Если ты простишь меня - Стефани Ховард

Все это крайне неприятно. Особенно сейчас, когда она стоит перед ним и улыбается, чувствует тепло его тела и пугающую сумятицу в собственной голове.

Какое-то мгновение оба молчали, поглядывая друг на друга. Джэдд наконец нарушил молчание:

— Как получилось, что вы на какое-то время бросили учительствовать? — Он сказал это так, словно она сделала что-то предосудительное.

Карла недоуменно заморгала.

— Вы меняете тему разговора. Мне казалось, что раньше вас удивляло, как я вообще могла выбрать профессию педагога. Не вы ли сказали, что работа по связям с общественностью мне больше подходит?

— Да, вы правы, я говорил это. Но мог и ошибаться. Из того, что я увидел и узнал теперь, мне кажется, что вы прирожденный педагог.

Карла, все еще не понимая, смотрела на него.

— Мне кажется, вы должны объяснить ваши слова.

— Я видел вас вчера, хотя вы меня не заметили. Заезжал в Центр передать письмо и видел, как вы под дождем возвращались со своим классом. Каюсь, я позволил себе немного задержаться и понаблюдать за вами. Теперь я знаю, какая вы с детьми. У вас особый дар общения с ними.

— Ну, вам виднее. — Карла изо всех сил старалась не покраснеть. — Мне нравится работать с ними, и, возможно, это очевидно.

— Еще как очевидно, — улыбнулся Джэдд. — Вы были учителем до того, как перешли на работу в агентстве?

— Я всегда была учителем. Это единственное дело, которое я люблю. Началось это лет с десяти или, возможно, раньше. Я играла в школу с куклами и даже с нашей кошкой.

Карла умолкла, хотя ей хотелось рассказать побольше. Но, возможно, это ему совсем не интересно? Оказалось, что Джэдду все интересно.

— В вашей семье были педагоги?

— Нет. Ни одного. Я возникла неизвестно откуда. Но мой выбор поощрялся и одобрялся с самого раннего детства.

— Тогда почему, ради всех святых, вы бросили это занятие? Устали, захотелось перемен?

— Нет, — неохотно ответила Карла. — Ни в коем случае. Все было не так. — Она почувствовала, что ей неловко продолжать разговор. Мешают какие-то внутренние противоречия в ней самой.

— Вы потеряли эту работу?

Она отрицательно покачала головой. Как все странно. Ей хотелось пооткровенничать, но перед нею был Джэдд, не следует этого забывать. С каких пор она вдруг стала доверять ему?

— Нет, — коротко ответила она. — Ни по той, ни по другой причине.

— Тогда по какой же?

— По сугубо личной, семейной. — Карла отвела взгляд, чувствуя, как все в ней напряглось. Она словно ощутила какую-то опасность. Он слишком приблизился к ней.

Карла отступила.

— Мне пора идти. Паром… — Она посмотрела на часы и ужаснулась. — О нет! Я опоздала! Мне не добежать до парома!

Джэдд сверился со своими часами.

— Вы правы. Надо поторапливаться. — Он быстро пересек холл. — Я подвезу вас. Это моя вина, я вас задержал.

Карла проводила его взглядом, но не сдвинулась с места. Меньше всего ей хотелось ехать с ним рядышком в автомобиле.

— В чем дело? Чего вы ждете? — Джэдд остановился у двери и, сдвинув брови, посмотрел на нее. — У нас осталась всего пара минут.

— О'кей, я иду, — ответила она, опомнившись.

За те несколько минут, что они ехали до пристани, Карла ни разу не взглянула в сторону Джэдда. Откровенно говоря, она боялась. С ней происходило что-то странное. Она болезненно ощущала физическую близость Джэдда, тепло его тела, его силу.

Он не пытался с ней разговаривать, и она была этому рада, ибо сомневалась в том, что сможет связать хотя бы пару слов. Воцарившееся молчание не успокаивало, оно было подобно натянутой струне.

Наконец они въехали на пристань. Джэдд подвел машину прямо к парому, и Карла с облегчением увидела, что посадка пассажиров все еще продолжается. Она повернулась к Джэдду и одновременно протянула руку к дверце, намереваясь быстро поблагодарить его и выскочить из машины. Но что-то заставило ее помедлить, что-то в выражении его лица, когда он внезапно повернулся и задал ей еще один вопрос:

— Откуда это имя — Карла? Оно редко встречается.

— Так звали мою бабушку, — озадаченно глядя на него, ответила Карла. — Видите ли, моя мать итальянка. Из Ареццо, городка недалеко от Флоренции.

— А-а, — улыбнулся Джэдд. — Но вы не похожи на итальянку.

— Да, пожалуй, не похожа. Я не отвечаю общепринятому стереотипу. Но, знаете, не все итальянцы брюнеты с карими глазами. Моя мать, кстати, тоже блондинка. Как и я.

Карла увидела, что Джэдд нахмурился, и сразу поняла, почему. Очевидно, тон, которым она ему ответила, или тень, набежавшая на лицо, выдали ее печаль, когда она коротко упомянула о матери. Она знала, что временами это происходит с ней, но очень редко, и не всем дано это заметить. И менее всего она ожидала наблюдательности от Джэдда.

Карла резко отвернулась.

— Спасибо, что подбросили, — поблагодарила она его и, открыв дверцу, выпрыгнула из машины.

Карла не оглядывалась до тех пор, пока не оказалась на палубе парома, хотя интуитивно знала, что Джэдд не уехал. Только когда были убраны канаты и паром стал отчаливать, Карла увидела, как «лендровер» Джэдда, развернувшись, стал отъезжать.

Карла следила за машиной, пока та не исчезла, чувствуя, как громко колотится сердце. И вдруг в глубине сознания что-то блеснуло. Догадка? А вдруг все то, что говорила ей Генриэтта о Джэдде, — неправда?

Следующая их встреча произошла два дня спустя, когда она нанесла очередной визит старому Джасперу. Они с Джэддом встретились у ворот, когда он выезжал из замка на машине, а Карла входила в ворота.

Карла думала, что, увидев ее, он повернет машину и возвратится в замок вместе с нею, но он лишь остановил «лендровер» и, высунувшись из окна, сказал:

— Дядюшка сегодня не в лучшем состоянии. Он плохо спал ночью. Лучше, если визит будет коротким. В такие дни он быстро устает.

И прежде чем Карла успела раскрыть рот, он, махнув ей, включил мотор и уехал.

Карла смотрела, как он исчез за поворотом. «Все страньше и страньше», — вспомнила она слова Алисы из книги «Алиса в стране чудес». Не означает ли это, что Джэдд торопился на свидание, которое нельзя пропустить? Или он решил спустить ее с поводка насовсем?

«Не будь такой оптимисткой», — сказала себе Карла. Скорее всего, он спешил на свидание.

Джэдд был прав. Старый Джаспер выглядел неважно, но явно обрадовался ее приходу.

— Садитесь и поболтайте со мной, — сказал он, похлопав рукой по кровати. — Боюсь, говорить будете вы, а я буду лежать и слушать.

Так и было — старый Джаспер только один раз открыл рот, да и то чтобы спросить: «Как поживает юный Фредди?»