Решето над бездной - Неизвестно

     Сейчас на кухне Элла говорит с женщинами. Она приехала на машине с Лерой, с которой искали материал для шитья.

     Лера вчера долго гуляла у адвокатов, а потом еще и в ресторане была. Ее последний  день работы в адвокатуре. Прибыла далеко за полночь с дыней, арбузом и трехлитровой банкой сока.

     Дозвонился до Завгара, он собирался ко мне приходить во вторник с моей первой книгой и фотографиями. Я попросил его прийти завтра после трех.

     Светлана в 20 отзвонилась и будет звонить в 24. Лера строчит, а сейчас с Ритой к кому-то собираются идти.

    2 сентября 2001. Воскресенье. Пришла с работы Светлана и в ночь опять идти: кто-то у них в декрете. Немного поспала и пошла за сосисками, а я сварил и поджарил гречку. Около трех пришел Завгар с тремя «дипломами» на коней и девятью фотографиями с Волгакона, где я.

     Я дал Борису почитать страницу из дневника 2.09.81 года, когда он впервые пришел ко мне. Да, еще он дал мне брошюру Астрова-Зацарицынского (Брехова), а потом мы перешли на кухню к 0.5 баночке Джина и Тоника. Так и отметили двадцатилетие.

     В 19 часов Светлана ушла дежурить, и в 24 часа будет будить Леру шить. Четвероногая подруга намоталась и где-то спит в коридоре.

    3 сентября 2001. Понедельник. Лера первый день идет на новую работу в налоговую инспекции возле академии государственных служащих, где она работала до ухода на безработицу на площади возрождения. Поэтому и встала ни свет, ни заря. Баба Света пришла с работы и подготовила Риту в школу, которую заплела, вырвавшись на обед, Лера. Был Юра, который подарил Рите набор художника и фотографировался с нею на ступеньках нашего подъезда.

     Перебрал и помыл остаток Самаринских отменных слив, которые способствуют работе кишечника. Сварил гречку.

     Солнечно, тепло, но жары уже нет, сплю под легким одеялом.

     Вчера немного разочаровался, узнав от Завгара, что у меня матричный принтер, а не струйный, как думал.

     Вечером соседка Панка дала Светлане два копченых леща. Один с бабой съели – вкусно.

     Лера пришла с работы, поела и легла спать: так физически и нервно устала и перевозбудилась.

    4 сентября. Вторник. В коридоре у нас выгул для животных, а мы живем в клетках, нижние части дверей которых с деревянными перегородками   из бывшей прихожей Искренко.

     Получили пенсии. Баба Света хотела было зажилить 20 рублей за то, что мы с Лерой потратили предыдущие на джин-тоник, но потом одумалась и дала мне 50 рублей, которые я положил в портсигар.

     Баба Света отвела и привела в школу Риту, а сейчас ее после работы повела в музыкальную школу Лера.

     Сумрачный день, шел короткий дождь с громом.

     Лера решила отметить второй день работы: взяла 0.25 литра «Монопольки», был салат из помидор и копченая кура. Да еще были крабовые палочки.

     Сегодня в 4 часа дня умер 92 летний отец Бирюковой. Вот пожил! А толк? И зачем? Но это дело вкуса.

    6 сентября 2001. Четверг. Выбросил из левой антресоли кучу старых журналов, набрал  два по 0.5 мешка из-под сахара.

    7 сентября 2001. Пятница. Сегодня пришел к 10 часам Завгар с … (ну когда я буду знать всех писателей-фантастов?) товарищем из Перми, который жил по легенде в трансформаторной подстанции, и они забрали для чего-то всю макулатуру. А взамен Борис мне принес десять экземпляров двухтомника, где олигофрены, коматоз, стюардесса, улизз и субмарина.  Только олигофрены сделаны еще по первому варианту, как на диске Д: без  Беллы.

     Завгар еще принес письмо от Субботина от редактора F-хобби, на которое я ответил своей библиографией и перенес на дискету. Пытался перенести и ВОЛГАКОН из дневника, но пришлось просить Леру, которая вечером была у адвокатов и пришла веселая.

     Подписал двухтомник Лободиным: «Дружной семье Лободиных, которые   не пострадали в Коматозе потому, что ездили в этот день в Палласовку. С уважением ме-Ге. 7.09.01. Волгоград».

    8 сентября 2001. Суббота. Просмотрел свое «Избранное» и решил, что пока, до возвращения Завгара из всех поездок: Харьков–Москва–Питер, своих «девушек» терзать исправлениями текста не буду. Пусть занимаются лучше составлением справок для пенсий и Жиляевой.

     9 сентября 2001. Воскресенье. Около девяти позвонил Завгар и сказал, что  ему сегодня некогда, а придет Дима Скирюк из Перми.

     Светлана у меня в комнате навела марафет, а вскоре и Дима пришел с пустыми мешками из-под сахара, в которых они уносили макулатуру (Борис обнаружил журналы с моими рассказами и забрал их). Пермяк принес еще мой двухтомник, чтобы я подписал нашему переплетчику, и я сделал это: «Алексею Макшатову за то, что он возил мое бренное тело на Волгакон и обратно, ме-Ге.» Затем тридцатилетний Дима автор кажется пяти сборников фентези начал рассказывать о себе и продолжил о своих поездках по автостопу  уже на  кухне, куда Светлана пригласила нас к ромштексам с гарниром из риса с лечо и под кофе, который Дима не может пить с молоком по болезни. «Ты как тот африканец, которому молоко смертельно»– заметил я. Когда он ушел, Завгар позвонил и поблагодарил меня.

