Кровь земли (СИ) - Шавкунов Александр Георгиевич

— Трэртон... — Произнёс Ролан, пробуя название на «вкус».

Есть в нём нечто скрежещущие и грубое, как удар киркой по камню. Явно не эльфийское и нечеловеческое. Только последняя часть кажется лишней. Будто её добавили значительно позднее, новые хозяева.

До столицы можно дойти и от Ран, если двигаться вдоль побережья, да и наверняка там есть судоходство. Ролан покосился на путеводный столб, оглядел дороги, вдруг едет кто. Увы, он один.

— Ну, Раны так Раны.

Парень поднялся, пряча карту в карман, и развернулся на пятках. Через час дорога превратилась в месиво. Причём очень продуманное. Некто тщательно перерыл здоровый участок и вывел наружу ключ. Жидкая грязь образовала булькающий пруд, подтопивший обочину и утекающий в лес. Ролан упёр кулаки в бока и вздрогнул, расслышав мерный стук топоров. Углубился в лес, обходя расплав грязи.

Завернув ощутимый крюк, услышал треск и грохот падающего дерева и выбрался на рукотворную поляну. По меньшей мере два десятка крепких мужчин валят лес потешно огромными топорами. Заметившие чужака прекратили работу, выпрямились смахивая пот. Плечистые, с густыми неухоженными бородами до груди. Каждый на полголовы выше Ролана. С поваленного ствола на другом конце поляны, поднялись воины в кожаных доспехах. Огромные настолько, что Ролану придётся задрать голову, лишь бы посмотреть в глаза. Один подошёл, нарочито неспешно и тяжело, всем видом крича о неповоротливости. Цепко оглядел чужака и прогудел басовито:

— Ты кто будешь?

Ладонь положил на рукоять акинака, кажущегося почти игрушечным на фоне.

— Путник. К Ранам иду, да дорогу размыло.

— Размыло, как же! — Буркнул воин и сплюнул в сторону. — Это всё треклятые карлики! Козни строят без передыха! Так, а чего тебе надо в Ранах?

— Ну так, корабль хочу до столицы найти.

— До столицы, значит. Так лучше было в Комелан идти, там постоянно повозки курсируют.

— Я не местный. — Ответил Ролан, горько сожалея о потраченном времени.

— Да тут никто не местный. — Гоготнул воин, указал на товарищей. — Мы и то месяца два, как из Степи перебрались. Хм... а ты из какого клана будешь?

— Клана? — Переспросил Ролан, осознав, что его приняли за сородича. Ведь в этом мире люди либо вактийцы, либо степняки. — Да как бы я сам знал...

— Хм, высокий, крепкий. Не Железный, конечно, но вполне. — Пробормотал воин, вновь оглядывая, но теперь, как табунщик нового коня. — А, ну и ладно, не хочешь говорить, не говори. Мы тут всем людям рады! Если хочешь заработать, то помогай валить лес, платят хорошо и кормят!

— Да я, как-то, с таким топором не обучен.

— А с каким умеешь? — Спросил воин и сощурился.

— Любым не рабочим. — Ответил Ролан, пожимая плечами.

— Воин значит. Это ещё лучше! Нам умелые как раз нужны!

— Зачем?

— Как «зачем»?! Карликов ловить, да норы их жечь!

***

Ролан вышел на пригорок и оглядел первый фьорд Ран. Порт, самый настоящий! Склоны укреплены сетками с галькой, из которых торчат деревья. Дороги выложены плитами, в щелях пробивается изумрудная трава и дикие цветы. Далеко внизу, у причалов замерли торговые корабли. Дорога бежит дальше, ко второму фьорду, а от него к третьему. С моря дует влажный и прохладный воздух. Ароматы йода и водорослей смешиваются с запахами леса. Ролан вдохнул полной грудью и шумно выдохнул.

В первом фьорде делать нечего, здесь на приколе учебные корабли. Степняки хороши в походах по травяному морю, но к реальной воде не приспособлены совсем. Здесь обучаются моряки, которые больше не сядут на коня. Во втором фрахтуются торговые суда, а в третьем флот владетеля. Там у него база, надёжно укрытая от штормов и ремонтные верфи.

Ролан уверенно зашагал ко второму порту, невольно поражаясь монументальности местных построек и их запустению. Пусть дорогу и размыло, но она явно не единственная. Так в чём причина подобного спада?

Вопрос повис в сознании и стыдливо спрятался.

