Око вселенной - Александр Экштейн

Также в районе Нахапетово работали археологи, и в данный момент они пребывали в состоянии глубочайшей депрессии. Во-первых, сделав разведывательный шурф, они не обнаружили ни современного, ни какого-нибудь другого культурного слоя, сразу же пошел материк.

— Так не бывает, — громко произнес доктор исторических наук Василий Флеров и уточнил: — Или я дурак.

— Успокойтесь, успокойтесь, Василий Сергеевич. — Светлана Тартанова, археолог, член-корр РАН сощурившись посмотрела на одинокую фигуру человека, стоящего на холме вне зоны нахапетовской аномалии. — И то и другое отнюдь не взаимоисключающие друг друга предположения, но вы правы, что-то не так.

— Смотрите, как эффектно выглядит человек на холме. — Флеров показал Тартановой на черный силуэт, словно отпечатавшийся в диске закатного солнца. — Кстати, так тоже не бывает, чертова аномалия. Холм в пяти километрах от нас, я там на вершине азимутный маяк поставил, когда масштабку вычерчивал. Холм весь покрыт терном. Чтобы вот так выделяться на фоне закатного солнца, да еще с такого расстояния…

— Он должен быть гигантом около двадцати метров роста, — взволнованно перебила его Тартанова и, сняв с пояса аппарат локальной связи «климку», соединилась с академиком Шаховым, главой Института физики Земли и Времени.

— Слушаю, — откликнулся академик и сразу же спросил: — Ты, Света?

— Посмотри на закат, Андрей, — предложила ему Тартанова. — Ты ничего в пейзаже не замечаешь?

— А ты… — начал было говорить Шахов, но резко оборвал фразу.

Светлана бросила взгляд в сторону холма и выронила «климку» из рук.

В степи и в море закатное солнце часто бывает похоже на огромный, в полнеба, диск бета-каратинового цвета. Именно таким оно было сейчас. Тартановой захотелось кричать от ужаса, и вместе с тем она почувствовала, как в ней, словно предтеча эпилептического припадка, проклюнулся восторг. «Впечатанный» в диск солнца силуэт человека развел руки в стороны с вывернутыми в кистях ладонями кверху и, согнув в локтях, приподнял их чуть выше головы, затем, словно за ним притаился другой человек, поднял вторую пару рук с вывернутыми на запад и восток ладонями, и сразу же появилась третья пара рук, слегка приподнятая над землей с повернутыми к ней ладонями.

— Шива, — прохрипела голосом академика Шахова лежащая на земле «климка» Тартановой, и уже издалека, из палаточного лагеря ЮНЕСКО, раздался его громкий восторженный голос: — Шива-аа!!!

— Я теперь мутант наоборот, — сообщил Алексей Васильевич Чебрак потрясенным его выздоровлением членам тайного международного ордена генетиков «ЛПЛ», — ибо принял свой антимутационный препарат «Полнолуние». Во мне теперь меняется генетический код и структура клеток, и лучше бы я остался в предсмертной агонии, мне все стало неинтересным. И вообще, почему это мы обозвали себя Людьми Полной Луны, словно мы психически неуравновешенные люди, убивающие собак и людей во время полнолуния?

— Алексей Васильевич прав, — сказал председательствующий Генри Олькоттом, полковник из сектора «Экстрем» ЦРУ, а на самом деле — Лама Багровых Оттенков, Великий хранитель Сиреневого Оттиска и далай-ламы. — Лучше бы он умер и вернулся к нам уже в хорошем настроении. Мы создаем нового человека, уважаемый, — обратился он к Алексею Васильевичу, — по сути, новый мир. Следовательно, мы демиурги, Люди Полной Луны, как их называли в шелковых, то бишь в зоряных свитках. При чем тут убитые собаки и люди?

— Нового человека, — хмыкнул Алексей Васильевич и окинул своих коллег укоризненным взглядом, — монстра мы создаем, заготовку для всеобщей киборгизации. Впрочем, это чепуха. Я теперь знаю, как выглядит начало дороги в смерть. Настоящее Начало, а не реинкарнационный круг банальных умираний, — уточнил он. — Если хотите, могу рассказать.

— Не надо, коллега, не надо. — Генри Олькоттом обвел взглядом Сумеречную исповедальню, расположенную в тайной точке Иерусалима и оставшуюся в целости и сохранности со времен Первого Храма, построенного царем Шломом. — Мы сами это когда-нибудь поймем и увидим.

Международный орден генетиков состоял из двенадцати идиоритмиков кеновитского имиджа и одной сиреневой сущности с правом голоса, которых контролировало срединное государство, в общем, и племя айрини, в частности. Цель ордена была ясна как заговор: «Не дать хорузлитно-лунитной нежити и нелюди изъять у бракованного человечества поверхности Душу». Но самое интересное было в том, что ученые-генетики не знали о контроле над собой срединного государства. Айрини были опытными заговорщиками.

— Давайте закрывать совет. — Генри Олькоттом поднял правую руку и властно произнес: — Бог существует!

— Бог один! — поднял руку караим. Генетик и Мусульманин.

— Бог не телесен! — поднял руку индиец. Генетик и Скульптор.

— Бог вечен! — поднял руку Чебрак. Генетик и Доктор.

— Мы должны поклоняться только Ему! — поднял руку француз. Генетик и Винодел.

— Бог творит только через пророков! — поднял руку китаец. Генетик и Писатель.

— Моисей — величайший из пророков! — поднял руку еврей. Генетик и Математик.

— Книга имеет божественное происхождение! — поднял руку итальянец. Генетик и Музыкант.

— Книга никогда не утратит своего значения! — поднял руку англичанин. Генетик и Хакер.

— Бог знает обо всех поступках людей! — поднял руку японец. Генетик и Миллиардер.

— Бог пошлет Своего Мессию! — поднял руку немец. Генетик и Крематор.

— Бог воскресит мертвых! — возник, словно распустился цветок, шепот ниоткуда посередине Сумеречной Исповедальни.