От эмоций не спрятаться в шкафу - Эверина

гораздо строже продолжил декан. — Все что вы можете там увидеть, мистер Поттер, является ложью. Ее нельзя воспринимать всерьез.

Гарри сжал кулаки и испуганно отступил назад, уперевшись взглядом в грозное лицо учителя. Тот, казалось, был в гневе, и только старшие ученики могли бы сказать, что Снейп просто расстроен. Он даже не злился на самом деле.

— А сейчас успокойтесь и сядьте. Время ужина. Если вы захотите, мы вернёмся к этому разговору позже, но могу гарантировать, что зеркало вы больше не найдёте.

Тихо проклиная все, Гарри опустился на стул. Просто так сдаваться мальчишка не хотел. Внутри все протестовало, и Гарри уже начал делать наброски нового плана в голове.

Перед Гарри появилась небольшая тарелка с горячим куриным супом, рядом то самое питательное зелье болотного цвета и тыквенный сок. А вот у декана был полноценный нормальный ужин: крем-суп на первое и картофельное пюре с курицей и брокколи. Не то что бы Гарри завидовал, но поменять свою бурду в флаконе он был готов на что угодно.

Когда Снейп закончил со своей порцией, пустые тарелки перед ним исчезли и появился десерт в виде шоколадного пудинга со взбитыми сливками. В то время, как Гарри максимально сильно пытался оттянуть свое принятие зелья. Снейп ведь все равно заставит его выпить, поэтому Гарри очень долго доедал последние капли бульона. А после профессор, как обычно, собственноручно влил в него зелье и отправил спать.

Поттер чувствовал еще лёгкую слабость в теле после болезни. Хоть ему и стало намного легче, полностью за полдня он вылечиться не успел.

Гарри лежал до самого отбоя, отгоняя сон от своей головушки. Если это была последняя ночь, когда зеркало еще можно найти, то Гарри собирается любыми силами пробраться к нему. Снейп либо будет дежурить в коридорах, либо пойдет спать. В любом случае, мальчик собирался по тихому прокрасться к тому кабинету, чтобы в последний раз окунуться в свои желания. Увидеть то самое, что так требовали сердце и душа. Казалось, ни с чем и никогда он не чувствовал такого воодушевления. И ему думалось, что он никогда ничего подобного больше не найдет.

В соседней комнате было тихо. И уже довольно давно. Так, что Гарри запереживал, что Снейп давно уже ушел, а он здесь время теряет.

Тонкая полоска света просвечивала под дверью. Гарри тихо подкрался и заглянул в комнату. Свет горел везде, но профессора не было видно. Стол пустой и его любимое кресло тоже. Тогда Гарри взяв свою палочку, уже смелее вышел в комнату и направился к двери.

— Далеко собрался, Поттер? — вдруг раздался строгий голос профессора.

Гарри от неожиданности подпрыгнул и развернулся. Снейп сидел на диване, держа в руках какой-то учебник и строго смотрел на ребёнка, и Гарри не мог бы увидеть его со спальни из-за высокой спинки дивана. Парень замер, стараясь, угомонить бешено колотящееся сердце в груди. А мир казалось весь рухнул. Хотя…

Секунда молчания, Гарри переминался с ноги на ногу, а затем резко выбежал в коридор. Терять было нечего. Но может он еще успеет?

Снейп быстро среагировал, но первое заклинание ударилось о закрытую дверь, а непослушный поганец скрылся в темном коридоре. Тихо ругаясь себе под нос, Снейп отложил книгу и очень быстрым шагом вышел из комнаты.

Поттера не было видно. Тот уже скрылся за поворотом. Жители картин в коридоре продолжали недовольно бубнить, ругаясь на гиперактивных детей, которые мешают им отдыхать. И Снейп отлично их понимал.

В заброшенный кабинет профессор зашел спустя три минуты. Гарри стоял, прислонив ладони к стеклу зеркала и восхищённо, с лёгким страхом в глазах, смотрел куда-то наверх. Зеркало было огромным, что первокурсник на его фоне отдаленно напоминал пятилетнего ребёнка.

Мальчишка выглядел удивительно спокойным для ребенка, который несколько минут назад устроил побег по всему Хогвартсу ночью от самого строгого преподавателя. Его, казалось, не волновало больше ничего.

Снейп тихо подошел ближе, вставая за спиной. Он рассматривал подростка и аккуратно заглянул в волшебное зеркало. Туман стал медленно рассеиваться, мешаясь в разноцветном изображении. Снейп понимал, что это формируется его желание, а не то, что видит Гарри.

Поттер медленно приближался к стеклу и в конце концов полностью прислонился к нему грудью, словно пытался обнять.

Профессор тряхнул головой. Недолго думая, он взял ребенка за локоть и отвёл на пару метров, отчего Гарри потянулся руками обратно к изображению и протестующе захныкал. Снейп взмахнул палочкой. И на зеркало опустилась черная плотная и очень тяжелая ткань, которую без магии никто не смог бы снять с артефакта. После этого профессор смог легко потащить за собой ребенка.

Мальчишка пытался мешать, вырывался. Всю дорогу до коридора он оглядывался назад. Но, даже когда зеркало скрылось за дверью, легче Снейпу не стало. У Поттера словно включился режим маленького капризного малыша. Не купили ребенку игрушку — значит надо истерить посреди магазина.

Поттер пытался отцепить руку профессора, пытался выкрутиться. Он капризно захныкал, когда ничего не получилось, а Снейп только грубее сомкнул пальцы на его плече. Внутри протесты только росли, мозги отключались, и паренек стал размахивать руками, надеясь, на освобождение.

Но Снейпа таким не проведешь. Капризных детей он не любил и такое поведение не поощрял. И хоть на Слизерине почти не встречались дети, которые могли себе позволить так не слушаться, мужчина сохранял спокойствие. Он, примерно, понимал, как реагировать сейчас, а в будущем он точно не позволит ребенку капризничать.

Гарри не останавливался. Он ныл, тормозил, пытался убежать, чтобы вернуться в тот кабинет. Снейпу это быстро надоело, и, оглядевшись, мужчина перекинул первокурсника через колено прямо в коридоре третьего этажа. Предварительно кинув заглушающее заклинание, Снейп нанес несколько крепких шлепков по непослушной попе. Другой рукой он держал мальчишку, не давая дергаться. Портреты охнули. Их ворчливый тон сменился смешками и заинтересованным шёпотом.

— Правильно, так с ними и надо… — донеслось от какого-то дедульки со стены, но ни Снейп ни Гарри не обращали внимания.

Когда Гарри устал дергаться, а плач стал открытым и искренним, Снейп остановился. Поставив ребенка на ноги, профессор повел хоть и расстроенного, но уже послушного мальчишку в подземелье.

Это была та самая грань, когда нужно остановиться. Северус изначально не собирался наказывать Поттера. Даже за этот побег, открытое непослушание и неуважение. Он просто хотел аккуратно отгородить Поттера от опасности. Если взрослые люди не могут спокойно выйти из серьёзной зависимости, Снейп отлично понимал, как сложно может быть одиннадцатилетке. Но уж очень нужно было привести Поттера в чувства.

Гарри шел, медленно перебирая