Вряд ли у степняков много торговых партнёров, учитывая их славу кровавых чудовищ. Наверняка и большая часть мастеровых поспешила покинуть провинцию, стоило Лу объявить о смене хозяев. Хорошая ситуация, ничего не скажешь.

Мимо Ролана проехала телега, груженная тюками шкур, свернула на змеящуюся вниз дорогу. У людей остался один вид промысла, которым можно заниматься без проблем. Охота и добыча меха. Много таким наторговать можно? Прилично... но хватит ли на содержание целой страны?

Из порта натужно поднялась груженная мешками телега, за ней ещё одна и ещё. Поволоклась за спину парня. Седой возница первой, широко улыбнулся и помахал рукой. Ролан неуверенно ответил.

Второй фьорд куда богаче, в скалу, сохранившую «дикость», врезаны здания. Гостиницы, морская таможня и прочие административные постройки. Причалы оборудованы, но у них покачиваются всего два корабля. В один как раз сгружают шкуры, а из второго выносят мешки.

— Вот тебе и вся торговля. — Пробормотал Ролан и пошёл вниз.

Проходя мимо приземистого домика из блоков песчаника, поймал лениво-любопытный взгляд охранника. Лысого мужчины неопределённого возраста с раскосыми глазами. Он открыл было рот окликнуть, но поняв, что парень не дворф, отвернулся.

Глава 23

Капитан смерил чужака взглядом, сидя на бочке и закинув левую стопу на правое колено. Плечист, крепок и неприятно молод. Под носом и на щеках жидкая щетина, только задумавшаяся, какой бородой стать. Благородно пышной или плешиво-убогой. Ветер треплет волосы, блестящие, будто смазанные салом. Парень стоит прямо, дерзко вздёрнув подбородок и выпятив челюсть.

Наглый. Это хорошо. Наглых не любят только затюканные и слабохарактерные. Главное, чтобы наглость не переросла в откровенную дурость. Нет в мире ничего хуже наглого идиота.

— Так чего ты хочешь, парниша? — Пробасил капитан, переводя взгляд на меч, притороченный к правому бедру. — Мне матросы не нужны.

Справа от них по трапу спускают очередной мешок зерна, размером с телёнка. Матрос тяжело ступает по трапу, напряжённо смотрит под ноги. Корабль покачивается, слышно, как волны бьют по доскам и пирсу. На противоположном конце пирса забрехал пёс, погнал рыжего кота в сторону складов.

— Мне до столицы надо. — Ответил Ролан. — Я заплачу.

— Так, ты ты мне всю палубу заблюёшь! Только с коня спрыгнула, а уже в столицу бежит! Ты ведь про море ничего не знаешь!

— Да, ничего не знаю. А вы?

— Я уже пятый год хожу по морю! — С угрозой процедил капитан.

Над бортом выросли головы халтурящих моряков, два десятка пар глаз впились в Ролана.

— Весомый срок. — Кивая, сказал парень, но в голосе просквозила едва заметная ирония. — Положусь на ваш опыт. Сколько с меня?

— Три медяка. — Буркнул капитан. — Только если запачкаешь палубу, выброшу в море. Ты ведь и плавать небось не умеешь?

— Умею. — Заверил Ролан и улыбнулся.

Монеты исчезли в протянутой ладони. Капитан разом подобрел и махнул на трап.

— Отбывает через час, спать будешь в кубрике на гамаке, была пара свободных. В столице будем через пару дней. Питание за отдельную плату или своё.

Ещё пара медяков перекочевала капитану.

***

Корабль, «Зелёная Белка», покинул Раны, подгоняемые течением и ветром. Понёсся по ленивым волнам, держа берег в прямой видимости. Ролан устроился на носу, оперевшись о борт и любуясь видами бескрайней, темно-зелёной глади. Солнце беспощадно напекает макушку и плечи, бьёт по глазам, отражаясь от воды. Палуба ходит ходуном, то взмывая, то падая.

Ролан вцепился в борт, до белых костяшек, чуть согнул колени, стараясь компенсировать качку. Желудок от каждого перепада подбрасывает к горлу и обрушивает в таз.

Холодное Море, на удивление, тёплое.

Часто у берега видны стаи рыбацких лодок, над которыми кружат птицы. Корабль то и дело лавирует, избегая чего-то невидимого под толщей вод. С левого борта море тянется бесконечно и у горизонта сливается с небом. Впрочем, частенько мелькают крошечные островки, когда зелёные, а когда скалистые.