Спящая красавица. Смерть в бассейне - Росс Макдональд

— Он побывал у вас здесь, миссис Мунган?

— Да. Стоял как раз там, где вы.

— Откуда он появился?

— Он не сказал. Просто брел по берегу. От меня он двинулся на юг.

— Как давно это было?

— Не помню.

— Ну хотя бы примерно?

— Пару недель назад, может, больше.

— С ним не было молодого человека? Такого широкоплечего, лет тридцати, примерно моего роста?

— Я такого не видела, — но в ее глазах появилось что — то оборонительное, а в голосе плаксивое. — Почему вы меня спрашиваете об этом? Я просто проявила себя добрым самаритянином… Что в этом плохого?

— Но вы об этом вспомнили не сразу. Вы сначала сказали, что выбросили костюм с прочими вещами Ральфа Мунгана. И лишь потом вспомнили, что отдали его покойнику.

— Так уж устроена у меня голова. И, кстати, он не был покойником, когда я ему дала костюм.

— Зато теперь он покойник.

— Знаю.

Мы смотрели друг другу в глаза через конторку. За ее спиной в темной комнате призрачные голоса продолжали рассказывать сказки большого города.

…Не только отец по — свински со мной обращался. Я знаю, дорогая, а у меня повреждено не одно лишь либидо.

Женщина, стоявшая передо мной, давно миновала свои лучшие годы. Ее мозг был иссушен алкоголем, а тело оплыло. И все же она мне почему — то нравилась. Несомненно, она не была способна на убийство. Но она могла покрывать убийцу, особенно если это был ее любовник или сын.

Я уехал, собираясь навестить ее еще раз.

Глава 19

В Пасифик — Пойнт я вернулся почти в полдень. Гавань потемнела еще сильней, чем утром. Рабочие в сапогах и непромокаемых комбинезонах обрабатывали стены мола паром под давлением.

Другие, в моторках, разбрасывали солому по всей площади нефтяного пятна, а затем собирали ее, пропитавшуюся нефтью, вилами. Сотни и сотни снопов свежей соломы, доставленных невесть откуда, лежали штабелями на берегу, словно бастионы против неведомого агрессора.

На пирсе произошли перемены. Десятка два пикетчиков расхаживали взад и вперед у входа с самодельными плакатами: «Держитесь подальше!», «Внимание: загрязнение!»

В большинстве своем это были пожилые люди, хотя среди них мелькало несколько длинноволосых парней.

Я узнал среди них волосатого рыбака, с которым говорил накануне. Он тоже узнал меня и потряс в знак приветствия своим плакатом: «Подумайте о бедных рыбах!», когда я проезжал мимо него на пирс — и что — то весело прокричал.

Бланш смотрела на пикетчиков с почти опустевшей стоянки возле своего ресторанчика. Она узнала во мне вчерашнего клиента и громко начала жаловаться.

— Они пытаются меня разорить. Скажите, вам не угрожали, не применяли силу?

— Нет.

— Жаль, — она помотала своей кудлатой головой. — Полицейские говорят, пока нет угроз или насилия, все идет по закону и они не могут вмешаться. Но, по — моему, это все незаконно. Я бы пошвыряла их с пирса, пусть попробуют водички с нефтью. А то, видите ли, они решили захватить мой пирс.

— Разве он ваш?

— По сути дела, да. Я взяла его в долгосрочную аренду, что дает мне право сдать часть его нефтяной компании. Я хочу пожаловаться лично губернатору.

Бланш раскраснелась и тяжело дышала. Она никак не могла прийти в себя.

— Вчера вечером я у вас обедал.

— Ну да. Помню. Вы не доели вашу рыбу. Надеюсь, с ней было все в порядке?

— В полном. Просто я не очень проголодался. Я обратил внимание на двух ваших клиентов — старика и молодого человека. Старик был в твидовом костюме и на голове у него были следы от ожогов…

— Помню таких. Ну и что?

— Я бы хотел с ними связаться. Вы не знаете, где их найти?

Бланш покачала головой.

— До этого я их не видела. Они нездешние.

— Откуда вы знаете?

— Они спрашивали меня, как попасть в Сихорс — лейн. — Бланш показала рукой в направлении дома Сильвии Леннокс.

— Они не сказали, кто их там интересует?

— Нет, но я как раз подумала, кто им там понадобился. Это очень дорогой район, у самого океана. А они просто голодающие какие — то. Вы бы посмотрели, как они ели. Особенно старик.

Я поблагодарил и пошел назад к машине. Из другой машины вылез седоватый человек и остановил меня. У него были выразительные синие глаза, в которых, словно предохранительный щит, светилась отстраненность профессионального наблюдателя.

— Вы не местный? — спросил он меня.

— Нет. Но мы, кажется, живем в свободной стране.

