Последний президент - Михаил Голицын

костёр немного дров, улеглись вокруг него. Сон пришёл быстро, но был беспокойным, всё же это была первая ночёвка за пределами «заставы», ставшей теперь новым домом.

Они не видели, как встало солнце, проснулись больше по привычке. Огонь уже прогорел и угли почти остыли. Голицын выглянул на улицу: метель и не думала отступать, но и снега из-за ветра было не много. Позавтракав и собрав палатку, они двинулись дальше.

Ветер продолжал больно хлестать глаза и открытые участки лица мелким снегом, так что идти приходилось, нагнув головы. Часто останавливались, опасаясь сбиться с направления. Край села увидели, когда практически носом уткнулись в забор. Отдыхать времени не было, поэтому сразу же решили обследовать дома. Из-за метели не было видно ни следов, ни дыма, идущего из печных труб, ни каких-либо признаков жизни. Толкнув первую же калитку, Голицын вошёл во двор. Сыну знаком показал, чтобы тот остался у забора. Дом стоял в глубине двора, заметённый снегом, с тёмными окнами, осевший от времени, больше похожий на бодрого старика. Голицын улыбнулся от мысли о таком сравнении. Дверь была заперта на навесной замок, в окнах не было никакого признака движения.

Голицын замер на входе. Вроде бы и дома никого нет, а с другой стороны может быть просто на время отошли. И что получается? Уже кража. Одно дело взять необходимое с брошенного дома, а другое с жилого. Хотя раньше и с пустого дома было бы кражей, а сейчас время изменилось, изменились обстоятельства, изменилась вся жизнь. И всё же срывать замок он не рискнул. Выйдя со двора, он решил обойти окрестные дома, чтобы понять брошены ли они. Чтобы сэкономить время, Степан двинулся по одной стороне, а сам Голицын по другой.

Заходя в каждый двор, вновь кололо чувство стыда и осознание того, что он мелкий воришка, но с другой стороны, как глава семьи он понимал, что это скорее необходимость. К счастью дома оказались оставленные.

Голицын вышел со двора и помахал рукой Степану, тот сразу же двинулся к отцу. Кусок арматуры использовали как лом, поддев им навесной замок. Долго тот сопротивляться не стал и упал в снег. Толкнув дверь, в дом первым вошёл Голицын, Степан следовал за ним на расстоянии нескольких шагов. Да, они оказались правы, дом был оставлен своими хозяевами, причём сборы были весьма скромны. Судя по обстановке, хозяева забрали с собой самое ценное: технику, кое какую одежду, иконы и ещё всякую мелочь. Остальное так и осталось в доме. К счастью медикаменты с собой они брать не стали, как и большую часть одежды. Обыскивать весь дом смысла не было, поэтому осмотрели его быстро, взяв только необходимое и книги. Выйдя из дома, Голицын заколотил дверь гвоздём, после чего они двинулись к другому дому. Конечно не все дома были с хозяйскими вещами, многие были вывезены под чистую, в других скраб был настолько плох, что и выбрать было не из чего.

От двора к двору переходили они, собирая в сани всё, что могло быть полезным. Ближе к вечеру все дома были осмотрены, сани нагружены.

— Заночуем тут. — Негромко сказал Голицын. — Хоть метель и идёт на спад, но в ночь идти не стоит. Потеряемся.

Степан не был против, хоть ночевать в чужом доме и не самое приятное занятие, но всё же лучше, чем брести наугад. Сани затянули во двор, растопили печь в доме и поужинав остатками припасов улеглись прям на пол у печи.

— В следующий поход нужно продуктов больше брать. — Нарушил тишину Степан.

— Согласен. Только вот куда ты собрался в следующий поход? Я, как помню карту, не видел маленьких деревень ближе чем на полсотни километров. И тащиться в такое расстояние смысла не вижу.

— Ну а если летом?

— А летом ты на чём везти будешь? К саням если только деревянные колёса приделаешь, да и по земле катить это не одно и тоже, что по снегу.

— Но ведь есть же не только такие мелкие деревушки. Есть и покрупнее, да и города небольшие тоже рядышком.

— Это нам тут повезло, что все ушли, да в «мёртвой» деревне ни души. А в тех, что покрупнее или в городах везде люди остались. И просто так пойти по домам и собрать что нужно нам никто не даст. Да и без нас уже собрали всё.

— Мы можем купить, нам же не обязательно брать всё.

— Можем конечно, но, я думаю, что деньги уже потеряли ценность, и на то, что у нас есть много не купим. Да и золото в цене упало. Так что наших всех запасов хватит на один поход с минимумом покупок. К тому же не стоит забывать об эпидемии. Мы не знаем, как обстоят дела.

— Не знаем. Но ведь можно не входить в город, а по наблюдать, посмотреть со стороны. Да и часто рисковать нет смысла, тем более у нас не много денег и золота. Составим список необходимого и за раз купим всё.

— Давай летом и подумаем об этом. Как раз поймём, что нам нужно в хозяйстве.

Степан перевернулся на бок:

— Па, а ты думаешь, что эта эпидемия уничтожит страну?

— Полностью нет, но вот мегаполисы и крупные поселения — очень вероятно. Если даже и не полностью, то экономику и все остальные институты уничтожит. И нужно будет строить заново всё, основываясь на том, что есть. Ну а большая часть страны вернётся к такому образу жизни как мы сейчас. Будут или отшельниками, или жить общинами.

— А если бы ты остался у власти, как бы ты выстроил новое государство?

— Не знаю, Степаня, я часто думаю над этим. Проблема в том, что я человек старой формации и мыслю категориями той жизни, до эпидемии. При этом я прекрасно понимаю, что в нынешнее время выстроить государство за счёт добычи и торговли ресурсами не получиться. Даже если мы начнём добывать ресурсы, активируем атомные станции, запустим всю инфраструктуру, то мы не сможем продвинуться вперёд. Ну хватит нам этого лет на десять. Потом оборудование нужно будет ремонтировать, менять детали, а у нас специалистов таких уже раз-два и обчёлся, а обучать новых как? Даже если обучим, то часть оборудования и деталей к нему мы покупали у наших партнёров, своих производств нет таких. Ну несложные детали выточим, а микросхемы и прочие технологические нюансы где взять? Половину металлов мы не сможем добыть. Вот и станем мы на те же рельсы. А ведь народ, когда почувствует возвращающийся прогресс в