Хаос и порядок. Прыжок в безумие - Стивен Дональдсон

Энгусу нужен был именно красный гигант. Его относительно небольшая масса позволяет находиться к нему ближе, чем к более тяжелым звездам. Кроме того, красный гигант обладает относительно высокой яркостью и интенсивностью других видов излучения, позволяющих скрыть следы пребывания корабля. Конечно, Энгус надеялся, что взрыв Малого Танатоса и его разлетающиеся осколки помешают другим кораблям определить курс «Трубы», но в то же время считал, что красный гигант будет надежным дополнительным укрытием для беглянки.

Корабль-разведчик по-прежнему ускорялся, выжимая из двигателя все, на что тот был способен, и стремительно приближаясь к красному гиганту. Еще несколько минут, и гибель в его гравитационном поле окажется неминуемой.

Несмотря на активизированные имплантаты, Энгус страдал от жесточайших перегрузок. В глазах вспыхивали мириады искр, затрудняя восприятие информации, возникающей на экранах мониторов. Уши заложило, поэтому новый сигнал тревоги, разнесшийся по кораблю, показался приглушенным и незначительным. Однако на этот раз животный страх и заложенная в Энгуса компьютерная программа действовали заодно. Его пальцы, наконец, нащупали кнопку ввода команды, и «Труба», изменив вектор движения, стала уходить от опасности, выйдя на дугообразную траекторию поперек направления действия гравитационного поля красного гиганта. Теперь Энгус мог вздохнуть свободнее.

Когда перегрузки снизились, живительный воздух наполнил его легкие. Возникший в кислородной эйфории туман перед глазами быстро рассеялся. В самом начале маневра корабля капитанский мостик зафиксировался в неподвижном положении. Теперь, когда Энгус стабилизировал положение «Трубы» в поле тяготения красного гиганта, мостик возобновил вращение внутри корпуса корабля, согласуя внутреннюю гравитацию с гравитацией звезды. Ноги и руки Энгуса заняли свое привычное положение. Обмякший в кресле и удерживаемый ремнями безопасности Ник тяжело дышал через рот.

Еще несколько команд рулевой системе и можно будет расслабиться. Компьютер Энгуса проводил расчеты, пальцы бегали по клавиатуре. Когда работа завершится, «Труба» выйдет на эллиптическую орбиту вокруг красного гиганта, удобную для стремительного броска в направлении ближнего космоса со скоростью, в несколько раз превышающей настоящую и вполне достаточную, чтобы войти в гиперпространство и выйти из него за три-четыре световых года от границы пространства Амниона.

Готово. Энгус глубоко вздохнул и попытался успокоить сердцебиение. Господи! Как хочется пить! Черт бы побрал этого Майлса! Видимо, при работе в скафандре произошло обезвоживание организма. Во рту пересохло, а по горлу будто прошлись наждачной бумагой. А тут еще глаза, готовые выскочить от напряжения из орбит. Энгус устал и был голоден, однако теперь больше всего он хотел справиться о Морн. Выяснить, все ли с ней в порядке, прикоснуться к ней, словно она по-прежнему является его собственностью.

Процессор Энгуса уже не раз, с одной стороны, разрешал, а с другой – заставлял его делать то, что сам Термопайл не ожидал. Может быть, процессор и сейчас позволит Энгусу сделать так, как он хочет? Правда, теперь в руках Морн пульт управления ее зонным имплантатом. Даже если пульт у Дэйвиса, это обстоятельство дела не меняет. Ни она, ни он не позволят Термопайлу приблизиться к себе и на десять метров Тем более если Энгус станет их уговаривать. На какую-то долю секунды Энгус Термопайл усомнился, что его процессор позволит ему применить силу в отношении Морн Хайленд. Едва ли Уорден Диос стал бы рисковать и предпринимать шаги к ее спасению, – а тем более держать всю операцию в секрете, – чтобы только Энгус перестал страдать.

Термопайл медленно потянулся и вновь сосредоточил свое внимание на приборной доске. «Труба» уверенно двигалась по заданной траектории. Излучение красного гиганта было настолько мощным, что Энгус сам едва мог следить за курсом корабля, хотя и знал, куда смотреть. В течение часа огромная звезда будет скрывать «Трубу» от посторонних глаз со стороны Малого Танатоса и, таким образом, исключит возможность ее преследования или обнаружения, пока она не окажется по другую сторону красного гиганта.

Если нельзя повидать Морн, то, по крайней мере, можно влить в себя несколько литров жидкости и поесть. Ник пусть отлеживается. Похоже, он спит, измученный переживаниями, связанными с потерей «Мечты капитана» и изнурительными перегрузками. Но даже если он проснется, то не сможет помешать Энгусу. Плевое дело было разладить работу обоих пультов управления капитанского мостика, введя в бортовой компьютер собственные коды.

Энгус отстегнул ремни безопасности и стал подниматься с кресла, когда вдруг осознал: он не в состоянии дать себе отчет в том, что сейчас проделал. В смятении Энгус снова опустился в кресло.

Минутку. Какого черта мы здесь делаем?

Шевеление за соседним пультом. Ник Саккорсо. Нащупал края приборной доски и попытался выпрямиться. Бессмысленный взгляд.

Ник с усилием заморгал, стараясь восстановить зрение. Рот приоткрыт. Сквозь грязь на лице его шрамы казались белыми узкими полосками. Взглянув на информацию на экране монитора, Ник нахмурился. Снова взглянул на монитор. Неуверенно нажал несколько кнопок и поднял удивленный взгляд на Энгуса.

– Какого черта мы здесь делаем? – Похоже, Саккорсо подумал о том же, что и Термопайл.

– Прячемся.

Энгус сам не знал, как ответить на этот вопрос. Растерявшись и не понимая, что происходит, он был не в состоянии думать. За какие-то секунды гиперпространственного перемещения, за несколько минут сумасшедшего полета, все изменилось. Изменилось столь же неожиданно как тогда, когда его процессор принял решение спасти Морн. Тогда вдруг раздался голос Уордена Диоса: «Стоп. Дальше дороги нет». И тот раз в действиях Энгуса не было смысла. Ему пришлось учиться заново и вновь устанавливать пределы своих возможностей.

– Прячемся… – Ник, очевидно, пытался передразнить Энгуса, но его голос оказался еще слишком слаб. – От кого мы здесь прячемся? Я сюда корабль не приводил. Когда я потерял сознание, ты взял управление кораблем на себя. Мы в глубине пространства Амниона, в трех световых годах от его границы! Что б тебе провалиться! Если тебе удалось ввести корабль в гиперпространство, почему ты не выбрал другое направление и не решил все свои проблемы разом: не дал этому идиоту – Лебуолу возможность встретить тебя с распростертыми объятиями? Что ты здесь забыл?

Хороший вопрос. Энгус мог бы на него ответить вслух, если бы позволяла программа. Но нет, – Бюро по сбору информации поставило его в жесткие рамки. Самые главные решения принимали либо Хэши Лебуол, либо Уорден Диос. Итак, что же Энгус здесь делает? Почему процессор заставил его проложить именно этот курс, а не лететь прямиком в ближний космос?