— Я последний человек, кто стал бы отрицать это. — Его лицо сморщилось в улыбке, которая удивительно напоминала гримасу боли. — Вы работаете в «Леннокс ойл»?

— Нет, я сам по себе.

— А что это означает? — он по — прежнему улыбался.

— Я частный детектив. Моя фамилия Арчер.

— А я Уилбур Кокс. Пишу для местной газеты. Какое же преступление вы расследуете, мистер Арчер? Не экологическое ли?

— Мне было бы, безусловно, интересно узнать, что вызвало аварию.

Кокс явно был рад удовлетворить мое любопытство.

— Нефтяники утверждают, что это фокусы природы, и в этом есть определенная доля истины. Подземные пласты там, в океане, отличаются пористостью, и с ними шутки плохи. Можно сказать, что этот район — мина замедленного действия. Но конечно, прежде всего виноваты нефтяники. Они не приняли во внимание опасность выброса, не сделали ничего, чтобы предотвратить аварию при глубинном бурении. Вот вам и результат. — Он махнул рукой в направлении вышки, силуэт которой четко очерчивался на горизонте.

— А почему они не приняли мер предосторожности?

— Это требует денег. Нефтяники — в большинстве своем игроки и предпочитают рисковать, нежели тратить лишние деньги на защитные сооружения. Они лучше будут годами ждать, пока техника не усовершенствует.

— Помолчав, Кокс добавил. — Не одни они игроки. Мы с ними повязаны одной веревочкой. Мы ездим в автомобилях, а значит, зависим от их нефти. Вопрос в том, что предпринять, пока мы все не утонули в черном золоте. Я покивал головой и двинулся к машине. Он пошел следом.

— Это вы вытащили сегодня утром утопленника:

Я сказал, что это так.

— Вы смогли опознать его? Не выяснили, кто он?

— Пока нет. Этим я как раз и занимаюсь.

— Вы не хотите сказать мне несколько слов по этому поводу?

— Увы, не могу, мистер Кокс. Реклама сейчас мне только помешает.

— Его убили? — Через маску отстраненности холодно мерцали глаза газетчика.

— Честное слово, не знаю. Увидимся позже.

Далеко я не уехал. Вход на пирс был блокирован линией пикетчиков, стоявших спиной к морю. На них надвигался большой трейлер, груженный цистернами с буровым раствором. Водитель с ненавистью глядел на пикетчиков из кабины и медленно, дюйм за дюймом, продвигал свою машину вперед.

Один из молодых пикетчиков уселся перед машиной. Лицо у него было бледным и испуганным, словно он понимал, какой слабой преградой было его тело на пути тяжкой поступи этого мира. Но он сидел, не шелохнувшись, хотя огромные колеса неумолимо надвигались.

Наконец, водитель беззвучно выругался и нажал на тормоза. Затем он вылез из кабины с монтировкой в руке. Я тоже вылез из своей машины и, протолкнувшись сквозь заслон пикетчиков, подошел к нему. Это был курносый человек с бешеными глазами.

— Назад, — предупредил он меня. — Я должен доставить груз.

— Виноват, но при чем тут монтировка?

— Чтобы съездить тебе по физиономии.

— Мысль неудачная, — сказал я. — Брось железку от греха.

— Брошу, когда ты перестанешь путаться под ногами. Я тут на законном основании.

— В это трудно поверить, когда у тебя в руках такая игрушка.

Водитель поглядел на монтировку с каким — то удивлением. Возможно, он понял, что, во — первых, у него и впрямь вид чересчур уж агрессивный, а, во — вторых, он в явном меньшинстве. Пикетчики тем временем столпились вокруг меня. Водитель залез обратно в кабину и сидел там, бросая на нас испепеляющие взгляды. В десяти шагах от него журналист Уилбур Кокс, облокотясь на перила пирса, делал какие — то записи в блокноте.

С дальнего конца пирса, за рестораном Бланш, приближалась черная машина. Она ехала в нашу сторону и остановилась рядом с моим автомобилем. Из машины вылез капитан Сомервилл, за ним молодой человек. Он следовал за капитаном, словно тень. Вид у обоих был измученный — утро явно выдалось нелегким.

Впрочем, ситуация еще более осложнялась. Пикетчики окружили черную машину, прижав к ней обоих. Сомервилл был мрачнее тучи. Его спутник был бледен и испуган.

— Назад! — сказал он неуверенным голосом. — Это капитан Сомервилл, исполнительный вице — президент компании «Леннокс ойл».

— Это мы знаем, — сказал молодой рыбак. — Когда вы заткнете дыру, кэп?

— Как можно скорей, — отвечал капитан. — Сегодня утром мы сделали попытку. Но неудачную. Нам нужно еще накопить шлам, а также вызвать специалистов. К концу недели мы предпримем еще одну попытку. Пока же я просил бы от вас терпения и содействия.