Суд истины - Кей Си Кин

неведении. Сейчас у нее есть возможность присутствовать, и она не хочет ее упускать.

Удивительно, но она держит свои протесты при себе, пока мы вчетвером поднимаемся обратно наверх. Август идет впереди, молчаливый и мрачный, а Нора дуется позади него. Я замыкаю шествие, Адрианна на шаг впереди меня, наши пальцы переплетены, пока мы поднимаемся по винтовой лестнице обратно наверх.

Спустя, кажется, целую вечность, наконец появляется кухня, и я ворчу на собравшуюся группу, которая сформировалась в наше отсутствие. Еда расставлена на длинном столе, за которым сидят Крилл, Броуди, Кассиан, Бо, Флора и Арло. Они все удивленно смотрят на нас, и мой эгоизм обостряется.

— Эй, что происходит? — Спрашивает Крилл, вскакивая на ноги, но я быстро танцую вокруг Адрианны, преграждая ему путь.

— Нора введет вас в курс дела, — заявляю я, кивая младшей сестре Рейган, которая секунду удивленно смотрит на меня, прежде чем кивнуть. Она вздергивает подбородок, запрокидывает голову и расправляет плечи. В ее глазах вспыхивает безмолвная благодарность, когда я направляюсь к двери.

Адрианна идет рядом со мной, все еще держа меня за руку, когда Кассиан кричит. — Куда, черт возьми, ты собрался?

— Я только что нашел нашу девушку на дне потайного хода, скорчившуюся в углу со следами слез на лице. Она в порядке. Нора также может тебе сказать, что с ней все в порядке, но я собираюсь включить свой эгоизм вампира и украсть ее для себя на минутку. Если у тебя с этим проблемы, мне похуй. Если только для тебя это не проблема, — добавляю я, поворачиваясь лицом к Адрианне, которая смотрит на меня широко раскрытыми глазами и качает головой.

— Куда мы направляемся?

Я приподнимаю бровь, глядя на нее, и остальная часть комнаты меркнет. — Это имеет значение?

Она смотрит на меня секунду. Две. Прежде чем качает головой.

— Не думаю, что это имеет значение.

14

АДРИАННА

З

десь полный бардак. Мой разум разрывается от воспоминаний, которые все еще крутятся на повторе, и я бы не сказала, что я трусиха, но когда Рейден предложил мне скрыться, я согласилась.

Теперь, когда он тянет меня к выходу, я не могу не задаться вопросом, что происходит, поскольку ощущение срочности, стоящее за его мощными шагами, интригует меня больше всего.

Неужели я отвлекаюсь от того, что важно? ДА.

Как королева королевства, должна ли я вместо этого сосредоточиться на всем остальном? Также, да.

Но под всем этим я по-прежнему просто женщина, теряющая почву под ногами, и мне нужна минутка, чтобы отдышаться.

Когда мы выходим на ночной воздух, я мысленно отмечаю, что завтра нужно больше времени провести на улице, так как всё, что я вижу, — это тьма. Она поглощает меня во всех возможных смыслах и совсем не помогает моему состоянию. Я хочу почувствовать лёгкий ветерок на лице, солнце на коже и ту надежду в воздухе, которую может дать только сильная порция витамина D.

— Куда мы идем? — Наконец спрашиваю я, хмурясь, когда Рейден тянет меня к карете, стоящей у ступеней.

— Мы собираемся сделать то, о чем я фантазировал уже несколько дней. То, что я хотел сделать, когда начал искать тебя некоторое время назад. То, что я все еще намерен сделать с тобой сейчас, — заявляет он твердым голосом со смесью разочарования и усталости, но когда его глаза встречаются с моими, в них отражаются только тепло и потребность.

— Рейден? — Спрашиваю я, в моих словах слышится замешательство, но он не отвечает, молча открывает дверцу экипажа и машет мне, чтобы я садилась внутрь.

Я оглядываюсь через плечо на дверь, из которой мы только что вышли, ожидая, что кто-нибудь выбежит в любой момент, но, похоже, его потребности были услышаны на кухне, и нас только двое. Поворачиваясь обратно к моему вампиру, я поражена, видя, как от него исходит терпение, когда он поджимает губы.

— После тебя, Бунтарка.

Мое прозвище в его устах вселяет в меня уверенность, что с ним все в порядке, и с этими словами я забираюсь внутрь, наблюдая, как он следует за мной, прежде чем закрыть за собой дверьцу, и мы внезапно трогаемся с места.

Я смотрю на него, приподняв брови, но он просто пожимает плечами, плюхается на сиденье рядом со мной, обнимает меня за плечи и притягивает к себе.

Я жду, что он заговорит, сбросит груз, что угодно, но между нами повисает тишина, пока экипаж медленно движется по дорожке. У меня вертится на кончике языка задать ему вопрос, но я передумываю, прижимаясь к нему и наслаждаясь моментом.

Время проходит как в тумане вокруг нас, пока мы остаемся в карете. Наше дыхание становится единым, ритм сердцебиения становится синхронным, и мы вдвоем расслабляемся.

Расслабится.

Я даже забыла, что это слово вообще значит, но последнее место, где я ожидала его найти, — это заднее сиденье экипажа.

— Карета едет куда-то конкретно? — Спрашиваю я, и он качает головой.

— Сейчас слишком опасно покидать территорию, поэтому мы просто объезжаем замок по периметру, — объясняет он, заставляя меня недоверчиво усмехнуться.

— Значит, мы просто ездим по кругу без цели? — Я размышляю, и в моей груди поселяется легкость, когда он мычит в знак согласия.

— О, у меня есть цель, — заявляет он, его веки закрываются, а на губах появляется мягкая улыбка.

— Какая же это?

Он приоткрывает один глаз, ухмыляясь мне так, что мои бедра сжимаются еще до того, как он заговаривает. — Твоя сладкая киска.

Мой язык скользит по нижней губе, когда я моргаю, глядя на него, наблюдая, как преображается его выражение лица. В его глазах горит темный огонек, челюсть подергивается, и его окружает атмосфера высокомерия.

Классический Рейден. Классический вампир.

— На заднем сиденье этого экипажа? — Уточняю я, и он даже не кивает мне.

— Я не могу забрать тебя с территории замка, а там рискую тем, что мне придется делить тебя, — ворчит он, уголок его губ приподнимается в усмешке. — Сегодня был долгий гребаный день, слишком долгий, если хочешь знать мое мнение, и я подумал про себя: «Что сделает его лучше? Как я могу сбежать и обрести покой, хотя бы на минуту?» И ответ, черт возьми, как всегда, — это ты. — Он протягивает мне руку ладонью вверх, оставаясь откинутым на спинку сиденья.

— Ты хочешь трахнуть меня, лишь бы отвлечься? — Спрашиваю я, ничуть не смущенная этой мыслью, больше заинтригованная тем, что у него на уме.

— А если бы это было так, разве это что-то изменило бы?

— Совсем немного. Просто хочу знать, — отвечаю я честно, и он