Алхимик (СИ) - Пастырь Роман

– Скидываться? На что?

– Да что ты тупишь, – закатил глаза Гриша, – Как маленький.

-Так может он не пробовал никогда, – засмеялся Саня.

– Да ну. Сразу видно, что Худой чёткий пацан. Да и дядька у него вояка же.

Кажется, секретность гвоздевых не к черту.

Странность разговора прояснилась, когда парни пересекли двор, потом ещё один и мы оказались среди заброшенных домов, но не остановились, а пошли дальше, вглубь этой мертвой части города.

– Видел это место? – спросил Гриша.

– Город загнивает, – добавил Петя, словно ему сто лет и он видел смерть во всех её проявлениях. – Это моя мамка так говорит. Хоть бы она не спалила...

– Да не дрейфь. Успеем отойти до вечера.

– Вы что задумали? – стал я подозревать, что парни вовсе не гулять собрались.

Когда они звали с собой, то максимум, что я представлял – это разговоры о школьницах, уроках и обсуждение учителей. Нет, серьезно, о чем ещё школьники могут болтать на прогулке? Но, кажется, в этом мире у школьников были заведены совсем другие порядки.

Ответ на свой вопрос я получил, когда парни наконец-то остановились, в окружение старых домов, смотрящих на нас пустыми глазницами. Здесь нашлась лавочка, на которую они и уселись. Вокруг неё валялись бычки от сигарет, пластмассовые стаканчики и несколько бутылок. Да и запах такой... Кажется, это место часто используют вместо туалета.

– Ну давай уже, – поторапливал Гриша Саню, который достал из рюкзака пакет, а из него две бутылки пива, – Разливай. Мне брат рассказывал, что если сначала затянуться, а потом накатить, то эффект сильнее будет. Проверим?

– Конечно, – согласились парни.

Ещё Саня достал четыре пластиковых стаканчика. Такой же, как и те, что здесь валялись сломанными и использованными. Следом он достал две пачки сигарет, быстро вскрыл одну и протянул Грише. Тот вытащил белый столбик, достал зажигалку, чиркнул и по моим ноздрям резанул едкий дым. Парень закашлялся, но не остановился. Остальные повторяли за ним. Я не успел как-то отреагировать. Один из стаканчиков впихнули мне в руки, а через минуту он уже был заполнен пивом. Саня наливал спешно, от чего жидкость вспенилась и часть попало мне на руку.

– Курить будешь? – поинтересовался Гриша, смотря на меня с превосходством.

– Нет, – ответил я четко, пытаясь унять поднимающуюся внутри дрожь.

– Ну ёпт, художник, нормально же общались... Чё ты как мамкин сынок, давай с нами, будь настоящим пацаном. – Гриша попытался на меня надавить. После пламенной речи он крепко затянулся, но снова закашлялся. У парня брызнули слезы и он поспешил выпить пива, чтобы сбить кашель. Когда он пришёл в себя, глаза его были красны.

– Да, Худой, давай с нами. Пиво то отличное. Бородач мне его по блату продал.

Бородач, значит... Продавец из того магазинчика. Который продает пиво детям.

Гриша внимательно смотрел на меня и усмехался. Остальные мальчики делали робкие затяжки, боясь тоже закашляться, не забывая при этом чередовать с пивом.

– Хорошо пошло, – заявил Петя и рыгнул, пытаясь казаться крутым.

Гриша, смотря на меня, усмехнулся особо гадко и послал окурок вдаль. Тот упал мне под ноги, прямо на землю. Рядом к таким же окуркам, которые бросили здесь.

Держись, главное держись, это всего лишь дети.

Я перевернул руку со стаканом и вылил пиво в кусты.

– Ты что творишь?! – возмутились хором пацаны, – Ты знаешь, сколько оно стоило?!

– Цикл разрушения.

-Чё, бля?! – вскочил с лавки Гриша, – Чё ты несешь, придурок?!

– Я не буду пить эту дрянь.

– Он совсем спятил, – затрясся Гриша от злости, – Держи стакан! Ща я этому придурку!

Когда Гриша передал стакан с остатками пива и шагнул ко мне, я узнал две вещи. Первая: я быстрее его. Вторая: я сильнее его. Кулак я поймал у себя перед лицом. Сжав и вывернув, добился того, что Гриша вскрикнул от боли и упал на колено.

