет летать немецкий разведчик, нас высматривать. Потом немцы пошлют разведывательные группы на наши поиски. Ты видел грузовики, что они в лес пригнали?

— Да видел, всё отлично замаскировано, даже стёкла прикрыты тряпками, чтобы блика не дали.

— А обратил внимание на их часового?

— Да обратил. Только его и не заметишь, если не знаешь. Сидит в маскировочной мохнатой накидке и лес слушает. Меня выявил сразу.

— А наши, как шастали в своей выгоревшей форме, так и шастают. Дай команду, пусть веток за ремни натыкают. Одного бойца хорошо замаскируй и остальным покажи, как надо. Час времени, потом немцы прилетят. Ветров нам там два рулона мешковины привёз. Посади людей, пусть хоть десяток похожих накидок попробуют сделать для секретов и разведчиков.

— Плохо, что у них в лагере все спят. Можно бы было образец попросить. А машины они противотанковыми гранатами наверняка рвали, может даже парочку в каждую закинули.

— Может быть. Водители рассказали, что они и станцию вчера ночью из строя вывели, перед последней ходкой. Паровоз подорвали, все стрелки тоже. Вагоны и платформы сожгли. Ветров сказал, что нечего наш лес на блиндажи вывозить.

— Да молодец, парень. Хоть и молодой, но кремень!

Белов убежал выполнять приказ командира о маскировке личного состава. Люди, накормленные с утра кашей с тушёнкой, сваренной в ведрах, повеселели. Старшина с десятком ушёл в Залесье, договариваться насчёт телеги и лошади. Трое раненых, освобождённых из гестапо были из этого села. Один ходячий, бригадир лесорубов и повёл старшину с отделением прямо через лес, обещая вывести скрытно.

Для раненых ещё ночью поставили палатки. С утра только улучшили маскировку. Надо отметить, что чувствовали они себя гораздо лучше, чем вчера. Все просили есть и пить. Ухаживал санинструктор.

Веру разбудили с первыми лучами солнца. Дарья спала, ей ночью пришлось изрядно набегаться, подбирая место в лесу и встречая вместе с Семёновым колонну красноармейцев. Сашка тоже дрых, чувствуя себя героем. Две машины они остановили, и он даже застрелил из нагана одного немца.

— Всё нормально, — доложила старшей Стефа, передавая артефакт обнаружения. — Наши с Жорой все спят. На связи только Люба — она дежурит. Шнуры от фугасов я присыпала кое-где травой и мусором. Но Жора сказал, что немцы раньше девяти не поедут. В восемь у них завтрак.

Вера посмотрела на свои трофейные часы (вчера сняла у немца в кабине), — В восемь тоже всех подниму, сами будем завтракать. Так что ложись пока, поспи, — сказала она подруге.

Стефа улеглась на расстеленную палатку. И заснула.

Бивак они разбили в тридцати шагах от опушки леса. В ста шагах в сторону Ковеля к опушке выходили шнуры фугасов. Лошади паслись в глубине леса на полянке. Там же была телега, загруженная под борта.

Вчера обговорили и уничтожение фашистского гарнизона, и освобождение пленных. Красноармейцы девчонкам не глянулись, тощие, грязные и слабые воины. Вот командиры выглядели посолидней. Видно, что в армии служили. Но против Принца тоже не катили. Девчонки всё гадали, батальон — это больше или меньше полка? У Жоры спрашивать постеснялись. А вот про знаки различия спросили. Сержант пояснил:

— Все, кто носит треугольники на петлицах — младшие командиры, типа наших десятников. С квадратами — полусотники и сотники. С прямоугольниками — от сотника и выше. Самый высокий чин — четыре прямоугольника — полковник. Дальше уже идут генеральские звания у них ромбы или звёздочки. Вообще, чем больше углов на фигурах, тем чин выше. Геометрию девчонки не знали, но на наглядном примере всё поняли отлично, свободно отличая десятника от полусотника, красноармейца от командира.

Вера умылась водой из фляги, сделала пару глотков, включила артефакт, проконтролировав лошадей и ближайшие окрестности. Не обнаружив ничего подозрительного, приложила к глазу подзорную трубу. Прекрасную и очень нужную для наблюдателей вещь изготовила Марисан. Видно великолепно и далеко. Место засады выбрали так, что дорога просматривалась на четверть лиги в любую сторону. Вера, хотя и была награждена за Кренцель орденом «Слава», но участие в легендарной гранатной атаке на флот нагов не принимала. Когда три сотни амазонок атаковали двадцатитысячную армию врага, она охраняла укрепление лагеря Первой матери. Поэтому она очень старалась на тренировках, отдавая всё свободное время, пытаясь попасть в разведывательный отряд Принца. Стремясь этим доказать, в первую очередь себе, что орденом её наградили не зря. Жора, как и обещал, отобрал из двух сотен лучших. В том числе и её. Ераэль этим очень гордилась.

Жизнь за кромкой была очень интересной. Самцов, как и говорил Принц, здесь имелось огромное количество. Возможно даже больше, чем самок. Некоторые вещи были просто удивительны. Если бы не «кино», которое им показывали при подготовке, половина бы девчонок шарахалась в сторону от обычных здесь вещей — машин, самолётов, паровозов (вчера видели на станции вживую). Вполне приличный город, по меркам амазонок, Камень-Каширский, Жора обозвал районной деревней. Из камня здесь не строили, видно его было мало. Строили из леса, который занимал огромные площади. Таких больших лесов Вера ещё не видела. Принц говорил, что они тянутся на десятки лиг и местность называется Полесье. В двенадцати лигах на юг лежал большой город Ковель — один из местных центров железных дорог. Расстояния на Земле были огромными, Жора пояснил, что Советский Союз больше Элистана в десятки раз. Чтобы эльфийскому обозу пересечь всю страну, понадобится больше двухсот дней пути. Сотни крупных городов связывали именно железные дороги, по которым перевозились грузы. По многочисленным рекам плавали корабли, которые тоже перевозили грузы и людей. Сухопутные дороги шли во всех направлениях, связывая крупные и мелкие города, сёла, посёлки и деревни. На западе страны заселено всё густо, а вот на востоке есть места, где не ступала нога человека.