Иного не желаю. Часть 1 - Виктория Витальевна Лошкарёва

— Извиняться не буду, — рыкнул я, строго посмотрев на свою пару. И пусть мой кузен, который не мог наладить отношения со своей парой, прожил монахом почти год — я на это не подписывался. В конце — концов, я в отличие от своего кузена чистокровный француз. А мы, французы, куда более темпераментны, чем остальные народы.

И всё же чистый взгляд моего оленёнка заставлял меня мысленно оправдываться — перед самим собой.

Совсем нехорошо.

— Господин герцог, — осторожно подошла к нам фигуристая блондиночка. — Машина подана.

Я коротко кивнул, опуская девчонку.

— Пойдем, — обратился я к Таис. — Пора знакомиться с новым домом.

Моя пугливая пара снова вздрогнула — глупая, она ещё не знала, что попала в самую лучшую страну в мире. Мои земли, мое государство… Очень скоро, я расскажу ей всю правду о том, в какой именно род ей посчастливилось войти — и она, конечно же, проникнется важностью своей роли.

Но как же жаль, что сейчас Таис ещё не могла оценить ни вкусный воздух родного Ангулема, ни прекрасного перекатывания звуков самого эротичного языка в мире — французского языка, ни нашей мягкой, по сравнению с Новосибирском, зимней погоды.

Взглянув на циферблат, я убедился, что мы приземлись почти в то же самое время, в которое и вылетели: какие — нибудь тридцать минут не играли большой роли.

Когда в холодном снежном Новосибирске день уже должен был клониться к закату, в Агнулеме день только разгорался — и яркое солнечное утро приветствовало свою новую королеву.

Усевшись вместе с Таис в машину, я приказал водителю выбрать наиболее живописный путь, надеясь, что моя пара проникнется своей новой родиной.

Осторожно посматривая на Таис, я в уме уже прикидывал расписание, которое следовало незамедлительно составить для неё. Кроме французского языка и французской же истории, ей определенно следовало поучить историю и традиции оборотней — так, чтобы она не пыталась больше осторожно отстраниться от своей пары. Она двигалась, двигалась от меня к окну!

И я опять чувствовал её страх, к которому теперь примешивался ещё и стыд. Не желание, которое я ожидал унюхать после долгого поцелуя, не любопытство, которое вообще характерно для всех женщин — нет, моя пара боялась и нервничала, как будто её везли сейчас не в огромный комфортабельный замок, а в королевскую темницу.

Мой волк ворчал, волнуясь за то, как пройдет первая встреча моей стаи с моей истинной избранницей.

— Девочка моя, — осторожно взяв её за руку, я постарался говорить как можно мягче, как можно спокойней. — Не беспокойся ни о чем. Ты уже полная хозяйка всего, что я имею.

Таис взглянула на меня полным печали взглядом.

— Хозяйка? — насмешливо переспросила она. — Хозяйку насильно не утаскивают, не принуждают к повиновению.

— Это было для твоей же пользы, — возразил я. — Судя по тому, что твой зверь нестабилен, может случиться всякое — особенно после того, как твоя волчица унюхала моего волка.

— О! — Таис выразительно посмотрела на меня. — Я так и знала, что это она, а не я.

Её признание несказанно меня обрадовало. Во- первых, она явно испытывала ко мне притяжение — по крайней мере, начинала его испытывать; во- вторых, моя смышленая девочка знала о существовании своего зверя. Интересная картина вырисовывалась.

— Ты так говоришь, как будто не желаешь этого, — протянул я.

— Я и в самом деле этого не желаю, — подтвердила Таис. — Мне противно сейчас находиться рядом с вами, быть испачканной вами.

— Мы опять на вы? — хмыкнул я, пытаясь подавить рвущееся наружу звериное бешенство. Испачканной? Да любая девка была готова на что угодно, чтобы заполучить мою сперму на своё тело. А эта чистюля ещё кривится!

Я мысленно вспоминал вереницу своих случайных любовниц, которые были готовы на любые подвиги, лишь бы задержаться в моей жизни в качестве временных подстилок. А ведь Таис была дарована корона герцогини и сразу же статус моей Луны.

— Что случилось, Таис, — играя её распущенным локоном, я грубо усмехнулся. — Ты прогуливала в школе уроки полового воспитания и поэтому осталась девственницей?

— К сожалению, я уже не девственница, — огрызнулся мой воинственный оленёнок.

Я правда хотел сдержаться и не подначивать её дальше, но Таис слишком раздразнила моего волка.

— Что ты, дорогая, — улыбнулся я, намотав её локон на палец и сильно дернув в свою сторону. — На твоём теле ещё остались девственные места, которые я охотно испробую.

Она посмотрела на меня своим этим беззащитным взглядом — и ничего не ответила. Я тотчас отпустил её волосы, мгновенно остывая.

Но почему… почему она будит во мне всё самое плохое?

Когда мы подъехали к замку, вся челядь уже выстроилась у главного входа — я собиралась сразу же представить Таис своей стаи — по крайней мере, тем приближенным, кто работал в моём фамильном замке.

Несмотря на то, что мне помогал дворецкий и мой секретарь, мы простояли у лестницы почти полчаса — и это мы ещё не созвали остальную часть оборотней из города и ближайших пригородов.

Начав с «офисных» работников замка, вроде бухгалтера, фотографа, и библиотекаря, Винсент постепенно спускался вниз, пока не дошёл до уборщиц подсобных помещений.

— И горничные гостевого крыла, — сильно нарушая свой же собственный порядок перечисления, сообщил дворецкий, кивнув в сторону крошек, которые раньше жили в моих апартаментах.

Теперь, когда у меня имелась истинная пара, девчонки мне были уже не нужны… но я не мог отказывать в их прелестях самцам стаи: вдруг кто — нибудь из девчонок понесёт и в клане появятся щенки?

Поблагодарив всех присутствующих от своего лица и от лица своей невесты, я потянул Луну внутрь замка, не понимая, почему её мелко трясёт.

Тая

Мне казалось, что все вокруг знают о том, что я испачкана. Охранники, помощники… даже эта красотка стюардесса, которая подавала мне шубу. А когда мы покидали самолёт, пилоты, которые выстроились у трапа, повели носами и так многозначительно переглянулись… бред? Или не бред?

Но ведь он сам сказал, что на мне должен был остаться его запах… вместе с его спермой. Какая всё- таки это гадость. Сказать, что я себя чувствовала неловко — ничего не сказать. А ещё этот француз подливал масла в огонь своими нескромными разговорами. Не чувствуя выхода из ситуации, не разбирая дороги, я просто следовала за ним, надеясь, что это когда — нибудь закончится. Всё ведь заканчивается? Вот и этот кошмар должен был закончиться.

Правда, когда мы подъехали к замку… Меня охватило какое — то странное, совершенно немыслимое чувство, что я,