– Отпусти, сука! Отпусти! – закричал он.

Ну если ты так просишь... Я толкнул парня и отпустил. Он плюхнулся на спину, прямо на свой ещё тлеющий окурок.

– Ты чего, Худой? – смотрели на меня ошарашенно Петя с Саней.

– Вы идиоты, если думаете, что сигары и бухло делают вас крутыми.

Не желая больше здесь оставаться, я развернулся и отправился прочь. Стаканчик, который так и держал в руке, выкинул в ближайшую урну, когда вышел к жилому двору.

Как же меня это разозлило...

Падение всегда начинается с малого. Сначала ты гадишь мелко, потом крупно. Чуть позже гадят все. Мой мир когда-то тоже был цветущим. Но в какой-то момент цикл разрушения набрал обороты и зло победило. Один из постулатов алхимии утверждает – всё циклично. И если циклы разрушения набирают силу, то итог – закономерен.

Больше всего на свете здесь и сейчас мне хотелось накричать на парней. Заставить их силой вылить пиво, убрать за собой, а потом убрать весь двор. Но я не был уверен, что от этого станет лучше. Эти щенки в ответ на насилие лишь озлобятся. Так падение всегда и начинается. Один бьет, второй отвечает и тогда уже нельзя остановиться.

Знали бы эти дурни, как разозлили меня. Надеюсь, успею взять эмоции под контроль, пока иду домой.

**

Не получилось. Домой я вернулся, думая, что успокоился, но стоило Ольге войти в дом, как она вмиг считала мои эмоции. Но сама подходить не стала. Для этого у неё был муж. Отчасти это было мило. Эти их переглядывания и попытки без слов решить, что делать с мрачным подростком. Я выбрался из-за своих альбомов, молча вышел помогать им заносить в дом продукты, а потом и ужин готовить. Сергей вывел меня на разговор перед сном, попросив завести машину под навес. С недавних пор он начал учить меня водить местный транспорт, что увлекло меня, но до серьезной езды мы пока не добрались.

– Ты чего сегодня такой мрачный? – спросил как бы невзначай мужчина, когда я заглушил мотор. – Случилось чего?

– Ничего важного. Повздорил с одноклассниками.

Если сравнивать меня и Сергея, то наш жизненный опыт сопоставим. Мы прожили плюс минус одинаковое количество лет. Но эти года сильно отличались. Он жил в этом цветущем мире, ходил в нормальную школу, общался со сверстниками. У меня же такой роскоши не было. Я знал, как выжить в любых условиях, но не знал, как общаться с подростками.

– Насколько серьезно? Ни чей труп прятать не надо? – хохотнул он, но встретил мой взгляд и заткнулся.

– Нет, обошлось без трупов.

– Так что случилось?

За Сергеем было смешно наблюдать. С одной стороны он догадывался, что у меня специфическое прошлое. Да и свою силу я доказал, уходя не раз в одиночку на охоту. Но при этом Сергей видел во мне замкнутого подростка, у которого типичные «детские» проблемы. И как ему объяснить, что я до дрожи боюсь, что этот мир повторит участь моего?

– Да мне предложили вместе прогуляться. А потом бухнуть и покурить.

– Ну... Это не самое страшное, что я готов был услышать... – протянул задумчиво мужчина, – И чем всё закончилось?

– Я сказал им, что они идиоты, раз бухают и курят.

– Хм...

– Я был не прав?

Все проблемы я не мог вывалить на мужчину. Но прояснить некоторые вопросы, связанные со школой, думаю, что могу.

– Как сказать... – Сергей откровенно смутился и попытался подобрать слова, – Как взрослый, я осуждаю любые темы, связанные с алкоголем, сигаретами и подростками... Хотя я и сам в детстве пробовал... Всё...

– Так это нормально? Среди детей.

– Ну... Нет... Наверное... Блин, парень, ты меня в ступор вогнал. Это типично, когда подростки хотят быть крутыми, а взрослые их гоняют и ругают.

– Значит, это норма. – вынес я вердикт, – Знаешь, что я думаю по этому поводу?

– Что?

– У страны нет будущего, если детям, чтобы почувствовать себя крутыми, надо бухать.

Хотел сказать мира, но это было бы слишком глобально. Я и так со своей философией выдал лишнее. Как бы теперь съехать с темы...

**

– Что он там? – тихо спросила Ольга, когда Сергей вернулся в спальню.