Наследники - Олег Мушинский

это представлено в учебниках. Обычно его приходилось собирать буквально по крупицам, как мозаику.

Как оказалось, некоторое время назад на Никиту вышли люди мафии. Они предложили ему хорошие деньги за разовую работу. Не желая делиться гонораром с учителем, Никита предпочёл о заказе умолчать. Тем более что оборудование у мафии оказалось своё, даже не пришлось ничего заимствовать из сарая дяди Миши. А вот своего сканера у мафии не нашлось. Тут бы Никите и насторожиться, однако очень уж хотелось денег.

– Мне сказали, что ее папаша – большой человек в мафии, – говорил юноша. – А она так, золотая молодежь. Может, вообще пустышка.

Однако личное знакомство с дочкой мафиози незамедлительно убедило Никиту в обратном. "Дамочка", как назвал ее юноша, оказалась крепким орешком, умным и властным. Своего нынешнего имени она так и не назвала, зато крутой характер продемонстрировала уже на второй секунде их знакомства. Тут Никита начал догадываться, что не всё так радужно, как ему расписывали, но отступать было уже поздно. "Дамочка", как он опять же выразился, "крепко ухватила его за жабры".

По технической части, напротив, всё оказалось в точности, как обещали. Оборудование для сканирования было лучшим из того, что вообще можно достать на рынке. Никита раньше про такое разве что в журналах читал. Впрочем, разобрался он быстро.

– Представляете, у них там эта новая пентаграфическая система, – незаметно увлекшись, рассказывал Никита. – Поддерживает сразу пять каналов в прошлое.

– И можно отправить сразу пять человек? – заинтересовалась Ти.

– Ага, – Никита закивал, словно китайский болванчик. – Ну, понятное дело, за один раз только в один временной период, но можно. Там есть главный канал, всё по нему и настраивается. А остальные к нему как ведомые подключаются.

– Вот ты и подключился, – выделил главное Панкрат.

Никита машинально кивнул.

– Ну так своё же прошлое можно на халяву увидеть, – сказал он.

– Увидел что-то интересное? – спросил Панкрат.

Никита бросил на него полный подозрений взгляд и пробурчал:

– Не, ничего.

Панкрат демонстративно вздохнул и напомнил, что незваные гости уберутся только тогда, когда получат ответы на все свои вопросы. Никита взглянул на него, потом на Ти, прикидывая, сможет ли он обмануть незваных гостей, затем вздохнул и решил не рисковать.

– Ну, в прошлой жизни я работал на Корпорацию, – нехотя признал Никита.

– Это я знаю, – сказал Панкрат. – И если тебя беспокоят твои деньги, то на них я не покушаюсь.

Никита выдохнул. При всей своей привычке хапать всё, что только можно захапать, Корпорация всё же заботилась о своих сотрудниках. На имя каждого, кто потрудился для ее блага, в банк Корпорации закладывался финансовый депозит. Эти деньги можно было получить в одной из последующих жизней. Для рядовых сотрудников, конечно, вклад был весьма скромный, однако за триста лет там накапала изрядная сумма и Никита питал надежды ее заграбастать.

Успокоившись на свой счет, юный сканер стал заметно разговорчивее.

– Ну, в общем, эта дамочка в прошлом была музыкальным продюсером, – сказал он. – Только тогда она была мужчиной.

– А разве так бывает? – удивилась Ти.

– Бывает, – отозвался Панкрат. – Хотя и очень редко.

– Не больше двух процентов от всех случаев реинкарнации, – блеснул знаниями Никита. – Ну, то есть, от реальных случаев.

Скомкав конец фразы, он бросил на Панкрата наполовину вопросительный, наполовину оценивающий взгляд. Мол, если я правильно понимаю, кто ты такой, то ты правильно понимаешь, о чём я.

– Да уж, – сказал Панкрат. – Клиенты взломщиков не слишком щепетильны на этот счет. За хороший куш не только пол себе сменят… Ладно, давай ближе к делу. Я уверен, что в числе его… или ее, даже не знаю, как тут правильнее. Короче, этот продюсер работал с певицей, которую звали Алёна Май.

– Была такая, – признал Никита. – Из-за нее все неприятности и начались.

– А вот здесь давай-ка поподробнее, – сказал Панкрат.

Подробная история в изложении Никиты сильно растянулась, но взломщик точными вопросами и суровым взглядом сумел придать ей стройный вид.

Главным виновником всех злоключений, по версии Никиты, была Алёна Май. Якобы ее капризы постоянно создавали проблемы. Певица повздорила с менеджером Корпорации, который собирался сделать ей очень заманчивое предложение. Ти в этой точке повествования криво усмехнулась. Версия, изложенная ранее Алёной, представлялась ей более правдоподобной. Затем всё те же капризы певицы чуть не разорили ее команду, так что продюсеру пришлось брать дело в свои руки и лично вытаскивать коллективчик из финансовой ямы. В общем, когда Алёна погибла в результате несчастного случая, все просто обязаны были вздохнуть с облегчением.

– Несчастный случай? – переспросил Панкрат.

Никита заверил его, что выглядело это именно так. Брат покойной на нее зуба не имел. Продюсер, правда, неплохо заработал на продажах записей "сгоревшей звездочки", однако он, как оказалось, вообще был в Алёну влюблён и совершенно искренне о ней горевал. Конечно, будучи жестким человеком, продюсер держал свои чувства в узде, однако сканера не обманешь. Даже Николай в прошлой жизни почувствовал это, а тогда у него один только талант был. Теперь же, натасканный дядей Мишей, Никита при сканировании видел продюсера насквозь.

Тогда еще Николаю эта любовь вышла боком. Продюсер решил сделать закладку в хранилище на имя Алёны.

– Ну, говорит, чтобы ей в следующей жизни не с нуля начинать, – рассказывал Никита. – А под чужое имя только Корпорация может положить что-то. Ну, деталей я не знаю, но нельзя. А он упёрся. Надо, говорит. Обещал отблагодарить, падла!

В конечном итоге продюсер Николая уговорил. Та сцена особенно запала в душу Никиты и он рассказывал о ней с особой печалью. Продюсер распахнул перед ним сейф, доверху забитый пачками купюр и золотыми монетами. Последние тогда были еще в ходу, считаясь более надежными для долгосрочных вкладов, и особенно для вложений в следующую жизнь.

Продюсер сказал, что память Алёны для него дороже всего этого "барахла". Николай сделал из сказанного вполне логичный вывод, что всё это "барахло" достанется тому, кто поможет увековечить эту память, и согласился помочь. Он сделал запись от лица Алёны и – тут Никита долго мялся – оформил ее задним числом.

– Ну не могла же она записаться после смерти, – пробормотал юный сканер.

– Конечно не могла, – тотчас согласился Панкрат. – Но тебе пришлось подделать документы, а это всегда считалось серьезным корпоративным преступлением.

Никита вздрогнул.

– Ну, не такое уж оно и серьезное, – пробурчал он. – И потом, я же доброе дело делал. Мне это должно зачесться. Ну, монахи же как учат: сделаешь добро, и тебе на кармический счёт сразу какой-никакой переводик придёт.

– Но ты, как я понял, предпочел наличными, – с улыбкой уточнил Панкрат.

– Я