Наследники - Олег Мушинский

class="p1">– Скорее всего, – согласился Панкрат. – Те, кто снимают тут комнаты, обычно не готовкой занимаются.

– А чем?

– Ну… Разными вещами.

Ти загадочно усмехнулась и аккуратно застелила найденной там же клеенкой письменный стол.

– Что-нибудь еще? – спросила клон.

– Да пока вроде всё, – ответил Панкрат. – Отдыхай. Надо будет, позову.

Ти сбросила сандалии и с ногами забралась в кресло, что стояло в углу комнаты. Над ним из стены торчала лампа. Ти отрегулировала свет и открыла книгу.

Панкрат тоже сбросил ботинки. На левом красовалась пара длинных царапин. Панкрат недовольно покачал головой. Обувь из настоящей кожи стоила чертовски дорого. Разумеется, взломщик не должен был привязываться к вещам, но Панкрат успел привязаться к тому комфорту, который они дарили. Вздохнув, он снял пиджак и закатал рукава рубашки.

– Начнём, – сказал он сам себе.

Ти взглянула на него поверх книги, но ничего не ответила. Панкрат начал со шлема. Очень аккуратно орудуя ножами, взломщик вырезал из подкладки слой с матрицей сознания клона Би. Потом пришел черед контейнера с мозгом. В теории искусственный мозг можно было разобрать на части – каждый нужный участок наращивался отдельно и потому был четко выделен – однако для такой операции требовалось что-то посерьезнее кухонной утвари.

Немного подумав, Панкрат соорудил из простыни себе на пояс широкую повязку с карманом спереди. Пристроив в него контейнер, он с трудом застегнул пуговицы на животе и покрутился перед зеркалом.

– Изобразишь кенгуру? – с улыбкой спросила Ти.

– Ага, – отозвался Панкрат. – Контейнер, пожалуй, будет слишком выпирать, а вот мозг с питанием я пристроить смогу. Надо будет только заказать у Алексея накладной животик.

– Как-то слишком просто, – с ноткой разочарования в голосе сказала Ти.

– Простые пути нередко самые надежные, – ответил Панкрат. – Все привыкли к биотехнологиям, к псионике, и уже никто не ждёт подобного примитива. Вот увидишь, мне просканируют мозг и возьмут отпечатки всего, что только можно, но никто не догадается банально пошарить по карманам.

– А второй мозг у тебя не насканируют? – спросила Ти. – Если псионик обнаружит у тебя активно мыслящую нижнюю голову, он может сильно удивиться. Мы ведь не можем сигнализировать Алёне, что бы она там ни о чём не думала.

Панкрат усмехнулся.

– Не можем, но не беспокойся, – сказал он. – До нее никакой псионик не достучится. Эта штука только называется мозгом. Для краткости, да и выращивают их по той же технологии. А на самом деле это, по сути, просто живое хранилище информации. Вот как твоя книжка. Пока ее не откроешь, ничего не прочитаешь.

– Понятно.

Ти снова погрузилась в книжку, но, перелистывая страницу, опять оторвалась.

– Панк, – позвала она. – Скажи, а что мы будем делать после того, как ты вскроешь могильник и найдешь то, что ты ищешь?

– Ну, мы по крайней мере будем точно знать, из-за чего весь сыр-бор, – ответил Панкрат.

– То есть, ты еще не думал об этом, – констатировала Ти.

Панкрат криво усмехнулся. "Теперь я знаю, почему тебя продали за полцены", – мысленно проворчал он.

– Думал, – вслух сказал Панкрат. – Но пока ничего путного в голову не пришло.

– Но нам придется что-то делать, – не отставала Ти. – Даже если мы будем точно знать, почему нас преследуют эти люди, они не перестанут нас преследовать.

– Но, зная, что им надо, мы можем попробовать с ними договориться, – ответил Панкрат. – И если я правильно представляю, что там триста лет назад приключилось, то у нас есть неплохой шанс.

– Это если они станут с нами договариваться, – уточнила Ти. – А не убьют сразу.

– Вообще-то у нас есть то, что им нужно, так что сразу не убьют, – сказал Панкрат..

– Они стреляли, когда пытались поймать нас в той деревне у кладбища, – возразила Ти. – Значит, они как минимум допускали мысль, что мы можем погибнуть от шальной пули. Это, в свою очередь, может означать, что наша смерть не будет воспринята ими как некая катастрофа.

Панкрат обдумал ее слова и опять кивнул.

– Ладно, тут ты права, – сказал он. – Риск есть.

– Мы могли бы переложить риск общения с этими людьми на полицию, – осторожно заметила Ти.

– Хорошая идея, – ответил Панкрат. – Но тоже очень рискованная. Мафия – это чертовски мстительные ребята. Если они узнают, кто их сдал, они нас из-под земли достанут и туда же закопают, но уже по частям.

– Они и так на нас охотятся, – сказала Ти. – Что мы теряем?

– Сейчас на нас охотится только одна не в меру буйная дамочка, – ответил Панкрат. – С которой, возможно, мы сможем договориться. А если мы сдадим ее полиции, на охоту выйдет весь синдикат. И они договариваться уже не будут. Из принципа. Хотелось бы этого избежать.

– У нас есть такая возможность?

Панкрат пожал плечами и придвинул к себе телефон. Еще пару минут взломщик размышлял, потом набрал номер Алексея. Тот снял трубку сразу, как будто ждал звонка. Ти опустила книгу и насторожила уши.

– С того света звонишь, или пока еще с этого? – поинтересовался Алексей в ответ на приветствие Панкрата.

– Пока с этого.

– Впечатляет, – сказал Алексей. – А вот одного нашего старого знакомого подстрелили. Жить будет, но выглядит плохо.

– Ты там присмотри за ним, – попросил Панкрат.

– Знамо дело, – отозвался Алексей. – Я там зарядил денежкой одного друга, всё будет в лучшем виде. Но это у него будет, а твои перспективы меня совсем не радуют.

– Что-то накопал?

– Вроде того. Один мой друг нашел человека, который знал специалиста, который сделал ту девочку с твоей фотографии.

– Знал? – уточнил Панкрат.

– Знал, – подтвердил Алексей. – Его на днях похоронили. На похоронах были серьезные люди, и они уже начали задавать свои серьезные вопросы. Мой друг сумел найти на них ответы. В общем, твоя милая крошка – Динамит.

– А без метафор?

– Без метафор, – сказал Алексей. – Это кликуха такая. Динамит. Взрывная на всю голову и упёртая как баран. Когда идет к цели, сметает всё на своем пути, причём я всё еще говорю без метафор. Любому другому бы давно за такой стиль билет в следующую жизнь выдали, но тут случай особый. Динамит – единственная дочь Мастодонта. Слышал про такого?

Панкрат машинально кивнул. Потом, спохватившись, сказал в трубку:

– Слышал, конечно. На чьем оборудовании-то работаем?

Импланты, биосканеры, включая оборудование для путешествий в прошлое, подложки-имитаторы вроде той, на которой у Панкрата было записаны параметры старины Би, мозги-хранилища – всё это в Европе выращивалось на фабриках Мастодонта. Официальные фабрики числились за его же корпорацией, неофициальные официально не существовали, но пахали в три смены, чтобы насытить современными биотехнологиями черный рынок.

Да что там далеко ходить, на контейнере с душой Алёны