Иного не желаю. Часть 1 - Виктория Витальевна Лошкарёва

— Кольцо рода Валуа, — произнес Альфа, беря мою левую руку в тиски и надевая на него этот тяжелый золотой перстень. — Когда — то его носили королевы Франции, — добавил Этьен, заметив, что я не очень прониклась идеей заиметь чужое колечко.

Кольцо на самом деле было страшным — профиль волка с зеленым изумрудом, символизирующим, очевидно, глаз зверя, и опоясывающий ободок, изображающий хвост.

— Окольцевал, довольно усмехнулся Альфа, рукой поднимая мое лицо вверх — так, что я вынуждено встретилась с ним взглядом. — А теперь поцелуй.

И склонившись, он почти насильно раскрыл мои губы — затем, чтобы тут же продемонстрировать возможности своего языка. А затем непонятно как я оказалась на кровати.

— Хочу убедиться, что ты надела мой подарок, — протянул Этьен, сверкая взглядом, который сейчас из зеленого переходил в золотой — волчий — и обратно. По — хозяйски задрав моё платье, он как обезумевший провёл рукой по трусикам и ниже, до самой резинки чулок. Когда его рука пролезла меж моих бедер, я напряглась и стала отпихивать его руку.

— Пожалуйста, — жалобно заскулила я. — Не надо.

— Какой же у тебя аромат — крышу сносит, — прохрипел Этьен, в чьем взгляде сейчас не было ничего человеческого. На меня смотрел зверь в обличие человека. — Будет лучше, его на тебе будет мой свежий запах.

Я закрыла глаза, понимая, что ничего другого мне не остается. Он в любом случае получит своё.

— Получу, — согласился Этьен и тут же в приказном тоне рявкнул. — Открой глаза, девочка.

Я выполнила его приказ — и наши взгляды встретились.

Этьен явно чувствовал мой страх, мою панику — и это ему жутко не нравилось.

Резко задрав моё платье так, что теперь он сбилось где — то под грудью, он продолжил командовать.

— Расстегни мои брюки.

Я молча смотрела на него, боясь сделать хоть одно движение.

— Ну!

Взяв мою правую руку, он с силой накрыл ею свою вздувшуюся ширинку.

Понимая, что ещё немного и он надавит своей ментальной силой, я стала поспешно расстегивать молнию на его брюках. Руки тряслись, во рту пересохло.

— Теперь вытащи мой член, — произнес Этьен, как только я справилась с первой задачей.

Я с ужасом представляла, чего именно ему захочется дальше. Припомнив блондинку, которая обслуживала одного из охранников Альфы ртом, я понимала что даже под страхом смерти не смогу этого сделать.

Этьен же молча свернул взглядом.

— Молодец, — похвалил он, когда я сделала то, что он велел. — А теперь скользи по нему руками.

Он показал как именно.

— Давай, дорогая, доведи меня до семяизвержения, — усмехнулся Этьен, заметив, что я испуганно замерла. — Не справишься за пятнадцать минут — начнёшь сосать.

Сглотнув, я посмотрела в насмешливые зеленые глаза.

— Время пошло, — предупредил Этьен, убрав свои руки.

Я точно знала, что он сейчас не шутит. А потому начала медленно водить рукой по его возбужденному хозяйству — так, как он показывал.

— Сожми чуть сильнее, — приказал Этьен через какое — то время. И громко выдохнул. — Так, молодец.

Теперь уже не я скользила по нему руками, теперь уже он размашисто двигался в мою руку, всё убыстряясь и убыстряясь. Наконец, оторвав от себя мою ладонь, он прохрипел что — то на французском и кончил на мои обнаженные бедра.

Меня тут же затошнило. Припоминая, сколько раз я принимала душ после той нашей ночи, мне хотелось сразу же побежать в туалет — и смыть это с себя.

Я даже было начала подниматься с кровати, но Этьен удерживая меня на месте левой рукой, правой принялся размазывать свою сперму по моим бедрам, заводя свою ладонь даже в мою промежность.

В конце он сам поправил на мне платье.

— Пошли в общий салон, скоро посадка, — произнес Этьен, застегивая ширинку. — Теперь ты полностью готова к представлению стаи, будущая герцогиня Ангулемская.

Этьен

Впервые я всерьёз задумался над тем, какого пришлось моему кузену. Тот окучивал свою пару больше года! И это уже попробовав её и поставив ей метку. Я не выдержал даже одного дня — не могу не прикасаться к ней, не могу о ней не думать.

А Кирилл выдержал целый год! Я любил кузена, но не мог не скривиться, понимая, что отпрыску младшей ветви удалось то, что оказалось не подсилу мне, потомку старшего рода.

Конечно, его паре как Альфе — самке многое прощалось: с её редкой силой, огромной стае Бая жилось намного легче и спокойней. Да любой клан оборотней был бы готов сделать что угодно, чтобы заманить к себе Альфа — самку. Другое дело — моя девочка. Наивная, испуганная полукровка, у которой, по факту, имелись какие — то проблемы с внутренним зверем. И понятно, что она моя истинная, но кому захочется иметь полукровку с проблемным зверем в качестве Луны? Ведь это потенциальное скорое вырождение рода Альф и стаи в целом.

Я вздохнул, понимая, что только самые близкие и преданные будут радоваться появлению Таис. Остальные же будут осторожно к ней приглядываться. И самое меньше, что я мог сделать в этой ситуации — покрыть её своим запахом.

Врать не буду — спустил ей в руку я с большим удовольствием, но как это ни странно прозвучит, думал я в этот момент больше о ней самой, чем о своём удовольствии.

И ведь не ошибся.

Пройдя в главный салон вместе с Таис, я тут же отметил, как повели носами мои приближенные — и как засверкали их глаза, радующиеся тому, что их Альфа уже трудится над продолжением славного рода Валуа.

Обняв за талию свою пару, я указал ей на самые удобные места.

— Присаживайся, дорогая.

Таис послушно выполнила приказ — чем очень меня обрадовала. От неё опять доносилось чувство страха, но я списал это на боязнь полётов. Зажмурившись, моя малышка крепко сжимала руками подлокотники кресла — и, кажется, вообще не дышала. Такая вкусная невинная девочка. Я не удержался и, наклонившись, укусил её за губу. Напуганная моим действием она тут же широко раскрыла свои глаза брошенного на произвол судьбы маленького оленёнка и совсем немного приоткрыла в удивлении свой нежный ротик.

Мне этого хватило. Я тут же атаковал своим языком её рот — и это не было нежным, успокаивающим поцелуем. Я, блять, хотел трахаться со своей парой, а не кончать ей в руку как какой- то невыдержанный юнец.

Мы, кажется, уже приземлились, а я всё не отпускал её. Только когда она уже запищала — только в этот момент я опомнился.

Её прекрасные оленьи