     Затем, когда Лера в 14 часов ушла на свою бывшую работу к новой бухгалтерше, Светлана, ругаясь, резала и отваривала синенькие для понравившегося нам в прошлом году салату, и плакала, когда сводило пальцы, а потом поехала в ночную. Лера приехала уже темно, а затем с Ритой к кому-то ездила, и приехали уже к полночи с пивом, но я уже ложился спать и пиво мне оставили на утро.

     Днем Элла с Игорем привозили что-то с яблоками, и Светлана дала ей мой двухтомник в целлофане с моим автографом: «Искренко Элле, у которой дед Леня – Рамзаев А.В.  Я рыбалил с ним на 22 узле (А где это?- спросила Элла – У танка – ошибочно ответила Светлана)  Искренко Игорю, который по делу службы был знаком с одноногой стюардессой (А что это за одноногая? – Роман такой) с уважением и любовью ме-Ге. 9.09.01. Волгоград.»

     Чтобы не подозревали меня в неправильной ориентации считать, что «уважение» относится к Игорю, а «любовь» к Элле.

    10 сентября 2001. Понедельник.

     НАКОНЕЦ ОПРЕДЕЛИЛ ПО ЭНЦИКЛОПЕДИЯМ, что у меня АТЕРОСКЛЕРОЗ НИЖНИХ КОНЕЧНОСТЕЙ – НАРУШЕНИЕ ПОХОДКИ, или по-гречески – ЭНДАРТЕРМИТ ОБЛИТЕРИРУЮЩИЙ (ПМЭ страницы 59, 1010) первой  СПАСТИЧЕСКОЙ стадии. Теперь ясно, с чем лежали в палате №8 12 больницы тот однофамилец Мельников и молодой Володя, которому хирург отстриг большой палец потому, что он затянул болезнь.

     Теперь ясен план действия – у Лободиной узнать: у какого врача взять направление к ее бывшему однокласснику Николаю Васильевичу, если он там же работает. Но это, когда Светлана уйдет на пенсию.

    11 сентября 2001. Вторник. Позвонил Субботин по моему интервью. Просил добавить о фантастике: маловато. И попросил телефон Завгара. Я позвонил ему, а тот уезжает в Харьков. Я  сказал, что отвечу Субботину и подготовил письмо, а тут…

     ГЛОБАЛЬНЫЙ  ТЕРАКТ  В НЬЮ-ИЙОРКЕ, КОТОРЫЙ  ДОЛЖЕН ИЗМЕНИТЬ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ  МИРОВЫХ  ДЕРЖАМ, ИЗМЕНИТЬ МИР.

     Вечером выпили по не понятному поводу кагор, который купила Светлана, а днем я начал заполнять выборки Вагановой, Кабановой и еще двоим.

    12 сентября 2001. Среда. Закончил выборку шестерым бывшим работника «Краснодарсельхозтехпроекта» и отрабатывал ответ Субботину. Нужно будет его перенести в «Дневник».

     Все новости целый день о теракте в Нью-Йорке. Начинаем привыкать и потихоньку думать, что России он даже на пользу…

     13 сентября 2001. Четверг. Переношу оба письма редактору фензина «F-хобби» Валентину Субботину.

     ФОКУС НЕ УДАЛСЯ: ПИСЬМО ПЕРЕДАЛОСЬ ВПЕРЕД И ТЕПЕРЬ ЕГО НУЖНО ВЫВОДИТЬ.

     Закончил письмо Субботину, перенес на последнюю дискету и Лера взяла ее, чтобы отослать возле «Юности» или у своей клиентки по шитью, откуда они еще с Ритой не пришли в 21.20.

     Светлана, ругаясь, ушла в ночное по своей вине: рассчитываться нужно.

     Звонила Клочкова Екатерина Васильевна: волнуется, якобы, о справках по зарплате за себя и Балакшину. А ей еще три года до пенсии. Я успокоил. Она работает на той же канализационной станции и пашет на даче. Сыну уже двадцать лет, у дочки уже давно дочка. Поинтересовалась моим творчеством. Я пообещал ей, как и Черных, дать свои книги.

    14 сентября 2001. Пятница. Светлана пришла с ночного и начала ругать Риту за то, что она не выучила уроки, плохо написала и не занималась на пиано. В музыкальную школу они не пошли (якобы сопливится), зато подготовились по математике.

     ЛЕРА  ВСТАВИЛА  ЛИНЗЫ. После родительского собрания (Рита ревела: хотела с ней идти) попала под дождь и хотела не идти на двойные именины к адвокатам, но кто-то позвонил и уговорил. Поехала часов в 20. А мы с Ритой поели кое-что: она доела супчик, а я свой постный плов, и занимаемся каждый своим делом, не мешая друг другу. Недавно звонила  баба, будет звонить, ей сказали, через каждые два часа. Это плохо, скорей бы расчет.