Пылающие Дюзы 3 - Руслан Алексеевич Михайлов

мне. Еще одна игла успела отправиться в полет и «нырнуть» ему в шею. Захрипев, он отбил ствол в сторону и ударил. Я принял его кулак макушкой шлема и ушел в перекат… но он достал меня ногой, вбив ботинок мне в бедро. Вот теперь я заорал, а по ноге прокатилась волна парализующей боли. Но я успел выстрелить еще трижды, что заставило Бэлга покачнуться и отступить. Это позволило мне подняться и рвануть по коридору — надо увеличить дистанцию. В ближнем бою он меня попросту забьет до смерти.

Как он вообще все еще двигается? Сколько в нем уже ран? Сколько наркоты? Он должен смирно лежать и тихо умирать!

Надо было сразу прострелить ему башку… Идиот!

Неожиданный удар сзади сбил меня с ног. Что-то еще с грохотом упало. Скользя по полу, я глянул назад и увидел валяющийся дробовик — он его кинул с такой силой, что меня сшибло с ног. А сам Бэлг уже несся ко мне огромными прыжками.

Я ударил по зеленой кнопке, поднимая зашипевшую переборку. Закатившись внутрь, с рыком дернул улетевшую за спину винтовку, другой рукой снимая с поясного крепления электрошокер. Переборка начала опускаться, и в этот же миг опять заревевший Бэлг прыгнул вперед. Пролетев пару метров, он скользнул по полу, успев миновать опускающуюся переборку и оказаться в шлюзе со мной.

Я действовал бездумно, перекатившись одновременно с его маневром. Переборка опустилась. Я оказался в коридоре, а он внутри аварийного шлюза.

Подхватившись, я мелкими шагами начал отступать. Винтовка повисла на ремне, а в руках у меня были игольник и электрошокер — причем на последний я полагался теперь куда больше. Этому ублюдку иглы будто и вреда не причиняют. Разве что в голову выстрелить — но попробуй попади, когда он так мечется.

В окошке переборки мелькнуло его искаженное лицо. В прозрачные материал ударили два кулака разом. Он крутнулся, там мелькнул его силуэт и… я удивленно моргнул, когда увидел в окошке движение противоположной переборки.

Стоп… Быть не может…

Пробежавшись, я оказался у створки шлюза и заглянул в смотровое окно. Прежде чем противоположная переборка опустилась, я успел увидеть бегущего по коридору Бэлга — бегущего в вакууме…

Он преодолел метров пять, прежде чем его скрутила первая судорога. Рухнув, он забился на полу, а закрывшийся шлюз лишил меня продолжения этого ужасающего зрелища.

— Что это вообще такое было? — прохрипел я, ударяя коленом по вновь ставшей зеленым кнопке. — Какого черта сейчас произошло?!

Мне никто не ответил.

Войдя в шлюз, я дождался его открытия и шагнул к противоположной стороне, одновременно меняя шлемы. И мне реально повезло, что шлем скафандра не был поврежден, пока я катался по полу. А может и поврежден — думаю, я это выясню, пока бегу до места связи с кораблем. Вернее, хромаю…

15

Там, в вакууме, что медленно продолжал остужать все еще борющийся раненный корабль, я задержался не больше получаса. Говорил я торопливо, порой сбивчиво, но не повторялся, стремясь выдать как можно больше того, что мне подумалось, а не увиделось или услышалось — так как одновременно с этим я передавал на висящий рядом с кораблем зонд выборку из записанного камерами и микрофонами.

Закончив, я отдал несколько коротких приказов и замер, сквозь обзорное окно, под которым лежало несколько искореженных мучительной агонией тел, вглядываясь в звездный мрак. И я дождался — сначала вербального подтверждения моих категоричных приказов, а затем и вспышек маршевых двигателей.

«Леонардо» пришел в движение и начал удаляться от дрейфующего лайнера. Среди моих прочих приказов был и тот, что велел забыть об экономии топлива. Я приказал максимально быстро набрать скорость и направиться к ближайшему населенному и снабженному надежной защитой объекту, попутно испуская сигнал СОС во всех диапазонах и требование выйти на связь любому федеральному кораблю.

— Тим! Будь осторожен! Пожалуйста!

Это были последние слова, услышанные мной от Лео, что уводил корабль прочь. Надеюсь, не в прямом смысле последние.

Других вариантов не было.

Я неопытен. Но я все же не совсем дурак.

Как ни крути, но вскоре здесь может стать очень жарко. Пусть их план по захвату гигантского лайнера явно дал сильный сбой, пусть многое пошло не так, но все же вполне очевидно, что продумывалось все загодя, равно как и подготавливалось. В последнюю очередь набиралось только расходное мясо вроде группы Бэлга — набиралось втемную. Их тут же перебрасывали на безликие лоханки и из точки в точку свозили к транзитному углу, откуда они попали на челнок, что доставил их на «Гранд Че». Без предательства в верхах командования лайнером не обошлось — но это и так уже ясно из слов умершего парня. Чиф-инженер предатель. Но этого мало — должны были подкупить и кого-то из верхушки корабельной охраны.

Но переживал я не из-за этого.

Ну захватил ты корабль. Дальше что?

Куда они отсюда денутся? Кормовые двигатели практически уничтожены. Даже если запустить оставшиеся… не факт, что судно сможет лечь на курс и выдать нормальную скорость — не с такой чудовищной массой. Но даже если они планировали запустить основные движки… это ничего не меняет. У них все равно должна иметься подстраховка — несколько резервных кораблей. Вооруженных кораблей. И они уже идут сюда.

Вот бы они удивились, увидев рядом с монструозным лайнером еще и старый рудовоз…

Нет уж. Подставлять команду под удар вражеского корабельного вооружения я не собирался. А сгинь мы все вместе в этой проклятой ловушке… кто расскажет о случившемся на лайнере «Гранд Че»?

Проводив уходящий корабль взглядом, я проверил количество воздуха в баллонах и заторопился обратно. На душе было тяжело — свой выбор я сделал, решив остаться здесь. А вот команда и корабль… очень надеюсь, что им удастся разминуться с, возможно, идущими им навстречу вражескими кораблями…

16

У изогнутого в последней судороге тела Бэлга я задерживаться не стал, глянув лишь раз на мертвое оскаленное лицо. Я так и не понял, было ли это его намеренное деяние, направленное на мое уничтожение, или это непредвиденные последствия наркотического передоза. И то и то возможно, но вот над чем точно следует призадуматься, так это над его невероятной силой, быстротой и полным отсутствием здравомыслия. Он ведь меня чуть не убил — пару раз я едва разминулся со смертью, а ушибы продолжают сильно болеть.

Оказавшись в той части лайнера, что была богата на воздух, я стащил с себя скафандр и убрал его в