Собиратель зла - Виктор Ночкин

Когда вернется добрый Хагней, город будет взбудоражен новым убийством, так что расправа над оборотнем, которую свершит магистр, окажет лучшее воздействие на настроение в городе. Все складывалось как нельзя более удачно! Добрые граждане Раамперля непременно потребуют, чтобы Орден скорей схватился с Лордами Тьмы! Все складывается просто замечательно! Бремек с трудом сдержался, чтоб не выдать радость. Отлично! Просто отлично! Теперь — только дождаться магистра.

3

Первый день путь Хагнея проходил по благоустроенным землям, справа и слева от тракта тянулись аккуратно огороженные поля, по склонам пологих холмов стройными цепочками двигались косари, распевая протяжные песни. Звуки пения доносились к дороге, настраивали на мирный спокойный лад. Дороги неподалеку от Раамперля были оживленными, в обе стороны двигались всадники, повозки, пешеходы… Встречались деревни: стены домов выкрашены в светлые тона, дома побогаче даже крыты черепицей. Этот край процветает! Алхой Прекрасный Принц, чьи владения лежали к югу, был вполне сносным соседом, и здешняя округа пользовалась всеми благами продолжительного мира.

На второй день пути Хагней стал замечать: жилье встречается реже, между колосящихся полей чаще попадаются полоски леса. Мало-помалу характер окружающей местности стал меняться быстрей — и вот уже участки земли, отвоеванные человеком у дикой природы, превратились в острова посреди лесных чащоб. Здесь мирные землепашцы нуждались в защите, и поселения группировались вокруг помещичьих усадеб. Господа обитали в башнях, окруженных искусственными насыпями. Старинный способ возводить укрепления, заимствованный у северян, — деревянную или каменную башню до половины засыпали землей, так чтобы стало невозможно подвести к стене таран, а значительная часть здания превращалась в подвал. Около каждой усадьбы находился кольцеобразный вал, окружающий немалую территорию, — в случае набега окрестные селяне сходились с имуществом и скотом в эти укрепленные места, чтобы переждать опасность или обороняться за насыпью.

Хагней видел приметы мирного времени — валы осыпались, а плетни и частоколы, идущие по гребню, пришли в негодность, покосились.

За стенами не следят, потому что нет нужды. Алхой не зарится на земли внутренней области Круга, вполне довольствуется своим пограничьем. Граф Кордейл был не таков — покойному на месте не сиделось, то и дело устраивал набеги… Вот уже двенадцать лет, как пал воинственный Лорд Тьмы, с тех пор край не видел чужих солдат.

Ночевать магистр предпочитал в стороне от жилья — благо в этих землях хватало места вдали от поселков и усадеб. Лесные полянки, пустоши у обочины… На севере к орденским братьям относятся с почтением, видят в них защитников от разбойничьих нападений Ройнгарда Железной Руки, а здесь воинов в белом не жалуют, почитают нахлебниками, дармоедами. Людишки недальновидны, их не пугает вероятный приход собирателя, они и думать не думают о возрождении Повелителя Тьмы. Магистр понимал местных. Не одобрял, но понимал. Да что говорить — Хагнею хотелось, чтобы Дом Света проводил более активную политику. Если не здесь, то на севере Лорды Тьмы стали явным врагом, опасностью. Народ бежит от такого соседства… Хорошо, если бы удалось осуществить план доброго Архольда, рассуждал Хагней, и удалось бы склонить Могвида к войне с северными Лордами.

Хагней был тугодум, но не дурак, он не хуже других понимал, что с падением Спасителей Мира исчезнет надобность в Ордене. Но братья не останутся без дела! Вот ведь отличный пример — пограничье Кордейла. Орден уничтожил Графа и теперь владеет его землями вокруг Черной Горы. Обширные, хотя и неустроенные территории. А если разделаться с остальными Лордами и завладеть их имениями — Орден превратится в крупнейшего землевладельца Круга, а там — забот непочатый край! Привести в порядок земли, разоренные Спасителями Мира, дать прежним приспешникам Тьмы новые законы, научить жить в мире… Магистры Ордена превратятся в наместников — Хагней уже видел себя правителем обширной области. Это будет хорошая жизнь. Мирные труды, приятные заботы. Налоги с простолюдинов, доходы от торговли, раздача земель в ленное владение тем, кто сумеет приглянуться доброму Хагнею… А там, глядишь, и высокое сидение в Доме Света, нужно только правильно повести дела. Архольд готов предоставить могучему Хагнею командование в походах, это значит: кто бы ни составлял планы, кто бы ни был истинным руководителем и вдохновителем побед — а вся слава достанется Хагнею. В глазах Круга героем будет он. Толстяк не обольщался на собственный счет, он не ловкач, не стратег и не интриган. Но если дать более ловким братьям сойтись в драке за власть — они перегрызутся, ослабеют… младшие соратники станут проклинать их вероломство и властолюбие — а тут простодушный Хагней, герой походов. Никому не сделавший дурного, но неизменно верный и надежный. Да, планы Хагнея простирались далеко… но сейчас об этом — молчок. Сейчас толстяк беспрекословно берется за любое дело и успешно доводит его до конца. Сперва собиратель, после — оборотень. Даже если окажется, что братья ошиблись и хромой охотник — попросту выживший из ума старикашка, даже и тогда в Доме Света будет доложено: уничтожен собиратель. Так будет лучше для всех.

На четвертый день пути на горизонте показался силуэт Черной Горы и местность стала совсем дикой. Собственно земли Круга закончились, отряд вступил в пограничье, бывшие владения Кордейла. Здешний край никогда не именовался графством, хотя Кордейл в самом деле носил этот титул до того, как был возведен Повелителем в Лорды Тьмы. Тогда старый змей, считая, что не в силах уследить за всеми землями внутри Завесы, наделил частью собственной силы Семерых и распределил между ними кольцо пограничья. Кордейлу, который некогда был графом в одном из старых королевств, а теперь сделался одним из Семерых, достался восточный сектор. Посреди новых владений Лорда Тьмы торчала Черная Гора, там и устроил себе логово Граф. Старый титул превратился в часть полного имени.

В том, какими именами стали называться подручные Повелителя, не было никакой закономерности, взять, к примеру, Алхоя Прекрасного Принца — он происходил вовсе не из высшей знати, был сыном какого-то мелкопоместного дворянчика из захолустья, а прозвище получил вместе с властью Лорда Тьмы. К старой аристократии принадлежали лишь Кордейл и Лажваш. Возможно, также и Уйгор Темный, но это лишь предположения, потому что об Уйгоре никто не мог сказать наверняка, кто он и что из себя представляет. Даже характер его силы является секретом, оружие Уйгора — неизвестность и непредсказуемость. Но Кордейл с Лажвашем были аристократами до Повелителя. Здесь, у Черной Горы, один погубил другого…